— Разве? — смешалась Стела. — Ах, да. Но…дело в том, что…сейчас свет падает иначе. А это тоже очень важно, — добавила она, подкрепляя свои слова многозначительным кивком.

— Понимаю, — согласился принц. — Но ваш голос. Он тоже как будто немного изменился.

— А это…это я сегодня слишком много кричала на слуг и слегка его сорвала, — принялась импровизировать Стела. — Вы знаете, они в последнее время совершенно распустились.

— Понимаю, это иногда случается, — кивнул принц. — Однако вам следует поберечь себя. Не стоит из-за подобных пустяков подвергать опасности своё драгоценное здоровье.

"Со мной он не был так галантен", — скользнула предательская мысль. Плечи начали затекать, и я переступила с ноги на ногу, слегка изменяя положение.

Принц усадил Стелу в мягкое кресло.

— Вы простите меня? Я очень скоро вернусь.

Он вскоре исчез из моего поля зрения. Стела осталась сидеть на месте; к ней вроде бы никто не подходил. Как видно, король и королева предпочли не вмешиваться в дела молодых.

Я оторвалась от щели и прижалась спиной к стене. Меня снова начинала бить мелкая дрожь. Что же теперь будет?

Дверь в нескольких шагах от меня распахнулась столь стремительно, что я не успела не то что убежать, а даже отскочить в сторону. Принц, явно удовлетворённый увиденным, бесшумно закрыл вход в потайной коридор.

— Ваше Высочество… Как вы здесь оказались? — поспешила спросить я, стараясь скрыть таким образом собственное смущение.

— Во дворце нет тайн от мальчишек, — ехидно заметил он, намекая на слова о кухне, произнесённые когда-то мной. — А я здесь вырос. Неужели ты полагаешь, что десятилетний подросток может пропустить прямо у себя под носом что-нибудь интересное, тем более такую значимую вещь, как целый мир, существующий в стенах его дома?

— И о многих таких дверях вы знаете?

Он безразлично пожал плечами.

— Думаю, что обо всех. Ну, так как, ты всё слышала?

— Почти, — нехотя призналась я.

— И что ты думаешь? Что я теперь должен делать?

— А что вы должны делать?

— Как мне доказать, что это не она?

У меня отлегло от сердца.

— А вы уверены, что это действительно не она?

— Абсолютно.

— А…почему вы так в этом уверены? — прищурилась я.

Его убеждённость позволяла мне задать этот вопрос, не опасаясь, что он, лишний раз задумавшись на эту тему, изменит своё мнение.

— Наряд у неё, конечно, очень похожий, или даже точно такой же; не знаю, как ей это удалось. Но я ведь помню не только наряд. Я помню девушку, на которой он был надет. Хорошо, — он выставил руки ладонями вперёд, — я готов предположить, что цвет её глаз меняется под воздействием каких-то неведомых мне обстоятельств. Допустим, что её голос слегка погрубел, потому что она напилась накануне водки, или чем-то там обкурилась. Походка изменилась после того, как она гонялась с мечом за нерадивым слугой и уронила ножны себе на ногу. Всё это я ещё кое-как могу понять. Но та девушка, с которой я познакомился тогда на балу, была умна, сообразительна, у неё было чувство юмора; если хочешь, она была способна на колкость. А эта же — дура набитая!

— Ваше Высочество! — осуждающе покачала головой я. — Ну, разве можно так говорить! Ну, сказали бы "Эта дама не столь мудра, сколь можно было бы ожидать от благородной женщины её возраста" или что-нибудь в этом роде.

— Я непременно познакомлю тебя с моим гувернёром, — пообещал он. — Ты только напомни мне потом. Так вот, при других обстоятельствах я бы, конечно, не стал церемониться с этой самозванкой. Но, к сожалению, присутствие родителей всё меняет. Теперь я уже не могу просто дать ей пинка под зад.

— Ваше Высочество! — вновь укоризненно воскликнула я.

Он нахмурился.

— Тебя определённо следует выдать замуж за гувернёра. Или нет, — видимо, что-то ему в этой идее не понравилось, впрочем, так же, как и мне, — лучше я, когда наступит время, отдам тебе на воспитание своих детей. Ты будешь им объяснять, как говорить можно, а как не подобает. Как тебе такая мысль?

— Меня, пожалуй, устраивает, но навряд ли то же самое можно будет сказать о Ваших родителях. А уж той даме, с которой вы танцевали на балу, эта идея точно не понравится.

— Значит, ты согласна, что за стеной сейчас сидит не она?

— Не спорю, — кивнула я.

— Так как же всё-таки мне это доказать?

Времени на размышления не оставалось, но благодаря давнему разговору с феей я уже знала ответ.

— Насколько я помню, когда та девушка убегала по саду, она потеряла серебристую туфельку?

— Верно.

— Эта туфелька ещё у вас?

— Ещё бы! Я храню её, как зеницу ока.

— Тогда почему бы вам не велеть кому-нибудь из слуг принести туфельку сюда и не предложить этой даме её примерить? Есть хороший шанс, что самозванке она попросту не подойдёт.