UR.ANUS
Гори, гори, моя звезда!
вернуться

Коллектив авторов
Шрифт:

Тексты, приписываемые авторам XVIII – начала XIX века

«Уж как пал туман на сине море…»

Уж как пал туман на сине море, А злодейка-тоска в ретиво сердце, Не сходить туману с синя моря, Уж не выдти кручине из сердца вон. Не звезда блестит далече в чистом поле, Курится огонечек малешенек: У огонечка разостлан шелковый ковер, На коврике лежит удал добрый молодец, Прижимает белым платом рану смертную, Унимает молодецкую кровь горячую. Подле молодца стоит тут его добрый конь, И он бьет своим копытом в мать сыру землю, Будто слово хочет вымолвить хозяину: «Ты вставай, вставай, удалой добрый молодец! Ты садися на меня, на своего слугу, Отвезу я добра молодца в свою сторону, К отцу, к матери родимой, роду-племени, К милым детушкам, к молодой жене». Как вздохнет удалой добрый молодец — Подымалась у удалого его крепка грудь; Опускались у молодца белы руки, Растворилась его рана смертная, Пролилась ручьем кипячим кровь горячая. Тут промолвил добрый молодец своему коню: «Ох ты, конь мой, конь, лошадь верная, Ты товарищ моей участи, Добрый пайщик службы царския! Ты скажи моей молодой жене, Что женился я на другой жене; Что за ней я взял поле чистое, Нас сосватала сабля острая, Положила спать калена стрела». 1722(?)

«Размучен страстию презлою…»

Размучен страстию презлою И ввержен будучи в напасть, Прости, что я перед тобою Дерзну свою оплакать часть. Хотя твой милый взор, драгая! Мне остры стрелы в грудь бросая, Зрел действие своих побед, — Но ты еще того не знаешь, Колико мне ты причиняешь Несносных мук и лютых бед. Я с той жестокой мне минуты, Как первый раз тебе предстал, Питаю в сердце скорби люты, Питаю страсть и пленник стал. Не видишь ты, как я смущаюсь, Как стражду, рвуся и терзаюсь И горьких слез потоки лью? Ты прежних дум меня лишила, Ты жизнь мою переменила, Тебя, как душу, я люблю. Всегда тебя в уме встречаю, А стретив, зреть тебя хочу; И где тебя найтить лишь чаю, Бегу туда, и там грущу. Места, где страсть моя родилась, Где кровь тобою вспламенилась, Свидетели тоски моей: Я в них тебя воспоминаю, Твое в них имя повторяю Стократно в памяти своей. Теперь узнав себя подвластна И частию владей моей; Но сколько ты, мой свет! прекрасна, Ты столько жалости имей, За скорбь в душе моей смертельну И рану в сердце неисцельну Хоть сладку мне надежду дай. Коль стыдно то сказать словами, Хотя прелестными глазами Скажи, скажи мне: уповай. <1759>

«Ты проходишь мимо кельи, дорогая…»

Ты проходишь мимо кельи, дорогая, Мимо кельи, где бедняк-чернец горюет, Где пострижен добрый молодец насильно, Ты скажи мне, красна девица, всю правду: Или люди-то совсем уже ослепли, Для чего меня все старцем называют? Ты сними с меня, драгая, камилавку, Ты сними с меня, мой свет, и черну рясу, Положи ко мне на груди белу руку И пощупай, как трепещет мое сердце, Обливался всё кровью с тяжким вздохом; Ты отри с лица румяна горьки слезы, Разгляди ж теперь ты ясными очами, Разглядев, скажи, похож ли я на старца? Как чернец, перед тобой я воздыхаю, Обливался весь горькими слезами, Не грехам моим прощенья умоляю, Да чтоб ты меня любила, мое сердце! <1763>

«Не будите молоду…»

Не будите молоду Раным-рано поутру; Разбудите молоду, Когда солнышко взойдет, Когда птички запоют, Перепархивать начнут, Когда милый пастушок Заиграет во рожок. Хорошо пастух играл, Будто словом говорил: «Собирайте, девушки, Свое стадо на лужок». Собиралися девушки, В хоровод пошли играть. Одна девка весела В хоровод плясать пошла. Манит девушка рукой Пастуха плясать с собой: «Сюда, сюда, пастушок! Сюда, миленький дружок!» Бросил стадо пастушок, Пошел с девушкой в кружок. Он часочек проплясал — Коровушку потерял. Он еще час проплясал — И полстада потерял. «Когда б знала молода — Не манила б пастуха!»

Неизвестные авторы

«Вниз по матушке по Волге…»

Вниз по матушке по Волге, От крутых красных бережков, Разыгралася погода, Погодушка верховая; Ничего в волнах не видно, Одна лодочка чернеет, Никого в лодке не видно, Только парусы белеют. На гребцах шляпы чернеют, Кушаки на них алеют. На корме сидит хозяин, Сам хозяин во наряде, Во коричневом кафтане, В перюиновом камзоле, В алом шелковом платочке, В черном бархатном картузе; На картузе козыречек, Сам отецкий он сыночек. Уж как взговорит хозяин: «И мы грянемте, ребята, Вниз по матушке по Волге, Ко Аленину подворью, Ко Ивановой здоровью». Аленушка выходила, Свою дочку выводила, Таки речи говорила: «Не прогневайся, пожалуй, В чем ходила, в том и вышла. В одной тоненькой рубашке И в кумачной телогрейке». <1770>

«Ты проходишь, мой любезный, мимо кельи…»

Ты проходишь, мой любезный, мимо кельи, Где живет несчастна старица в мученьи, Где в шестнадцать лет пострижена неволей И наказана суровой жизни долей! Не тому, было, мучению я льстилась, Но владел чтоб мной, кому я полюбилась; Не к тому меня и в чин сей посвятили И блаженство в жизни будущей купили. Ты взойди, взойди, любезный, в мою келью И меня обрадуй счастия хоть тенью. Не давай страдать ты долго мне в мученьи, Ты утеши своим взором в огорченьи! Ты положь свою ко мне на груди руку И почувствуй бедна сердца тяжку муку! Изведи меня из горькой сей напасти И окончи ты мучительные страсти. <1780>

Журнал любви

В понедельник я влюбился, И весь вторник я страдал, В любви в середу открылся, В четверток ответа ждал. Пришло в пятницу решенье, Чтоб не ждал я утешенья. В скорби, грусти и досаде Всю субботу размышлял И, не зря путей к отраде, Жизнь окончить предприял, Но, храня души спасенье, Я раздумал в воскресенье. В понедельник же другой Получил я от драгой Ответ нежный и приятный И с желанием согласный. А во вторник отписал, И письмо я к ней послал, В коем всё то выражал И всю страсть ей объявлял. В среду думал сам в себе, Как придет она ко мне: Сколько радостей мне будет, Скажу – вечно не забудет. В четверток моя любезна Отписала мне полезно, Я в пяток чтоб вечерка Ожидал ее у двора. С нетерпеньем ждал часа, Как пришла ко мне краса. <1790>

Песня («Волга, реченька глубока!..»)

Волга, реченька глубока! Прихожу к тебе с тоской; Мой сердечный друг далеко, Ты беги к нему волной. Ты беги, волна, стремися, К другу весть скорей неси, Как стрела к нему пустися И словечко донеси. Ты скажи, как я страдаю, Как я мучуся по нем! Говорю, сама рыдаю, Слезы катятся ручьем. Вспомню, милый как прощался, И туда вдруг побегу, Где со мною расставался; Плачу там на берегу. С ветром в шуме Волга стонет, А я рвуся злой тоской; Сердце ноет, ноет, ноет И твердит: «Где милый мой? Где мой друг, моя отрада? Где девался дорогой?..» Жизни я тогда не рада, Вся в слезах иду домой. Но к несносному мученью Страсть должна свою скрывать, Здесь предавшись слез стремленью, Дома вид иной казать. Как ни тошно, как ни больно, Чтоб не знали страсть мою, Покажусь на час спокойной; Ночь зато проплачу всю. «Поспешай ко мне, любезный! Ты почувствуй скорбь мою, Ток очей отри мой слезный, Облегчи мою судьбу». Только я уста сомкнула, Стон пустился вслед за мной; Мнится, реченька вздохнула, Понесла слова волной. <1793>