— Давайте сразу о деле, — начал Кнутас. — Как вам наверняка известно, на Готланде убиты уже три женщины. Во всех трех случаях убийство происходило по одному и тому же сценарию. Мы склонны думать, что убийца — одно и то же лицо. Мы приехали сюда, чтобы найти точки пересечения между Хеленой и другой потерпевшей, Фридой Линд. Фрида Линд жила здесь же, в Сёдермальме, и только год назад переехала с семьей в Висбю. Ее муж — уроженец Готланда. И Фрида, и Хелена ходили на тренировки в зал общества «Фрискис и Светтис». Нас интересует, не могли ли они там познакомиться между собой? И не там ли они повстречались с убийцей?

Кнутас сделал паузу и посмотрел на Пера Бергдаля. Тот выглядел потрясенным.

— Вы хотите сказать, что убийца здесь, в Стокгольме?

— Да, такая возможность существует. Вам известно, с кем Хелена общалась на тренировках?

— Даже не знаю, — пробормотал Бергдаль. — Она обычно ходила на тренировки с двумя подругами, которые живут здесь неподалеку. Не уверен, общалась ли она с кем-то еще. Не могу припомнить ничего особенного. Ясное дело, она упоминала каких-то людей, с которыми случайно встречалась. Один раз она столкнулась с коллегой с прежней работы, больше они не виделись, насколько я знаю. Вы можете спросить у ее подруг, с которыми она ходила туда. Может, они что-нибудь знают?

— Хорошо, мы свяжемся с ними. Имя Фриды Линд вам было ранее знакомо?

— Нет.

— Что-нибудь необычное происходило в период, предшествовавший смерти Хелены? Может быть, вы что-нибудь вспомнили задним числом?

— Я все это время только и делал, что думал о Хелене и о том, кто мог убить ее, но так ни до чего и не додумался. Я хочу только одного — чтобы вы как можно скорее задержали его. Чтобы весь этот кошмар наконец прекратился.

— Мы делаем все, что от нас зависит, — проговорил Кнутас.

— Хочу показать вам одну вещь, которую нашел на чердаке. Минуточку, — сказал Пер Бергдаль и поднялся.

Он вернулся с картонной коробкой в руках. Открыв крышку, извлек стопку бумаг:

— Не знаю, имеет ли это сейчас какое-нибудь значение, но я оказался прав.

Он протянул стопку комиссару полиции.

Кнутас пробежал глазами бумаги. Это были любовные письма. Электронные сообщения, адресованные Хелене Хиллерстрём, которые она распечатала и сохранила.

— Коробка была спрятана на чердаке, в самом дальнем углу. В старом шкафу. Поэтому я нашел ее только сейчас. Мой брат переехал в большой дом и попросил у меня этот шкаф. Я решил проверить, не остались ли там какие-нибудь вещи. И нашел вот это.

На сообщениях стояли даты четырехлетней давности. Они были написаны в течение одного месяца. Октябрь. «Осенний роман, — подумал Кнутас. — И весьма пылкий, если судить по письмам». Отправителем значился Кристиан Нурдстрём.

Значит, все-таки правда. Почему Нурдстрём отказывался признаться, что между ним и Хеленой что-то было, хотя его не раз спрашивали об этом во время допросов? Об этом пока оставалось только гадать.

Кнутас позвонил Кильгорду и попросил его немедленно вызвать Нурдстрёма на допрос. Он ругал себя за то, что не остался в Висбю. Дорого бы он отдал, чтобы лично допросить Нурдстрёма.

Но теперь уже ничего не поделаешь. Они в Стокгольме, и надо довести до конца то, ради чего они сюда приехали. Не факт, что интрижка с Нурдстрёмом имела значение для следствия.

Коробку с письмами они забрали с собой.

Записав имена и телефоны подруг Хелены, они отправились в зал спортивного общества «Фрискис и Светтис». Несмотря на летнюю жару и середину дня, там царило оживление. Они вошли в светлый, просторный холл со скамейками, под которыми стояла уличная обувь. Через стеклянную стену можно было наблюдать, как в зале скачут под латиноамериканскую музыку человек тридцать под руководством мускулистой девушки в трико.

Они подошли к администратору. Ухоженная блондинка лет сорока, в белой футболке с эмблемой клуба на груди, приветствовала их. Они выразили желание поговорить с директором.

— Это я, — ответила блондинка.

— Тогда вам известно, зачем мы пришли, — сказал Кнутас. — Мы ищем кого-нибудь, кто мог бы что-то рассказать о двух женщинах, приходивших сюда на тренировки. Вы сами не узнаете их? — спросил он и достал из кармана пиджака конверт с фотографиями. — Это Хелена Хиллерстрём, первая жертва убийцы.

Женщина за стойкой посмотрела на фотографию и покачала головой:

— Нет, я ее не знаю. Мне уже показывали эту фотографию. Понимаете, здесь проходит столько людей. Все зависит от того, когда она тренировалась. Возможно, ее тренировки не совпадали с графиком моей работы.

Кнутас показал фотографию Фриды Линд. Лицо администратора изменилось.

— Да, эту я знаю. Фрида. Фрида Линд. Она ходила к нам несколько лет.

— Она обычно приходила одна?

— Да, почти всегда.