Шрифт:
Перед вазой выстроилась длинная очередь. Судьи решили смотреть не больше двух участников зараз. Вперед вышла Мелодия. Волосы девочки вились тугими кудряшками, а кожа напоминала цветом молочный шоколад.
Над вазой поднимался зеленый пар. Мелодия вытащила жребий.
— Сыграй, — прочла она.
Девочка с улыбкой села на траву и потерла ногу о ногу. Зазвучала дивная музыка, словно бы на лужайке пела виолончель. Все притихли, сердца наполнились печалью и счастьем. Дети зачарованно слушали. Казалось, ничего прекраснее и быть не может, но тут Мелодия потерла руки, и новый, необычный и сладкий звук, похожий на пение гобоя, присоединился к остальным, создавая великолепный рефрен. Она почмокала губами, добавляя сверкающий звон ударных, и наконец склонила голову набок в чарующем финальном аккорде.
Музыка стихла. В глазах Бетани поблескивали слезы.
— Я и не знала, что ты так умеешь!
Мелодия скромно пожала плечами. Спартак Килрой и королева Посейдония присудили ей девяносто восемь очков.
Один мальчишка прыгнул через фонтан, но плюхнулся в воду и заработал всего шестьдесят пять. Какой-то девочке задали прочитать мысли королевы. Посейдония наколдовала книгу и стала молча ее листать. Девочка повторяла все слово в слово, но вдруг ее голос изменился, стал ниже, взрослее, и она сказала: «Скорей бы соревнования кончились! Я тут выспаться как следует не могу… Что? Она проникла в мои мысли? Нет! Хватит!» Последнее слово девочка и королева прокричали одновременно.
Интересно, какой дар у Балора? Подвешивать людей вверх ногами и головы резать?
Бетани сунула руку в зеленый дым и вытянула не листок, а целый свиток. Он был такой длинный, что девочка стала похожа на факира, который тянет из шляпы бесконечную ленту. Посейдония и Килрой удивленно переглянулись.
— Расшифруй код, — прочла Бетани.
Свиток заполняли строчки из цифр.
Эрек приуныл. Ничего у нее не получится. Бетани села на траву, разгладила бумагу и задумалась. По ее губам скользнула улыбка. Девочка просияла, рассмеялась, взяла свиток и начала читать:
В тихом тенистом гроте лесном Нимфа Сиринга нашла себе дом. Робко, смиряя веселый свой нрав, Слушала шепот любимых дубрав. Чутко таилась она средь ветвей: Только бы Пан не погнался за ней! Страшный, рогатый, с густой бородой, Нимфе он клялся в любви неземной. Пылких признаний боялась она, В чаще глухой тосковала одна, Но Козлоногий беглянку нашел, Гелиос-солнце его к ней привел. Ланью бедняжка пустилась, легка. Поздно! Ей путь преградила река. Пан настигал, но лишь гибкий тростник Обнял. В печали он к стеблям приник. Бережно срезал, тесемкой связал И до рассвета на флейте играл. Знает Сиринга отгадку теперь: В сердце смотри, но глазам ты не верь. И до сих пор от зари до зари Флейта-сиринга поет о любви.Бетани улыбалась до ушей. Килрой был в восторге.
— Потрясающе! Великолепно! Чудесный дар!
— Откуда нам знать, что она все это не сочинила? Или не прочитала по памяти? — недоверчиво спросила королева.
Бетани подошла и показала ей свиток.
— Все просто. Каждая строчка отделена последовательностью из десяти цифр. Смотрите. После первой строки стоит один, четыре, девять, шестнадцать, двадцать пять, тридцать шесть… числа от одного до десяти в квадрате. После второй строки в квадрат возводятся уже они: один, шестнадцать, восемьдесят один, двести пятьдесят шесть. После третьей строки идут квадраты этих десяти чисел: один, двести пятьдесят шесть, шесть тысяч пятьсот шестьдесят один. В первой строке все буквы соотносятся с буквой «А», только они стоят в квадрате. Если «А» принять за ноль, то «Б» — это один, «В» — четыре, «Г» — девять, «В» — шестнадцать. Во второй строке числа соотносятся с «Б», но теперь они возведены в куб. «А» — минус один, «Б» — ноль, «В» — один, «Г» — восемь, «Д» — двадцать семь. Как интересно! Обожаю такие штуки. Потом…
Посейдония кашлянула.
— Достаточно, — сказала она, сдерживая улыбку. — Да ты у нас математик! Уже ходила на курсы прорицателей?
— Курсы? — удивилась Бетани.
— Ну конечно, милая. С такими способностями из тебя выйдет отличный прорицатель. Я знала только одну женщину, которая так любила шифры и числа. Это была Равда Чистая, старая прорицательница короля Питера. Может, когда-нибудь я возьму тебя на работу. С такими умениями ты далеко пойдешь.
Она посмотрела на Килроя, и тот покраснел.
— Сорицатель Килрой, а вы любите разгадывать шифры? — спросила Бетани. — Вы провидец?
Спартак опустил глаза.
— Нет. Честно говоря, у меня никогда не получалось. Но король Питер был очень добр и все равно взял меня на должность.
Бетани заработала сто очков. Мелодия подбежала и обняла ее.
— И как у тебя так быстро получается?
— Трудно объяснить. Каждое число похоже на цветной вихрь. Они все разные…
Подруги отправились на склон холма, к зрителям.
Одна девочка выращивала цветок. Балтазар Грюмзли и король Плутон наблюдали. К несчастью, она закончила, как раз когда подошла очередь Эрека. Ему так хотелось, чтобы его судили Килрой и Посейдония, но король Плутон поманил Эрека к себе.
Грюмзли мрачно взирал на мальчика. Тот опустил руку в зеленый дым. Какой холодный! Он пошевелил пальцами, и в руку скользнул теплый клочок бумаги.
— Ты поймешь, что надо сделать.
Король Плутон с терпеливой улыбкой оперся на скипетр. Ледяной взгляд Грюмзли проникал в самую душу. На Эрека пахнуло горечью. Плутон кашлянул.