К счастью, ужасного Баррингтона нигде не было видно. Хелена не думала, что он мог уйти, и потому решила, что он отправился в одну из карточных комнат. Она сложила пальцы, загадав желание, чтобы он оставался там как можно дольше и не вздумал внезапно появиться с намерением завязать с ней разговор или, чего доброго, пригласить на танец. При одном таком предположении она содрогнулась!

Она повернула голову в сторону своей кузины и увидела бархатные карие глаза Лотти, с тревогой взиравшие на нее.

— Что случилось, Нелл? — тихо спросила она. — Я видела, как ты танцевала, а в следующую минуту все танцы остановились, и все смотрели в твою сторону! Вы что, опять скрестили шпаги с его светлостью?

— Конечно же нет, дорогая. Просто мне стало не по себе от жары, вот и все, — по возможности невозмутимо ответила Хелена, поскольку не видела необходимости сообщать сейчас сестре о появлении Баррингтона. Затем, улыбнувшись, добавила: — Лорд Маркфильд отправился на поиски прохладительных напитков для нас.

Лотти кивнула, но слова кузины ее не успокоили. Она как раз собиралась предупредить Хелену о недовольном, как ей показалось, выражении на лице Маркфильда, когда он проходил мимо нее в буфетную, но тут ее внимание было отвлечено направлявшимися к ним доктором Редферном и его сестрой. Лицо Лотти просветлело, и она сразу же отбросила все сомнения относительно Маркфильда. Схватив руку сестры, она воскликнула:

— О, смотри, кто к нам идет! Теперь нам будет не так одиноко здесь.

Изобразив на лице улыбку, Хелена встала им навстречу, хотя от волнения, связанного с ощущением, что Баррингтон скрывается где-то поблизости, и от необходимости противостоять возможным нежелательным знакам внимания со стороны семейного врача ей хотелось скрипеть зубами от отчаяния!

Через некоторое время они получили напитки от официанта, разносившего поднос с бокалами, однако сам граф все не появлялся. Ее светлость выругалась себе под нос, а Хелена, измучив себя раздумьями по поводу столь длительного отсутствия Ричарда, теперь окончательно пришла к заключению, что виной тому ее поведение.

Постаравшись изо всех сил выкинуть из своей головы этот досадный инцидент в танцевальном зале, Хелена не могла полностью восстановить всю цепь событий, последовавших за ее шоковым состоянием, когда она увидела Баррингтона. Она помнила, как Маркфильд убеждал ее взять себя в руки, как помогал ей дойти до места, за что в тот момент девушка была ему очень благодарна, хотя ее и удивляла та спешка, с которой он постарался удалиться. Смахнув навернувшиеся слезы, Хелена могла только надеяться на то, что его светлость, не склонный и дальше подвергать себя по ее вине публичному позору, решил избавиться от нее только временно.

«Сколько еще может продолжаться этот ужасный вечер!» — промелькнуло у Хелены в голове, когда с вымученной улыбкой она позволила Чарльзу Стэндишу во второй раз пригласить ее на танец.

— Ума не приложу, что могло задержать Ричарда, — сказал он, озадаченно глядя в сторону дверей. — На него не похоже так пренебрегать своими обязанностями. Бабушка очень недовольна.

Хелена подумала, что вряд ли ее светлость чувствует себя так же ужасно, как она, но просто покачала головой и постаралась сфокусировать внимание на сложных фигурах танца.

Хотя Хелена этого и не знала, чувство отчаяния у Ричарда было не меньше, чем ее собственное. Перед его глазами все время стояло пепельно-серое лицо с широко открытыми глазами, и он хотел только одного: заказать холодные напитки и вернуться к ней как можно скорее. Что касается причины ее внезапного головокружения, он не мог его объяснить. Хотя она утверждала, что страдает от жары, невозможно было не заметить выражение паники в ее глазах. Поразмыслив, он решил, что, возможно, дело в напоминании о ее умершем брате, хотя, несмотря на их короткое знакомство, Хелена не производила на него впечатление женщины, склонной к приступам ипохондрии. Покачав головой, он мог только надеяться, что, независимо от причины ее полуобморочного состояния, прохладительный напиток быстро восстановит ее прежний отважный характер.

Направившись в буфетную, он почти достиг цели, когда неожиданно столкнулся с шумной компанией своих бывших однополчан, прибывших в этот день с континента. В другое время и при других обстоятельствах он бы, конечно, очень обрадовался встрече со старыми товарищами. Но только не сейчас! Хелена занимала все его мысли, и он не знал, как побыстрей покончить с длительной процедурой энергичного похлопывания по плечам, сопровождаемой громким, раскатистым смехом. И пока он не прошел весь ритуал приветствий с каждым из полдюжины товарищей и не дал им обещания встретиться в самом ближайшем будущем, они отказывались отпустить его, делясь с ним своими новостями и требуя подробного рассказа о пожаловании ему дворянского титула. Только через полчаса ему удалось вырваться от них, и, заказав в буфетной напитки, он направлялся обратно, когда неожиданно столкнулся лицом к лицу не с кем иным, как с виконтом Баррингтоном!

— Баррингтон, — приветствовал он его кивком, не имея желания беседовать с известным скандалистом; и быстро отступил в сторону. Но виконт, насмешливо повторив его жест, по всей видимости, решил преградить ему дорогу.

— На одно слово, если не возражаете, ваша светлость! — протянул он, особо подчеркивая титул, означающий недавнее вступление Маркфильда в пэрство.

— Я бы не хотел, чтобы меня видели в вашем обществе, если вы не возражаете, — резко ответил Ричард, с нетерпением ожидая, когда виконт пропустит его.