— Хорошо, — неожиданно кротко сказала Клара. — У меня тоже дела есть.

— Это какие же, позволь узнать?

— Не позволю, — мило улыбнулась Клара. — Мы, кажется, договорились, что ты не посягаешь на мою свободу. Я же не допрашиваю тебя о твоих делах.

— А я ни на что не посягаю. Просто интересуюсь.

— Ничего интересного. Девичьи заботы-хлопоты. Кстати, котик, позолоти ручку, хочу стать красивой.

— От тебя и так глаз оторвать невозможно, — буркнул Константин Петрович, доставая бумажник. — Штуки хватит?

— На то платьице, которое ты мне обещал? И на салон красоты?

— Хорошо, десять. Теперь довольно?

— Н-у-у… Ну, если не хватит, я где-нибудь еще достану.

Вот этого-то Константин Петрович и побаивался: где, а главное как она будет деньги доставать. Охотников полно, некоторые и сотни тысяч не пожалеют, чтобы отбить у него этот лакомый кусочек. Он достал еще несколько купюр.

— Ну, на это уж, я думаю, ты повеселишься нормально.

— Спасибо, котик. Постараюсь. Хотя без тебя мне как-то не веселится, ты же знаешь…

Вот это она умела, как никто, во время сказать нужные слова. Он таял и прощал ей все заморочки, выверты и капризы. Хотя ревновал, конечно, безмерно, и даже представить себе не мог, что будет делать, если она ему изменит. Убьет, наверное. Или… Или заставит об этом горько пожалеть и уже потом убьет, но не сам. Фу ты, господи, какая ерунда в голову лезет!

С Зоей у него таких мыслей не возникало, в ней он был уверен на сто процентов. Сексуальная жизнь никогда не была для нее чем-то важным, а супружеские отношения очень быстро превратили их ночи в короткий, раз и навсегда установленный ритуал: несколько поцелуев, немного поласкать грудь, немного погладить бедра — и приступаем к основной части программы. Ей хватало, во всяком случае, стоны и вздохи она издавала правильные и на неудовлетворенность никогда не жаловалась. Так что даже подумать смешно, что у Зои может появиться любовник. Зачем ей это?

Как раз такой вопрос в этот момент задавала себе Зоя, сидя на кухне их комфортабельного особняка. Она любила посидеть здесь, когда приходящая прислуга удалялась домой, а муж еще не возвращался. Тогда вспоминались старые добрые времена: кухня — центр квартиры, теплый и уютный уголок с любовно подобранными деталями, спокойное приготовление ужина для супруга, когда дочка уже уложена спать…

Теперь все изменилось, и Зоя отнюдь не была уверена, что изменилось к лучшему, хотя в данной ситуации ей позавидовали бы девяносто девять женщин из ста. Особняк с зимним садом и бассейном, почти королевская спальня, никаких проблем с деньгами и тем, что на них можно купить, домработница… Плохо было только то, что сама себе Зоя не завидовала ни капельки, особенно в последнее время.

Что-то случилось в той части жизни ее мужа, о которой она имела весьма смутное представление. Все чаще он приезжал домой заполночь, а иногда и вообще не ночевал. Правда, всегда предупреждал об этом и поводов для лишних волнений не давал. Но женская интуиция подсказывала ей, что все не так просто и гладко, как стремится представить Константин Петрович. Наоборот, все серьезно и сложно, а такого периода в их супружеской жизни еще не было.

Запах женских духов — это ерунда. Зоя примерно представляла себе, какие девицы крутятся вокруг ее супруга и ему подобных. Подошла, скажем, секретарша, положила перед шефом бумаги на стол, на секунду прислонилась к плечу плечом — все, готово. Начальник сутки будет благоухать. А официантки и барменши в ресторанах и так называемых оздоровительных центрах? А секретарши коллег, которые разносят напитки на переговорах? В общем, ерунда.

А вот свое противоестественное женское одиночество Зоя логически объяснить не могла. Разве что тем, что муж, как и большинство бизнесменов, все силы тратит на зарабатывание денег, а на остальное этих сил остается постольку-поскольку. Точнее, совсем не остается, и, как читала Зоя, помочь в этом могут только очень искушенные профессионалки. Посмеиваясь над собой, а потом с трудом сдерживая слезы разочарования, Зоя пыталась использовать кое-какие советы дамских журналов для обольщения собственного супруга. Тщетно. То ли она не годилась в секс-бомбы, то ли советы были не те.

Сегодня Зоя решилась на последнюю попытку, во всяком случае, для себя она ее определила именно так. Как бы ни было красиво и элегантно домашнее платье, сегодня она решила пожертвовать удобством ради укрепления семьи. Зоя достала умопомрачительный черный пеньюар, купленный год назад в Париже, но так и лежавший в шкафу, подобрала к нему черные бархатные туфельки на высоком каблуке без задников, черное же кружевное белье. «Стандартный набор начинающей кокотки», — усмехнулась она про себя. Потом щедро вылила в ванну чуть ли не четверть флакона ароматического масла — смесь розы и сандала — наложила на лицо питательную маску и улеглась в благоухающую воду.

«Вот и дожила до того, что приходится соблазнять законного мужа, — иронически подумала про себя Зоя. — И ведь вроде все делаю правильно: не распускаюсь, фигура почти в порядке, лицо — тоже, всегда причесана, всегда в хорошем настроении. Идеал, а не жена. Так что же ему нужно?»

По странной ассоциации Зоя вспомнила, как пару недель тому назад на одном из фуршетов в честь открытия нового салона живописи, за ней всерьез начал ухлестывать молодой модный художник. Как его звали, Вадим или Влад? Где-то у нее должна была сохраниться визитная карточка, он чуть ли не силком засунул ее Зое в сумочку и настойчиво приглашал «заходить в любое удобное время посмотреть работы и попить настоящего кофе». Да и комплиментов наговорил столько, сколько Зоя не слышала за последние три года.