– Что?

– Шестьсот шестой номер. Ты был там.

– Не помню. Что я там делал?

– Кто та женщина?

– Там ведь много было женщин? – Мужчина снова вздрогнул от боли. – А ты была там? Ты знаешь, что произошло?

– Посмотри на меня, черт тебя побери! – Голос Евы прозвучал так резко, что мужчина дернулся, будто получил пощечину, и это заставило его вернуться в реальность. – В шестьсот шестом номере лежит женщина. Ей перерезали горло.

– Это сделал я? Я убил кого-то? – Мужчина скорчился и прижался головой к коленям. – Моя голова. Кто-то кричит в моей голове.

– Ты принадлежишь к группе «Асанта»?

– Я не знаю. Что это? Я не знаю. Кто ты? Что происходит?

Покачав головой, Ева встала, в этот момент в комнату вошли медики, которых она вызвала.

– Проверьте его. Мне нужен образец его крови. Я хочу знать, на чем он сидит. Когда закончите, отправьте его в Центральное управление.

– Чья это кровь?

– К ней вы уже опоздали. – Ева вышла из комнаты, предоставив медикам возможность поработать, и столкнулась со своей напарницей.

Волосы Пибоди были стянуты в короткий хвост, открывая её квадратное лицо и визуально увеличивая её и без того большие карие глаза. На ней были мешковатые темные штаны и белая футболка, поверх которой она надела красный жакет. В руках она держала полевой набор.

– Кто умер?

– Нам пока не удалось установить личность этой женщины. Главный подозреваемый находится здесь. – Ева кивком указала на комнату за своей спиной. – Он полностью обнажен и с ног до головы покрыт кровью, которая предположительно принадлежит жертве.

– Вау! Это, наверное, была просто адская вечеринка.

– Это произошло в другом месте. Пошли, осмотрим место преступления еще раз.

Перед дверью шестьсот шестого номера они остановились, чтобы нанести на руки и ноги специальный защитный состав, в это время Ева рассказала Пибоди о том, что произошло.

– Он просто зашел на прием? И совсем ничего не помнит?

– Да, судя по всему, так оно и есть. Не похоже, чтобы он придумывал это. У него зрачки размером с Луну. Он не ориентируется в пространстве, рефлексы слабые и, кажется, у него жуткая головная боль.

– Он под кайфом?

– Это было первое, что пришло мне в голову, но лучше дождаться вердикта медиков. – Ева открыла дверь номера, на этот раз воспользовавшись ключом, который Рорк достал для нее.

Когда они вошли внутрь, то Пибоди, которая много чего перевидала за время службы, побледнела.

– Боже! – прошептала она. Затем девушка согнулась пополам, оперевшись руками на бедра, и сделала несколько глубоких медленных вдохов.

– Не вздумай испортить мне место преступления.

– Мне просто нужна минутка. Все в порядке. – Пибоди продолжала медленно и глубоко дышать. – Все хорошо. Здесь что, творили какой-то ритуал из черной магии?

– Не болтай чепухи! У нас тут просто кучка идиотов, которые устроили оргию и решили ее закончить ритуальным убийством, используя Сатану в качестве оправдания. Скорее всего, они воспользовались частным лифтом, – Ева жестом указала на него, – чтобы попасть сюда, а потом – чтобы уйти. Мы запросим диски с камер безопасности. Они ведь еще и помылись после того, как убили её. Следы этого есть в ванных комнатах, которых здесь целых шесть. Судя по состоянию кроватей, их тоже использовали, а также есть остатки еды и напитков. Поскольку я сомневаюсь, что пентаграмма изначально была частью декора комнаты, значит, кто-то нарисовал её на полу. Возникает вопрос: зачем? И почему для обычного ритуального собрания понадобилось арендовать шикарный, дорогой номер отеля?

Не дождавшись ответа от напарницы, Ева продолжила:

– Давай возьмем у неё отпечатки пальцев для установления личности и попробуем определить время смерти. – Поскольку Пибоди все еще выглядела бледной, Ева занялась телом сама. – А ты пока проверь Джексона Пайка. Судя по данным из базы отпечатков, ему тридцать три года и он проживает в Вест-Сайде, дом номер восемьдесят восемь. Работает врачом. Посмотри, не светился ли он у нас раньше.

Ева аккуратно подошла к телу, стараясь не наступать в лужи крови. Она вовсе не боялась запачкать обувь – нужно было сохранить место преступления в неприкосновенности. Воздух в номере был настолько ледяным, что кожа на руках Евы покрылась мурашками, и она снова почувствовала странную пульсацию.

Ева взяла жертву за руку и поднесла её к идентификационному устройству, а затем отсканировала отпечатки пальцев.

– Ава Марстерсон, тридцать шесть лет, не замужем. Женщина смешанной расы из Амстердама. Она работала офис-менеджером в клинике Вест-Сайда.

Кивком головы Ева указала на левое бедро женщины, там виднелась татуировка – красно-золотая змея, вцепившаяся в свой хвост.

– У неё тату на бедре, которое не указано в идентификационных данных. Это либо временная татуировка, либо сделана совсем недавно.