— Почему ты пошел на эту работу — вдруг спросил Женя техника, придерживая большую антенну.

— Мне нравится небо. И когда я на крышах устанавливаю эти вот — он кивнул на антенну — железяки, я на несколько десятков метров ближе к небу.

— Мне тоже нравится небо. Я хотел стать летчиком, но из-за проблем со здоровьем я не могу летать.

— А я люблю небо, хочу летать, но панически боюсь высоты.

— Да, мы с тобой похожи. Можно сказать товарищи по несчастью, по несбыточной мечте… Как тебя зовут?

— Сергей. В группе меня называют Хитрый. Это из-за моей фамилии — Хитренко.

— А меня Женя. А что за группа у тебя?

— Мы играем альтернативу. Ну, точнее пытаемся играть — тут же с улыбкой поправился он — мы всего месяц вместе играем, так что пока ничего путного еще создали.

— А можно мне посмотреть как вы играете?

— Без проблем. Сегодня вечером у нас как раз репетиция. Все, можешь отпускать, теперь она никуда не денется, будет у вас теперь еще сотня дополнительных каналов.

С того дня Хитрый и Джон стали лучшими друзьями, можно даже сказать братьями. Жене очень понравилась музыка, которую играл Хитрый и его группа, он не пропускал ни одной их репетиции, постепенно вникая в музыку все глубже и глубже. Однажды Сергей предложил Джону (так его теперь называли те, кто играл вместе с Хитрым) спеть песню, которую он сам написал. Женя, помявшись немного, согласился. Оказалось, что Джон очень неплохо поет и голос у него как раз подходит под формат их музыки. После этого случая он стал постоянным членом группы. Хитрый говорил, что у него талант, хотя сам Джон не замечал ничего особенного в своем голосе.

Вскоре их группа распалась и Хитрый предложил Джону поехать в Екатеринбург и попробовать там создать новую группу. Джон немного подумав, согласился, все равно терять ему было нечего, ни учебы, ни работы у него не было, всей его жизнью сейчас была только музыка и небо. Они взяли билеты на поезд и поехали. Поезд остановился на очередной станции и по какой-то причине, отправка поезда была отложена на несколько часов, и друзья решили прогуляться по городку в эти несколько свободных часов, когда на них и напали в парке, вырвав у Алены, девушки Хитрого, сумку в которой лежали их документы и деньги.

— Джон, вставай давай, развалился тут на всю лавочку — потряс его за плечо Хитрый, — Пойдем найдем здание полиции, заявление напишем, или как там у них это делается.

Джон выключил плеер, они встали с лавочки и направились к выходу из парка. Алёна уже успокоилась, Хитрый кое-как вытер потеки косметики на ее щеках, зеркало, и все остальные женские принадлежности, остались в ее сумке, которую забрали грабители.

— Слышь, Хитрый, я вот думаю, а толку от ментов то? Ну, напишем мы им заявление — и что? Думаешь, они кинуться искать их? Запихнут это заявление в папку и положат на верхнюю полку, куда все подобные заявы складывают, да и все. Повезет, если паспорта где-нибудь случайно всплывут, но вот я бы на месте тех гопников просто выкинул бы документы и оставил бы себе только все ценное.

— Да, тоже верно… Ну а ты что предлагаешь? Просто сидеть в парке и ничего не делать что ли?

— Ну зачем обязательно сидеть в парке… Можно пройтись по городу, прогуляться, вдруг чего интересного увидим.

— Пройтись по городу… А есть когда захочется ты голод тоже будешь прогулками утолять?

— Придумаем что-нибудь. Сейчас же пока не хочется. В крайнем случае позвоним домой, ты же сам говорил.

— Ладно, уговорил — улыбнулся Хитрый, когда они уже вышли из парка — пойдем туда — он махнул рукой налево, в сторону площади. Переходя дорогу, они остановились, пропуская быстро несущуюся машину Леонида, на пассажирском сиденье которой расположился Саша, разглядывающий карты подземного города.

Местоположение: г. Шадринск.

Дата: 25–26 июня 2037.

Объекты: Хитрый, Джон, Алёна, Юля.

Спустя пару часов музыканты сидели на заборе напротив площади и жевали пирожки, а Алёна потягивала из тонкой полосатой трубочки апельсиновый сок. Одна бабушка, спешащая занять свое место возле площади для торговли пирожками, попросила молодых людей помочь ей с сумками, за что и вручила каждому по пирожку, а сок Хитрый купил на ту мелочь, что оставалась в кармане его потертых джинсов.

— Блин, только аппетит себе нагнали этими пирожками, после них еще больше есть хочется — вяло произнес Джон. — да и жарковато что-то стало.

— Сними свой балахон и не будет тебе жарко, — ухмыльнулся, дожевывая пирожок, Хитрый, — ты вообще его снимаешь когда-нибудь? Или спишь тоже в нем.

— Ага, а еще в ванну в нем хожу — отшутился Джон. Он действительно постоянно ходил в нем, не важно какая была погода, исключая холода, тогда он, конечно же, одевал сверху куртку. Ему просто очень нравилась эта одежда, и когда он одевался во что-либо другое, то начинал чувствовать себя глупо.