Прежде чем Керри опомнилась, Линк нырнул в бассейн, практически не вызывая брызг. Он некоторое время плыл под водой, разрезая пространство сильными руками.

Керри ощутила, как ноет все тело. Прикосновение легкой батистовой ткани к груди вызывало нестерпимую боль.

Наконец, Линк вынырнул и доплыл до края бассейна. Некоторое время он полежал на воде, раскинув ноги и руки в стороны, потом встал на дно и помотал головой, убирая назад мокрые волосы.

У Керри закружилась голова, и она зажмурилась.

Когда она вновь открыла глаза, Линк стоял на краю бассейна и одевался. Он провел руками по ногам и животу, стряхивая капли воды. От этих движений у Керри пересохло во рту. Линк медленно шел к задней двери дома, пока, наконец, не скрылся из виду. Она так и стояла, не в силах пошевелиться, пока не услышала осторожные шаги на лестнице и хлопок двери комнаты Трента.

Вздрогнув, Керри подошла к постели и легла, скинув покрывало. Прикосновение чего-то инородного к телу казалось невыносимым. Она мечтала совсем о других прикосновениях, ласковых и нежных.

Может, она заболела? Подцепила какую-то тропическую лихорадку? Или это всего лишь признаки влюбленности?

Линк вошел в кухню, когда Кейдж и Дженни стояли обнявшись и о чем-то шептались. Извинившись, что помешал и невольно стал свидетелем столь интимной сцены, он поспешил удалиться, но Хендрены попросили его остаться.

— Входи, все в порядке.

— Не хотел мешать. — Он неожиданно почувствовал себя очень неловко.

— Ты совсем не мешаешь. — Кейдж погладил жену по животу. — Как думаешь, у нас будет футболист или балерина? — со смехом добавил он.

Линк усмехнулся в ответ.

— Все мои знания о детях уместятся в наперстке, а может, еще и место останется.

Кейдж подошел к стойке и налил гостю чашку кофе.

– Сегодня я отвечаю за завтрак. Какие пожелания?

— Никаких.

— Яйца и ветчина?

— Отлично.

— Апельсиновый сок, Линк? Или грейпфрутовый? — спросила Дженни.

— Лучше апельсиновый.

Она взяла графин и налила ему стакан сока.

— Тебе никогда не приходилось общаться с детьми?

— Никогда, до этой недели.

— И своих нет?

Кейдж нарочито громко кашлянул. Линк, казалось, ничего не заметил. Похоже, он вообще мало обращал внимания на происходящее вокруг.

— О нет. Я никогда не был женат.

— Хм. — Дженни села на стул и взяла чашку чая, проигнорировав многозначительные взгляды мужа. — Еще успеется.

— Да. А где ваш отпрыск?

— Мы уже поели.

— Прошу прощения, вчера поздно лег. Все уже встали?

— Я вскочил рано и поднял Трента. Не хотел, чтобы он мешал тебе выспаться, — сказал Кейдж. — Флеминги и мои родители повезли детей в клинику навестить Джо.

— И Трент с ними?

— Он устроил скандал, и Рокси, как всегда, сдалась. Сара будет за ним приглядывать, — вмешалась в разговор Дженни. — Моя лучшая подруга и бабушка совсем его разбаловали.

О Керри никто не упомянул, и Линк боялся первым спросить о ней.

— А Керри тоже член вашей организации?

На лицах супругах появилось удивление.

— Она ничего тебе не говорила? — спросил Кейдж.

Линк покачал головой и проглотил кусок ветчины.

— Она пришла к нам, — начала Дженни, — в очень тяжелый период жизни. Ей пришлось пережить суд над ее отцом, и она…

Линк отложил вилку.

— Эй, какой суд? Над каким отцом?

Кейдж и Дженни переглянулись.

— Утеном Бишопом.

Линк захлопал глазами, надеясь, что новые друзья скоро ему все объяснят. Он отставил тарелку и положил руки на стол.

— Утен Бишоп? Тот Утен Бишоп отец Керри?

Супруги переглянулись и кивнули.

Линк выругался себе под нос.

— А я совсем об этом не подумал. Точно, у него была дочь. Только я никогда не задумывался над тем, сколько ей лет и как она выглядит. Я был в Африке, когда началась вся эта история.

Он старался по возможности оградить ее от скандала. Хотя, конечно, ей все равно досталось.

— Конечно. — Линк уставился на чашку с кофе.

Утен Бишоп и его семья обсуждались пару лет назад всеми изданиями. После блистательной карьеры на дипломатическом поприще Бишоп был отозван из Монтенегро, когда выяснилось, что он имеет отношение к политическому кризису в стране. В его руках оказалась секретная информация, которую он использовал в целях обогащения.

Вскоре все это стало достоянием средств массовой информации. Последовали тщательное, хотя и нарочито показательное расследование и громкий судебный процесс. Через месяц после вынесения приговора Бишоп скончался от сердечного приступа в федеральной тюрьме.