Не дать им удивиться. Не дать задать ни одного вопроса. Я лучшая, пусть я и недо-командир в этой экспедиции, и значит, — я смогу. И значит — придется с самого начала, с того, что чуть не перебило мне хребет перед прыжком в «Фоейршельд».

Только вот Кацураги налила мне кофе, а я парням даже так испортить жизнь не могу.

«Тень». Корабль мертвецов, корабль бессмертных. Корабль, созданный для вечного сражения. Сверхдредноут, который навсегда займет Предвестий, потому что сам укреплен останками поверженных врагов. Как логично, правда? С помощью этого корабля канцлер проводил свой жуткий эксперимент — создавал гвардию Аянами, создавал только для того, чтобы испытать на прочность свое оружие против Заката: ну-ка, есть сила зазеркалья?

Есть, еще какая. Восемь человекообразных Предвестий почти полвека держали в страхе недовольных Империей, а одно из них вон и сейчас сидит, обняв колени, за спиной шокированного обормота. Несчастное, ледяное. «Эмоционально нестабильное» в этого обормота по уши.

В «Тени» семнадцать сердец тварей из зазеркалья, и я, разговаривая с Его Тенью, стояла рядом с одним из них.

«… В сердце помещения мерцала алая полусфера, метров так пять-шесть радиусом. Она росла из пола, опоясанная кольцами, окутанная голо-панелями и старыми примитивными экранами…»

«Тени» не нужны дыроколы и гомеостазис, чтобы защититься от зазеркальных влияний: он плоть от плоти этого мира, это великолепный корабль, это, мать его, настоящий клад для рейда в Закат, если бы не одно «но». Или два «но».

— Во всей вселенной не хватит сверх-топлива, чтобы он сам смог пробиться сюда.

— П-подожди, а если через червоточину?

«Если». Он таки задал вопрос, он, внимательный и умный обормот — ошеломленный, подавленный.

— Если не вдаваться в подробности — не пролезет. Или автономность, или компактность. Увы.

«Его разорвет, слишком большая масса», — сказала мне Кацураги и привела какие-то совсем неправдоподобные цифры гравитационных нагрузок. Я подумала, что не хочу о таких цифрах знать ничего. Это были самые настоящие боги степеней и нулей.

— …И, как вы понимаете, расковырять не получится.

Мы не знаем, как расширять червоточины, так что придется открывать свою — недолговечную, нестабильную, но поистине огромную. Такую, чтобы раз и навсегда, чтобы зазеркальцы получили достойного врага на своей территории. Чтобы горели в аду, суки. И если для нас их мир выглядит пеклом, то я с восхищением отношусь к своим смутным мечтам об инферно для Предвестий.

— И каков план? — спросил Нагиса.

— План в том, чтобы достигнуть точки тождества.

Начиная с этого момента, все тянуло на охренительную мистику, и я даже терялась, с чего начать. Планета, которую мне показал Его Тень, песочная планета Заката была идеально тождественна планете Червей Пустоты, и именно в этой точке нам предстояло разорвать изнанку.

— К-как?

Я отвлеклась. На активных сканерах показались скопления масс, имеющих переменную скорость и весьма недурственные ускорения.

— По дороге расскажу.

Сигнал тревоги для Мисато-сан — включить. Порт синхронизации — подготовить. И, черт побери, улыбнуться Синдзи, которому я помешала тихо-мирно свалить от таких потрясающих встреч.

— Координаты «скачут», ВИ делает поправку, так что следите внимательно, — протараторила я. — Нагиса замыкающий.

Это были самые отличные триста g в моей жизни, потому что в синхронизации с «Сангоки» я увидела наконец Закат.

Космос здесь был бледно-желтым, и, если быть совсем уж строгой, космоса здесь не было: наша группа разворачивалась в газопылевой туманности, и это было просто отвратительно, потому что на скорости свыше двадцати мегаметров в секунду начнут отказывать щиты. А прыгать в изнанку отсюда — это все равно что начинать свой путь сначала.

Ну, или повторить непонятную и пугающую судьбу Маны.

Копье синхронизации я встретила сцепленными зубами — так, что аж за ушами ныло от предвкушения гребаного мира. Мира обломков, мира пыли и пепла, мира смерти — мира, которому позарез нужны наши планеты. Который не дает нам нормально повоевать в своем космосе.

Мир, ради которого мне сломали голову.

Ну, пустыня ты космическая, смотри, не подавись.

«Гравитационная аномалия по курсу, уклоняйтесь!»

Голос призрака Мисато-сан спас нас всех, потому что я на какую-то жалкую долю секунды забыла, где я лечу. Прямо по курсу из пыли ткалась кварковая звезда. Вот просто брала — и возникала из ничего, и я жгла сейчас драгоценные крупицы сверх-топлива, чтобы уйти прочь от этого абсурда, и все лучшей идеей казалось пустить вперед опытного обормота, и все призрачнее виделась цель.

И все реальнее — враги позади.

Видеолокаторы еще не дотягивались до них, я пока видела только пятна гравитационных искажений, размытые такие — и все равно неприятные. Вот хотя бы тем, как они взяли новый курс, обходя возникшую впереди звезду. Это был замечательный курс: плавный, изящный, точный. Так плывут — не летят, и мне очень захотелось выкинуть им по пути какой-нибудь подарок.