UR.ANUS
Страшные стихотворения
вернуться

Сборник

Шрифт:

Иннокентий Анненский

(1855–1909)

Notturno

(Другу моему С. К. Буличу)

Тёмную выбери ночь и в поле, безлюдном и голом,В сумрак седой окунись… пусть ветер, провеяв, утихнет,Пусть в небе холодном звёзды, мигая, задремлют…Сердцу скажи, чтоб ударов оно не считало…Шаг задержи и прислушайся! Ты не один… Точно крыльяПтицы, намокшие тяжко, плывут средь тумана.Слушай… это летит хищная, властная птица,Время ту птицу зовут, и на крыльях у ней твоя сила,Радости сон мимолётный, надежд золотые лохмотья…26 февраля 1890

Кошмары

«Вы ждёте? Вы в волненьи? Это бред.Вы отворять ему идёте? Нет!Поймите: к вам стучится сумасшедший,Бог знает где и с кем всю ночь проведший,Оборванный, и речь его дика,И камешков полна его рука;Того гляди – другую опростает,Вас листьями сухими закидает,Иль целовать задумает, и слёзОстанутся следы в смятеньи кос,Коли от губ удастся скрыть лицо вам,Смущённым и мучительно пунцовым.Послушайте!.. Я только вас пугал:Тот далеко, он умер… Я солгал.И жалобы, и шёпоты, и стуки, —Всё это «шелест крови», голос муки…Которую мы терпим, я ли, вы ли…Иль вихри в плен попались и завыли?Да нет же! Вы спокойны… Лишь у губЗмеится что-то бледное… Я глуп…Свиданье здесь назначено другому…Всё понял я теперь: испуг, истомуИ влажный блеск таимых вами глаз».Стучат? Идут? Она приподнялась.Гляжу – фитиль у фонаря спустила,Он розовый… Вот косы отпустила.Взвились и пали косы… Вот ко мнеИдёт… И мы в огне, в одном огне…Вот руки обвились и увлекают,А волосы и колют, и ласкают…Так вот он ум мужчины, тот гордец,Не стоящий ни трепетных сердец,Ни влажного и розового зноя!И вдруг я весь стал существо иное…Постель… Свеча горит. На грустный тонЛепечет дождь… Я спал и видел сон.

Перед панихидой

Сонет

Два дня здесь шепчут: прям и нем,Всё тот же гость в дому,И вянут космы хризантемВ удушливом дыму.Гляжу и мыслю: мир ему,Но нам-то, нам-то всем,Иль люк в ту смрадную тюрьмуЗахлопнулся совсем?«Ах! Что мертвец! Но дочь, вдова…»Слова, слова, слова.Лишь Ужас в белых зеркалахЗдесь молит и поётИ с поясным поклоном СтрахНам свечи раздаёт.

Утро

Эта ночь бесконечна была,Я не смел, я боялся уснуть:Два мучительно-чёрных крылаТяжело мне ложились на грудь.На призывы ж тех крыльев в ответТрепетал, замирая, птенец,И не знал я, придёт ли рассветИли это уж полный конец…О, смелее… Кошмар позади,Его страшное царство прошло;Вещих птиц на груди и в грудиОтшумело до завтра крыло…Облака ещё плачут, гудя,Но светлеет и нехотя тень,И банальный, за сетью дождя,Улыбнуться попробовал День.

Я на дне

Я на дне, я печальный обломок,Надо мной зеленеет вода.Из тяжёлых стеклянных потёмокНет путей никому, никуда…Помню небо, зигзаги полёта,Белый мрамор, под ним водоём,Помню дым от струи водомётаВесь изнизанный синим огнём…Если ж верить тем шёпотам бреда,Что томят мой постылый покой,Там тоскует по мне АндромедаС искалеченной белой рукой.Вологда20 мая 1906

Старая усадьба

Сердце дома. Сердце радо. А чему?Тени дома? Тени сада? Не пойму.Сад старинный – все осины – тощи, страх!Дом – руины… Тины, тины, что в прудах…Что утрат-то!.. Брат на брата… Что обид!..Прах и гнилость… Накренилось… А стоит…Чье жилище? Пепелище?.. Угол чей?Мёртвой нищей логовище без печей…Ну как встанет, ну как глянет из окна:«Взять не можешь, а тревожишь, старина!Ишь затейник! Ишь забавник! Что за прыть!Любит древних, любит давних ворошить…Не сфальшивишь, так иди уж: у меняНе в окошке, так из кошки два огня.Дам и брашна – волчьих ягод, белены…Только страшно – месяц за год у луны…Столько вышек, столько лестниц – двери нет…Встанет месяц, глянет месяц – где твой след?..»Тсс… ни слова… даль былого – но сквозь дымМутно зрима… Мимо… мимо… И к живым!Иль истомы сердцу надо моему?Тени дома? Шума сада?.. Не пойму…

Чёрная весна

(Тает)

Под гулы меди – гробовойТворился перенос,И, жутко задран, восковойГлядел из гроба нос.Дыханья, что ли, он хотелТуда, в пустую грудь?..Последний снег был тёмно-бел,И тяжек рыхлый путь,И только изморозь, мутна,На тление лилась,Да тупо чёрная веснаГлядела в студень глаз —С облезлых крыш, из бурых ям,С позеленевших лиц.А там, по мертвенным полям,С разбухших крыльев птиц…О люди! Тяжек жизни следПо рытвинам путей,Но ничего печальней нет,Как встреча двух смертей.Тотьма19 марта 1906

Бессонницы

Бессонница ребёнка

От душной копоти землиПогасла точка огневая,И плавно тени потекли,Конту ры странные сливая.И знал, что спать я не могу:Пока уста мои молились,Те, неотвязные, в мозгуОпять слова зашевелились.И я лежал, а тени шли,Наверно зная и скрывая,Как гриб выходит из землиИ ходит стрелка часовая.