— Эй! — повторил он своим хриплым голосом. — Эй, Юшан! — И замахал хвостом еще пуще.

— Подойти к нему и чего-нибудь дай, — сказал Роланд Джейку. — Помню, один старый конюх все говорил, что хороший ушастик приносит удачу. Этот, по-моему, хороший.

— Да, — согласился Джейк. — И по-моему тоже.

— Когда-то ушастики были совсем ручными, то есть, их приручали, и каждый барон держал их с полдюжины при своем замке или в поместье. В общем, они ни на что не годятся в хозяйстве, разве что крыс ловить да забавлять детишек. Они очень преданные животные — во всяком случае, так было раньше, — хотя в этом смысле с собаками им не сравниться. А дикие особи — настоящие стервятники. Они не опасны, но могут доставить немало хлопот.

— Опот! — воскликнул ушастик, глядя встревоженно то на стрелка, то на Джейка.

Джейк медленно залез в ранец, стараясь не делать резкий движений, чтобы не вспугнуть зверька, вынул оттуда остатки «стрелецкого голубца» и бросил кусочек ушастику. Тот отскочил, слабо по-детски вскрикнув, и повернулся к ним задом, демонстрируя пушистый закрученный штопором хвост. Джейк решил, что зверек убежит, и немного расстроился, но ушастик остановился и с сомнением оглянулся через плечо.

— Ну давай, — подбодрил его Джейк. — Кушай, малыш.

— Ыш, — буркнул ушастик, но не сдвинулся с места.

— Дай ему время, — сказал Роланд. — Мне кажется, он не уйдет.

Ушастик потянулся, подняв кверху длинную и на удивление изящную шею. Черный носик задергался, уловив запах пищи. Зверек осторожно приблизился к угощению, и Джейк заметил, что он немного прихрамывает. Ушастик понюхал «голубец», а потом, ловко поддев его лапой, отделил оленину от листа, в который было завернуто мясо. Проделал он это очень аккуратно, едва ли не торжественно. Вытащив кусок мяса, зверек проглотил его одним махом и поднял голову, глядя на Джейка.

— Ыш! — сказал он.

Джейк рассмеялся. Ушастик снова отпрыгнул назад.

— Отощала зверюга, — пробормотал сонный Эдди у них за спиной. При звуке нового голоса ушастик мигом развернулся и скрылся в тумане.

— Вы его напугали! — произнес Джейк с укоризной.

— Ну, извини, — сказал Эдди, приглаживая ладонью всклокоченную после сна шевелюру. — Знай я раньше, что это твой друг, я бы ему предложил кофе с булкой.

Роланд похлопал Джейка по плечу.

— Он вернется.

— Вы думаете?

— Если с ним ничего не случится, то да. Мы же его покормили, верно?

Не успел Джейк ответить, как снова раздался грохот барабанов. Они слышали этот странный ритм уже третье утро подряд, и дважды — по вечерам, когда день тонет в сумерках: глухой, монотонный гул, доносящийся со стороны города. В это утро, однако, звук был более четким, пусть и столь же бессмысленным, как и прежде. Джейк успел уже возненавидеть его. Ему все представлялось, что где-то там, под покровом густого безликого утреннего тумана, бьется сердце какого-то исполинского зверя.

— Ты так и не знаешь, Роланд, что это такое? — спросила Сюзанна. Она тоже уже проснулась. Завязала волосы в хвост и сворачивала теперь одеяло, под которым они спали с Эдди.

— Нет. Но скоро, по-моему, мы все узнаем.

— Весьма обнадеживающе, — кисло заметил Эдди.

Роланд поднялся.

— Пойдемте. Не будем зря тратить время.

Уже час они шли по дороге. Туман начал рассеиваться. Коляску Сюзанны они толкали по очереди, причем труд этот был не из легких — теперь на пути попадались большие неровные камни, все чаще и чаще. Вскоре день прояснился и стало жарко. Очертания города проступили на горизонте, на юго-востоке, во всей красе. Джейку казалось, что город этот мало чем не отличается от Нью-Йорка, хотя, с другой стороны, вряд ли там есть такие высокие небоскребы. Если он, как и все почти в мире Роланда, пришел в запустение, отсюда — издалека — этого было не разглядеть. Как и Эдди, Джейк преисполнился постепенно молчаливой и робкой надежды на то, что там будут люди и что они им окажут помощь… или хотя бы накормят горячим.

По левую руку, милях, наверное, в тридцати-сорока, виднелась широкая полоса воды — река Сенд. Над нею стаями кружили птицы. время от времени то одна, то другая, сложив крылья, камнем падала вниз. Вероятно, за рыбой. Медленно, но верно река и дорога сближались, хотя точка их пересечения находилась по-прежнему вне поля зрения.

Теперь впереди показались и другие строения. Большинство походило на фермы, но они все, похоже, стояли пустыми. Некоторые постройки совсем разрушились, но, судя по виду, скорее от времени, нежели от «огня и меча», и это последнее обстоятельство лишний раз подтверждало надежды Эдди и Джейка — надежды, которые оба держали в секрете, опасаясь насмешек. На равнинах паслись небольшие стада непонятных косматых животных. Они старались держаться вдали от дороги и подходили к ней только тогда, когда им было нужно ее перейти, причем дорогу зверюги перебегали галопом, как стайка детишек, которые боятся машин. Джейк нашел, что они очень напоминают бизонов… вот только у некоторых было по две головы. Когда он сказал об этом Роланду, тот кивнул и заметил:

— Мутанты.

— Как те под горами? — В его голосе явственно слышался страх. Джейк даже сам это заметил, а уж стрелок заметил и подавно… но он ничего не мог с собою поделать: слишком яркими были воспоминания об их бесконечном кошмарном пути по тоннелю в разбитой дрезине.

— Здесь, как мне кажется, этот процесс сам собою заглох. Мутации сами себя изжили. А там, под горами, они продолжаются, и с каждым годом — все хуже и хуже.

— А там? — Джейк указал на город. — Там тоже будут мутанты или все-таки… — Он умолк, он и так подошел слишком близко к тому, чтобы высказать затаенную свою надежду.