Шрифт:
– Что у тебя случилось?
– спросил Евгений Павлович.
Яна втянула в себя воздух и выпалила все, что с ней случилось в последнее время, на одном дыхании. Следователь остолбенел минут на десять, переваривая полученную информацию. Затем он осушил залпом стакан воды и протер запотевшие стекла очков.
– Яна Карловна, это чудовищно!
– Не то слово, этот труп…
– Я не об этом, - оборвал ее следователь.
– Я о твоем чудовищном положении в этой истории. Как ты - здравая, - Евгений Павлович закашлялся на этом слове, - женщина, могла согласиться на такое абсурдное предложение? Ты же теперь оказываешься крайней по всем статьям. Яна, ты ведь в этом морге юридически никто, и не понимать этого ты не могла. На каком основании ты там находилась? Подруга попросила! Смех, да и только! А если бы тебя попросили слетать в космос?
– Евгений Павлович придвинулся к ней и шепотом спросил:
– Где сама Люда?
– Я не знаю… - прошептала Яна, ужасаясь тому, как ей самой в голову не приходил этот вопрос.
– Знаешь, что подумают следователи, а не я - друг твоего мужа?
– Что?
– холодея, поинтересовалась Яна, на самом деле не желавшая ничего слушать.
– Что она тоже мертва. Что ты - маньячка, убила ее и прорвалась в морг, где затем устроила себе рождественские каникулы, развлекаясь с трупами. Тебя засекли за чем-то непристойным, и ты избавилась от случайных свидетелей - Георга и вашего студента.
– Я ее не убивала!
– Твои слова против фактов. Где она? Где человек, который сможет подтвердить твой бред и взять часть вины за халатность на себя?
Яна растерянно моргала голубыми глазами, а Евгений Павлович безжалостно продолжал:
– Раньше твое нелепое присутствие в морге покрывал Георг, теперь его убили, плюс еще одна смерть в вашем заведении - вашего студента. Сейчас сотрудники милиции перевернут там все вверх дном и выйдут на тебя… Как ты могла не посоветоваться с мужем?! Более благоразумного и трезвомыслящего человека я не встречал! Могла бы прийти и ко мне, но пораньше!
– Я боялась!
– проблеяла Яна.
– Глупости! Ты думала, авось пронесет… вот вернется Людмила - и все наладится! ан нет, тут какой-то маньяк спутал все твои планы! Опять ты во что-то влезла!
– Я не нарочно, - захныкала Яна.
– Конечно, не нарочно, но почему-то все, что происходит плохого, происходит именно с тобой! И вообще, какой здравый человек поверит в этот преследующий тебя труп? Нелепость какая-то… Любое преступление, да еще, если верить тебе, так тщательно обыгранное, совершается с какой-то целью, мотивом. Здесь я не вижу ни того, ни другого.
– Короче, вы не верите мне!
– Я этого не говорил. Я как друг пытаюсь тебе помочь. И пока вижу только два выхода: либо тюрьма, либо психушка.
Яна икнула. Евгений Павлович прокашлялся.
– Ты пойми меня правильно. Сейчас лишь дело времени, когда тебя арестуют по подозрению в этих злодеяниях, и тогда помочь тебе будет очень трудно, даже такому в прошлом блестящему адвокату, как Ричард. Кстати, ты собираешься ему рассказать все то, о чем только что поведала мне?
– Он куда-то уехал, не оставив адреса, - прошептала не на шутку напуганная Яна.
– Плохо! Очень плохо!
– продолжал «радовать» Яну следователь.
– Я предлагаю единственный для тебя на данный момент выход. Я на время, по знакомству запрячу тебя в тихое, специализированное заведение. Вроде как ты не в себе, не можешь отвечать на вопросы следователей. Тебе даже и сочинять ничего не надо, расскажешь лечащему врачу то, что рассказала мне, и все, диагноз в кармане!
– Евгений Павлович!
– в ужасе воскликнула Яна.
– Вы серьезно хотите упрятать меня в сумасшедший дом?!
– Я уже объяснил, что это - временная мера. Спрячем тебя от возбуждения уголовного дела, выиграем время, возможно, найдут настоящих убийц, вернется твоя Людмила, в конце концов!
Глава 18.
Высокая молодая женщина с карими глазами и каштановыми волосами с душевным трепетом вошла в закрытое специализированное медицинское учреждение для людей с психическими отклонениями. Это была самая близкая и самая преданная подруга Яны - Ася. Она шла, накинув поверх строгого делового костюма из тонкого дорогого сукна мятый медицинский халат, громко стуча каблуками-шпильками и прижимая к груди пакет с фруктами и соками. Только благодаря большой просьбе Евгения Павловича ее вообще пустили сюда.
Она толкнула дверь под номером двадцать четыре и замерла на пороге. Запах медикаментов, белые стены, скудная больничная обстановка производили на Асю гнетущее впечатление. В палате располагались белая раковина, пахнущая хлоркой, две железные, прикрученные к полу кровати и две простые тумбочки. На одной из кроватей сидела девочка лет пятнадцати и, напевая веселую мелодию, покрывала длинные ногти ярко-красным лаком. Она ритмично раскачивала голой худой ногой в мягкой, пушистой тапочке. Волосы на ее голове были заплетены во множество косичек. На вошедшую Асю она даже и не посмотрела. Ася перевела взгляд на другую кровать и столкнулась с пронзительно синими глазами подруги.