– Да ладно! Твои волосы выглядят ужасно, – выпалила она. – А еще тебе надо побриться и сменить это. – Она указала на килт, покрытый пятнами грязи и едва видный из-под козлиной шкуры, которую он набросил себе на плечи. – Хотя ты и утверждаешь, что тебе на это наплевать.

 – В последние две луны меня как-то перестали интересовать все тонкие аспекты мужских туалетов, – саркастически проговорил воин.

 – Думаю, тебе придется изменить эту чертову точку зрения, мальчик.

Охотница специально сделала упор на последнее слово. Вероятно, она была старше его лишь на год или два, но сейчас завернулась в свой возраст, как в богатый плащ, и послала воину надменный взгляд.

 – Завтра в это время мы уже будем на тропе Стражи. Пусть дети очень надоедливы, но они все же заслуживают нашей помощи, хотят оказаться в Партолоне. Нашей помощи, Кухулин! Это значит, что я не должна изображать охотницу, а ты многострадального воина. – Бригид закатила глаза и покачала головой. – Посмотри на себя! Сестра вряд ли тебя узнает.

 – Охотница, предупреждаю, я не в том настроении, чтобы...

 – Ой, только не надо! – прервала она его, отбросила назад волосы и скривила рот. – Попытайся понять, что мы делаем это не для себя, а ради них. – Кентаврийка ткнула через плечо большим пальцем, указывая на детей, бредущих у них за спиной. – Соберись и не подводи нас.

 – Как вы думаете, это хорошее место, чтобы остановиться на обед?

К ним спешила Сиара, взмахивая темными влажными крыльями. Если она и ощутила напряженность, возникшую между кентаврийкой и воином, то по счастливому открытому выражению ее лица этого нельзя было прочесть.

 – Да, – резко ответил Кухулин.

 – По-моему, здесь будет хорошо, – сказала Бригид.

 – Прекрасно! Я скажу детям. Но надолго останавливаться нельзя. Мы все очень волнуемся и ждем того момента, когда завтра окажемся на тропе Стражи. У нас нет желания отставать от графика.

Крылатая женщина умчалась. Бригид слышала, как она звала детей, распоряжалась организацией короткого перерыва.

Охотница замедлила шаг, остановилась, расправила плечи, приготовилась к перепалке и повернулась к воину. Но Кухулин не казался циничным или рассерженным. Он словно постарел на много лет и выглядел очень-очень усталым.

 – Я так отвратительно выгляжу? – проговорил он.

 – Очень плохо и еще чуть-чуть, – ответила Бригид.

 – Это часть действий по скреплению души, которые ты намерена предпринять?

 – Может, да. А может, нет, – пожала плечами охотница. – Я не знаю точно, что делаю.

 – Ну ты и бессовестная!

 – Ты не лучше, – ответила она.

Кухулин устремил на нее задумчивый взгляд и спросил:

 – Поэтому мы команда?

 – Почему? Потому что вместе мы не столь бессовестные или, как в твоем случае, не столь жалкие? – уточнила Бригид.

 – По-моему, твоя манера обращаться с пациентами нуждается в некоторой корректировке.

 – Возможно. Обычно я убиваю своих пациентов.

 – Это проблема, – согласился Ку.

 – Да, но далеко не единственная.

 Дождь продолжался весь день. Даже дети угомонились и вели себя сравнительно тихо, после того как разбили лагерь для ночевки.

Сиара закончила вечернюю молитву словами: «Наполни меня благословенной силой нашей Богини, коснись меня Ее сияющим могуществом», и Бригид подумала, что вряд ли когда-нибудь в своей жизни так радовалась, слыша это. Уютное тепло костра, разожженного шаманкой, снова сделало сносной жизнь путников. Вскоре на огне уже кипели горшки с рагу, куда добавили несколько жилистых белых гусей, которых Бригид подстрелила незадолго до того, как остановиться на ночлег. Охотница расположилась возле огня. Знакомый смешанный запах горящего топлива и готовящейся еды убаюкивал ее, расслаблял и нежил.

«Во имя Богини, я так устала. Сон, виденный прошлой ночью, не дал мне отдохнуть как следует. Я привыкла проводить без сна несколько дней кряду – например, во время особенно сложной охоты. Кентавры всегда были гораздо выносливее людей, но одна лишь ночь, проведенная в потустороннем мире, изнурила меня так, словно я без остановки охотилась целую неделю».

 – Вот, поешь. Ты выглядишь так же плохо, как и я – по твоим словам, – произнес Ку, протягивая ей миску дымящегося рагу, и плюхнулся рядом.

Она поморгала, разгоняя сон.

 – Съедобно?

 – Думаешь, я хочу тебя отравить? Так мне все равно придется тащить твой скелет в Партолону.

Бригид опасливо понюхала рагу и пробормотала:

 – Да у тебя силенок не хватит меня дотащить.

 – Ты недооцениваешь мои возможности, – возразил он.

Бригид взглянула ему в глаза. Они уже не были такими безжизненными. Конечно, этот человек не был похож на того Ку, с которым она говорила прошлой ночью, счастливого, беззаботного молодого воина, чье обаяние влекло к нему всех тех, кто его окружал. Но кентаврийка была уверена в том, что увидела в его глазах искру, и ее усталость внезапно куда-то исчезла. Он общался с ней, даже шутил. Значит, это был шаг в правильном направлении.