Г. Костырченко обстоятельно описывает историю мифа, именуемого наиболее азартными его приверженцами «сталинским геноцидом евреев». Первые слухи о вывозе евреев в Сибирь зашуршали среди москвичей в 1948 г. вслед за гибелью Михоэлса и последовавшими арестами руководителей ЕАК и деятелей еврейской культуры. Затем борьба с евреями – «безродными космополитами» подпитала шепотки до разговоров вполголоса и до сообщений в заграничной печати о грядущей высылке на восток СССР поголовно всех советских евреев, причём из России 400 тысяч уже переселены, а миллион из Украины и Белоруссии вот-вот повезут. В Израиле тоже вздрогнули: одни встревожились за советских собратьев, другие понадеялись встречать толпы иммигрантов, - но никакие источники в Москве, ни дипломатические, ни разведывательные, ожиданий не подтвердили – никто вроде бы евреев никуда не гнал. Однако не утихало: евреи были горько научены недавним скорбным опытом, европейская Катастрофа неизбывно висела над их удручёнными головами, а тут грозные газеты, пропитанные антисемитизмом, и вот уже из московского троллейбуса пьяный мужик выталкивает старуху с хрипом «Жидовка!», а вокруг ни слова защитного, ни взгляда сочувственного – чего остаётся ждать, если в конце 1952 г. семьи арестованных «еврейских националистов» уже загремели из столицы в казахстанскую ссылку, если из Кремля просачивались мнения вроде «Я бы всех евреев выслала вон из Москвы!» - это сказала дочери Сталина жена Николая Михайлова, руководителя всей партийной пропаганды.

Сталин был политиком, не только коварным, но и умным, даже умнейшим. Когда пришла пора заменить государственный гимн «Интернационал», то среди конкурсных вариантов был и текст ретивого поэта-еврея Осипа Колычева (Сиркеса): «Славься Россия, наша Держава! Славьтесь народы русской земли!.. Слава народам, в дружбе живущим! Славься Россия — дружбы оплот! Славься вовеки наш всемогущий Непобедимый русский народ!». Сталин, поднявший знамя русского шовинизма, выбрал текст намного сдержаннее «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки великая Русь», и больше русскость не педалировалась, и среди двух авторов-неевреев один был русским – всё, как сегодня сказали бы, «политкорректно».

Лисий хвост метёт чисто. В собственных публикациях Сталина ни одного слова юдофобского, ни единой строки – пачкать руки он предоставлял холуям (и сколько среди них евреев набег'aло!). Но и его пропагандисты-«интернационалисты» вслух евреев евреями, как правило, не называли, предпочитали именовать то «мирными советскими гражданами», когда речь о жертвах оккупации, то «сионистами – агентами империалистических разведок», то «антипатриотами» или «космополитами», или «лицами еврейской национальности», а в служебных документах «лицами нерусской национальности». А когда при разгуле гонений на евреев почётный академик, украинец Николай Гамалея направил Сталину протестующее письмо: «Для меня, как и для многих моих друзей и знакомых, является совершенно непонятным и удивительным факт возрождения такого позорного явления, как антисемитизм... Антисемитизм исходит сейчас от каких-то высоких лиц, засевших в руководящих партийных органах, ведающих делом подбора и расстановки кадров» - ответом оказалось привязанное к 90-летию академика награждение его орденом Ленина. (Благодаря за награду, Н. Гамалея опять написал Сталину: «Арестованы мои близкие (еврейские) друзья... Эти аресты, как мне думается, являются проявлением одной из форм того антисемитизма, который, как это ни странно, пышным цветом расцвел в последнее время в нашей стране... Я просил бы Вас лично не допустить произвола и осуждения невиновных лиц, которые могут стать жертвами антисемитизма» - ответа учёный не дождался, умер через несколько недель).Ещё один действенный сталинский фокус – награждение выдающихся евреев премиями имени вождя – под тем соусом любые каннибальские блюда легко подавались, особенно за границу.

Сталин никогда не упирался в идею так тупо, как Гитлер. Немецкий фюрер был однозначно зациклен на истреблении евреев, а советский вождь на пике своего антисемитизма в конце 1952 г. вдруг публично возмутился: «У нас в ЦК антисемиты завелись. Это безобразие!». Юдофоб Гитлер уничтожал как заразу книги еврейских авторов, а при юдофобе Сталине в СССР не печатали антиеврейские строки Гегеля и Маркса.

У Гитлера правит бал идеология, у Сталина – политика. И здесь Г. Костырченко и Л. Дымерская-Цигельман, в общем, сошлись: политику-вождю депортация евреев ни к чему. В статье «Незабываемый 1953-й» Л. Дымерская-Цигельман пишет, что открытая этническая экзекуция была невозможна для Сталина – первого антифашиста эпохи и оттого массовая депортация евреев «м а л о в е р о я т н а» [33].

Но любителей страшилок не угомонить. Сегодня приверженцев легенды о депортации не останавливает отсутствие ни каких-либо документов, ни следов подготовки организованного перемещения миллионов человек.

– У Сталина, - говорят они, - был огромный опыт репрессий против народов. Его энкаведисты выселили крымских татар, греков, армян, болгар, а на Кавказе чеченцев, ингушей, черкесов... Почти миллион человек. Оперативно и без огласки.

Историки возражают: - Из Крыма, согласно донесению наркома Берии Сталину 5 июля 1944 г., выселили 225009 чел и сделали это 32 тысячи бойцов НКВД. С Кавказа изгнано около полумиллиона человек. А всего участвовало в выселении 70 тысяч сотрудников НКВД. Это в отдалённых-то местах. Сколько же потребовалось бы мобилизовать войск на транспортировку евреев (только из Москвы сотен тысяч человек)? Но свидетельств такой подготовки - нет. Как нет и проектов перевозки, последующего расселения - никаких планов, никаких отчётов, никаких распоряжений, одни слухи, болтовня...

– Ну и что? – не теряют куража разоблачители. – У гитлеровцев тоже не нашли письменного приказа об уничтожении евреев, а шести миллионов не стало. Чт, уподобимся отрицателям Холокоста?..

И даже на телеканале, редком для сегодняшней России, почти честном, интеллигентная ведущая допытывается у историка, подобно ей антисталиниста и еврея: - Сталин хотел выселить евреев?

– Нет доказательств, - возражает историк.

– Но ведь говорят...

– Разговоры – не доказательства. Сегодня о выселении мы ничего достоверного утверждать не можем, - деликатно упирается историк.

А ведущая упрямо тянет свою линию: - Ну, это сегодня. А со временем, с открытием архивов мы ведь можем найти сталинские планы изгнания евреев? – И распахивает с надеждой прекрасные свои глаза.

Ведушая, вероятно, чутко восприняла воспоминания заслуженного литератора Б.С., заверявшего, что живя в сталинской Москве, он «каждой порой души» ощущал надвигающуюся депортацию евреев, и ему не нужно иных доказательств. Тележурналистку могла впечатлить и книга А. Ваксберга, упомянутая выше [29]. Эта работа среди уймы текстов, противостоящих мнению Г. Костырченко о депортации евреев, - наиболее обстоятельная и показательная; потому здесь речь именно о ней.

А. Ваксберг расходится с Г. Костырченко очень решительно: «Приближалась десятая годовщина сталинского триумфа — победы под Сталинградом, действительно переломившей ход войны. Он решил отметить эту дату Вторым Холокостом. Заветная цель Гитлера именно в эти дни должна была быть осуществлена руками Сталина. Он спас евреев от тотального уничтожения нацистами, чтобы уничтожить их самому». И далее без заминок, аллюром, лихо употребляя слово «геноцид», ссылаясь на устные свидетельства, иногда даже из третьих рук, азартно опровергая Г. Костырченко, который ищет документы.