“Жизнеописания” (Ле чжуань) — третий биографический раздел “Исторических записок”. Термин ле чжуань единодушно признается нововведением Сыма Цяня (до него чжуань назывались традиционные комментарии к классическим книгам- Цзо чжуань, Гулян чжуань и др.). Ле чжуань — [46] наиболее законченное выражение “биографической” системы изложения истории, вскрывающей общую картину прошлого через частное — жизнеописания исторических деятелей.

Однако принятый в западной литературе перевод этого термина — “биографии” не вполне точно и полно отражает его содержание, так как в раздел Ле чжуань Сыма Цянь включает описания многих сопредельных племен и государств: Кореи, Намвьет, сюнну, юго-западных и и т. д. [91] .

В разделе Ле чжуань мы находим жизнеописания знаменитых философов (гл. 63, 74), ученых (гл. 67, 121), поэтов (гл. 84, 117), полководцев (гл. 64, 65, 73, 88, 109, 111), “дипломатов” (гл. 69, 70), государственных деятелей (гл. 68, 79, 85, 87, 96), чиновников (гл. 119, 122) и т. д. и т. п. Подавляющее большинство этих исторических деятелей принадлежало к средним и высшим слоям общества той эпохи. Но Сыма Цянь в своих Ле чжуань предоставляет место и простолюдинам. В гл. 105 мы встречаем лекарей, в гл. 129 — рыночных торговцев, в гл. 127 и 128 — гадателей и предсказателей судьбы, в гл. 124 — людей без определенных профессий, прославившихся своей готовностью помочь ближнему в трудную минуту, в гл. 126 — актеров и шутов. Историк поместил их биографии в свои “Записки” потому, что эти люди представляли различные социальные слои и их биографии могли дать широкое представление об обществе в целом.

По своему характеру раздел Ле чжуань представляет собой огромное разнообразие форм и средств повествования. Здесь есть главы, посвященные одному лицу, и объединенные биографии нескольких лиц; жизнеописания двух равноценных героев и биографии, в которых один персонаж главный, а другой занимает второстепенное положение; в некоторых главах- два основных и несколько второстепенных героев, и т. д. В целом “монобиографий” в “Исторических записках” немного. В основе так называемых совместных биографий лежит сходство в характере деятельности или в личных качествах исторических деятелей. Особое место занимает первая [48] глава раздела Ле чжуань — “Жизнеописание Бо И”: в ней Сыма Цянь ставит вопрос об исторической судьбе личности и ее оценке; сама биография Бо И — лишь вставной эпизод, иллюстрация основной мысли автора. Таким образом, Ле чжуань превращается в гибкую форму исторического повествования, которая творчески используется историком.

Бэнь цзи, Ши цзя и Ле чжуань — три основных раздела “Исторических записок”, в основу которых положен биографический принцип. Но, введя в китайскую историографию жизнеописание как форму исторического повествования, Сыма Цянь не ограничился этим. Особенностью труда Сыма Цяня является сочетание различных способов изложения истории.

Так, “Основные записи” представляют собой соединение биографического и хронологического принципов изложения истории. “Хронологические таблицы” (Бяо) представляют собой попытку систематизации и унификации хронологии. В “Таблицах” Сыма Цянь нередко дает сравнительный анализ хронологических данных, имеющихся в различных исторических документах, с целью разрешения противоречий между ними. Сыма Цянь сообщает, что мысль о необходимости составить сводные хронологические таблицы появилась у него после завершения работы над первым разделом “Исторических записок”. “Когда я систематизировал их (т. е. “Основные записи”), — пишет историк, — я обнаружил, что при сопоставлении дат различных поколений возникают расхождения и неясности, поэтому я и составил десять таблиц” [92] .

Сыма Цянь был первым китайским историком, приложившим к историческому труду хронологические таблицы, и, хотя ему не удалось избежать ряда ошибок и противоречий, этот раздел “Исторических записок” и в наше время незаменим при составлении хронологических таблиц по древней истории Китая [93] .

“Трактаты” (Шу) посвящены различным отраслям [48] общественной жизни, культуры, науки. В отличие от предыдущих разделов главы “Трактатов” строятся не по биографическому или хронологическому, а по тематическому принципу. Сыма Цянь писал, что в “Трактатах” он рассматривает “преобразования в ритуалах и музыке, усовершенствования в календаре, военное искусство, жертвоприношения духам гор и рек, взаимоотношения Неба и человека, ошибки [вэкономической политике], унаследованные от прошлого, и всеобщие изменения [в жизни]” [94] . Как попытка обобщения исторического процесса по отдельным областям жизни общества “Трактаты”, введенные Сыма Цянем в историческое сочинение, были смелым новаторством в мировой историографии (ничего подобного мы не находим ни у одного историка древности). Кроме того, этот раздел “Исторических записок” является ценнейшим источником сведений, получить которые из биографий было бы невозможно. В “Трактатах” во весь рост встает фигура историка-энциклопедиста: главы этого раздела охватывают экономическую историю и теорию (обмен, деньги, налоговая политика) — в “Трактате о балансе торговли” (гл. 30), ирригацию — в “Трактате о реках и каналах” (гл. 29), астрономию — в “Трактате о небесных светилах” (гл. 27), календарь — в “Трактате о календаре” (гл. 26), музыку — в “Трактате о музыке” (гл. 24), религию — в “Трактате о жертвоприношениях” (гл. 28) и т. д.

Такова структура “Исторических записок”. С современной точки зрения она, разумеется, не во всем совершенна. “Главный недостаток такой методы, очевидно, тот, что события не обозреваются в одном месте, но одна часть их является в жизнеописаниях императоров, другая по частям в биографиях различных лиц, принимавших в них участие”,- писал академик В. П. Васильев [95] .

Однако если мы попытаемся оценить метод Сыма Цяня с точки зрения развития китайской историографии II–I вв. до н. э., то увидим, что Сыма Цянь отнюдь не разорвал [49] единую ткань истории на отдельные части хотя бы уже потому, что единой писаной истории тогда вообще еще не существовало. Историк не имел в своем распоряжении сводных трудов по истории Китая, их место занимали разрозненные исторические материалы, памятники, свидетельства и записи, лишенные всякой системы. Перед Сыма Цянем стояла задача обобщения и систематизации этих материалов. Ясно, что хронологический метод изложения, использовавшийся в исторических сочинениях до Сыма Цяня, не мог помочь в решении такой задачи. Крупнейший вклад Сыма Цяня в китайскую историографию состоит в том, что он создал и практически применил новый историографический метод, с помощью которого сумел привести в систему и изложить историю Китая от мифических времен до современного ему периода на основе обобщения большого количества исторических источников.

Краткая характеристика источников, привлеченных Сыма Цянем при составлении “Исторических записок”, была впервые дана Бань Гу. “Сыма Цянь, — пишет он, — основывался на Цзо чжуань и Го юй, использовал Ши бэнь и Чжаньго цэ, изложил события, описанные в Чу Хань чунь-цю…” [96] . Видимо, под влиянием этого перечня Бань Гу сунский историк Чжэн Цяо бросил Сыма Цяню несправедливый упрек: “Среди исторических сочинений трех тысячелетий он ограничился привлечением семи-восьми книг! Если и есть в чем укорить Сыма Цяня, так это в недостаточности его эрудиции” [97] .

Бань Гу и Чжэн Цяо основывались на непосредственных указаниях Сыма Цяня в эпилогах глав обиспользовании им письменных исторических источников [98] . При составлении [50] биографий философов, ученых, поэтов, государственных деятелей Сыма Цянь, как правило, предварительно изучал их труды и опирался на них. Однако письменные памятники такого рода в ряде случаев отнюдь не были основным, а тем более единственным источником Сыма Цяня. Он максимально использовал свое положение придворного историка, дававшее ему доступ к архивным материалам [99] . Благодаря этому он, имел возможность “ознакомиться с архивами чжухоу” [100] , мог “читать указы о заслугах” [101] . Эти источники дали Сыма Цяню обильный фактический материал, широко использованный им в “Исторических записках”.