— Видишь, я была права. Это самая весёлая комната в доме, — сказала миссис Томас, ни на секунду не выключая своей улыбки. — А теперь Леа, посмотри, какой здесь стенной шкаф.

Леа послушно направилась к стенному шкафу

— В первую очередь мы здесь уберем этот ковер и приведем в порядок пол, — донесся до Леа голос отца.

Она открыла дверь стенного шкафа и заглянула в открывшееся ей просторное темное помещение. По ее спине пробежал холодок. «Как будто пещера или звериная нора, — подумала она. — Какая тварь могла бы затаиться здесь?»

— Ты когда-нибудь видела такой большой стенной шкаф? — торжествующе спросила миссис Томас.

Она подошла к Леа сзади и ласково положила ей руку на плечо. От миссис Томас пахло мятой. Леа глубоко вдохнула. Было приятно ощущать этот запах в старом сыром доме.

— Действительно большой, — согласилась она. — Почти как комната.

— Да, места тут хватит для всего, — продолжала явно довольная миссис Томас. — Ты в выпускном классе?

— Нет.

— А моя дочка Сью в выпускном. Я скажу ей, чтобы она познакомилась с тобой.

— Спасибо, миссис Томас, — смущенно ответила Леа.

— А теперь давайте я вам покажу, что еще есть на втором этаже, — сказала миссис Томас, вновь переключая свое внимание на родителей Леа. — Тут есть еще одна прелестная комната. Ее можно использовать как дополнительную спальню для гостей.

Бросив еще один взгляд на комнату, в которой ей теперь предстояло жить, Леа последовала за остальными. Родители с миссис Томас были уже почти в конце темного коридора. Леа слышала как миссис Томас с энтузиазмом рассуждает о том, как здесь все можно обустроить.

— Эй, что это? Леа остановилась у железной лестницы, привинченной к стене рядом с дверью её комнаты.

Взглянув вверх, она увидела, что лестница ведет к люк в потолке.

— А что там, наверху?

Мистер Кэрсон подергал лестницу, проверяя, прочно ли она держится.

— Должно быть, ведет на чердак, — сказал он, разглядывая люк в потолке.

— Да там чердак. — Миссис Томас сверилась со своими бумагами. — И довольно вместительный. Хотите посмотреть?

— Нет, спасибо, — быстро ответила Леа.

— Ну конечно, хотим, — откликнулась миссис Кэрсон. — Обожаю чердаки. Когда я была маленькой девочкой, я проводила там много времени, играя с обнаруженными на чердаке сокровищами.

— Ну как же, сокровища! — саркастически заметила Леа. — Грязь, пауки и летучие мыши.

Миссис Кэрсон со страдальческим видом взглянула на дочь.

— Леа, я прошу тебя хотя бы попытаться…

— Попытаться что? — огрызнулась Леа.

— Попытаться взять себя в руки. Взбодриться. Хотя бы немного. Ты же знаешь, что переезд нелегко дается нам всем, а не только тебе.

Миссис Томас посмотрела на Леа. Та смутилась. Она терпеть не могла, когда ее начинали воспитывать при посторонних. Неужели мать никогда этого не запомнит?

— Ладно. Все замечательно. Давайте посмотрим чердак, — сказала Леа, изображая энтузиазм.

Она обошла отца и, придерживаясь за лестницу руками, начала подниматься.

— Я думаю, дверцу люка нужно просто приподнять, — посоветовала миссис Томас — Приподнять и сдвинуть в сторону. Леа достигла потолка и обеими руками нажала на дверцу люка. Она легко поддалась. Леа сдвинула ее в сторону и поднялась еще на несколько ступенек, пока ее голова не оказалась в отверстии люка.

На чердаке было жарко, гораздо жарче, чем в доме. Чердак представлял собой одно помещение, длинное и низкое. Потолок чердака повторял скат крыши. Стены были покрыты желтоватой потрескавшейся штукатуркой. В конце чердака — круглое окно.

— Ну давай же, залезай, чтобы и мы могли посмотреть, — нетерпеливо потребовал мистер Кэрсон.

Леа влезла внутрь. Когда она распрямилась, потолок оказался всего в паре дюймов у нее над головой. «Отцу, с ростом шесть футов три дюйма, придется согнуться чуть ли не вдвое», — подумала она.

— Здесь так замечательно, — крикнула она вниз, ее голос был полон сарказма. — Я мечтаю проводить здесь все свое время, наслаждаясь сокровищами.

— Леа, дай нам передышку, — сказал отец, пролезая в люк.

Согнувшись, он осматривал чердак. Спустя несколько минут к ним присоединились мама и миссис Томас.

Здесь довольно душно, — проговорила миссис Кэрсон, обмахиваясь рукой.

Это была ее первая жалоба за весь день.

Тут можно хранить массу вещей, — заметила миссис Томас и почесала себе шею.