Я обернулась не группу держащихся рядом друзей. Магдалена сдавленно рыдала на груди Альфарда, не в силах поверить в вероломство самого справедливого по её мнению учителя. А младший эльф всё так же потрясенно взирал на то, что осталось от его идеала. Они пожертвовали собственными принципами, особенно Регул, чтоб спасти мою никчемную шкурку, а я их за это корю? Да кто же я сама после такого? Стоп, мне предоставляется прекрасная возможность хотя бы сейчас помочь им. Так что же я медлю?

— Уходим отсюда, — резко скомандовала я, поборов себя и своё оцепенение.

Регул удивленно приподнял бровь.

— Сейчас здесь будет отряд Растабана, — объяснила я свое неадекватное поведение.

Эльфы не стали спорить и мы все скрылись в первом же коридоре.

— Куда мы идем? — спросила я у несущего меня на руках по какому-то лабиринту Регула.

— К запасному выходу, — пояснил он, не сбиваясь с шага.

Я, уже слегка подуспокоившись, все еще затравленно озиралась по сторонам, постоянно оглядываясь, боясь преследования. Странно, но вокруг не было такой темноты, как тогда, когда мы вынырнули из Врат с Альтаиром.

— Откуда свет? — риторически поинтересовалась я, впрочем, не ожидая ответа.

— Здесь полная темнота, — еле слышно ответил Регул. — Для нас она не помеха, поэтому я и взял тебя на руки. А ты что-то видишь?

— Всё.

— Странно, — задумчиво протянул эльф и остановился перед массивной каменной дверью, осторожно опуская меня на пол. — Тогда можно надеяться, что ты не упадешь?

— Постараюсь, — согласилась я, но на всякий случай вцепилась в князя, а он одной рукой продолжал придерживать меня за талию, а другой несколько раз стукнул в дверь, выбивая незатейливый мотив.

Почти сразу же раздался скрип. Дверь слегка приоткрылась и из щели показалась белокурая голова очередного эльфа. Он молча кивнул Регулу, оглядев всю компанию и бесшумно скрылся.

— Кто это? — прошептала я, как только мы оказались в каком-то подвале и вход закрылся, снова замаскированный полками с бутылками.

— Граффиас, мой старинный друг, — пояснил эльф.

— С такими друзьями, как у тебя, врагов не надо, — фыркнула я.

Регул не успел достойно ответить, прежде чем снова появился гостеприимный хозяин:

— Следуйте за мной.

По витиеватой резной лестнице мы поднялись на второй этаж и прошли по длинному коридору, ведомые эльфом.

— Эта комната для очаровательных ли'ин, — указал он направо, — эта для ваших спутников, а эта для вас, князь.

Хозяин поочередно услужливо распахнул двери.

— Благодарю тебя, Граффиас, — улыбнулся Регул.

— Я тоже чертовски рад тебя видеть, — не остался в долгу эльф и, предоставил нас самим себе, направился к лестнице. — Располагайтесь, я распоряжусь насчет завтрака.

Нечего на зеркало пенять, коль спиной стоишь.

Я блаженно растянулась на кровати, застеленной тончайшим приятно пахнущим бельем. Как же хорошо наконец принять ванну и лежать вот так, расслабив все мышцы.

Но в ушах всё звенел предсмертный крик Альтаира. Неужели князь прав и нельзя было по-другому. Скорее всего, ведь даже Шератон в кои-то веки с ним согласился. А Альтаир… Как он мог предать стольких сразу. Похоже, мы все здорово в нем ошиблись…

Магдалена сидела перед зеркалом и со скорбным видом расчесывала костяным гребнем золото волос. Я опомнилась и принялась заплетать свои в толстую черно-белую косу. Странно, но они как будто стали длиннее — еще вчера были чуть ниже лопаток, а сегодня уже почти по пояс.

— Магдалена, — неуверенно начала я, — мне так жаль…

— Не стоит, — горько улыбнулась она. — Князь не мог поступить иначе. На его месте я, наверное, сделала бы то же самое, хотя мне, скорее всего, не хватило бы духа, в отличие от него…

— Но ведь Альтаир… — возразила я.

— Да, он заменил мне родителей на время обучения, — перебила меня эльфийка. — Но теперь он… предал всех нас… всех.

Она едва сдержала рвущиеся наружу рыдания и продолжила:

— И уверена, тоже не пожалел бы… Так что не вини князя, он прав. Как бы горько это ни было.

— Хорошо, — обняла я Магдалену. — Больше не буду возвращаться к этой теме, чтоб не причинять никому лишней боли.

Эльфийка благодарно улыбнулась и вытерла набежавшие слезы, стряхивая скорбные настроения.