– Давай возьмем за исходное то, что Становление совпало с гибелью Мараина. Частично нам это даст перекрытие энергий и поглощение пяти процентов мощности возмущения эфира. 

– Это очень приблизительная оценка. 

– Так или иначе, но два события произошли, считай, одновременно, и мы не можем игнорировать этот факт, в особенности когда это произошло на одной и той же территории. Мы убираем эти пять процентов из Становления, и из гибели Мараина. Исходные параметры гибели Дитя Ночи нам известны. Соответственно, нам надо рассчитать, где именно был убит Мараин, а это уже проще. И если приблизительный расклад по Становлению хоть на двадцать процентов совпадет с местом гибели Мараина – то руку даю на отсечение, что Становление было там же. 

– Ладно, попробуем. Ты занимаешься Мараином, я Становлением. 

Братья сели за столы и разложили перед собой карты и пишущие принадлежности. Некоторое время был слышен лишь скрип перьев, и не особо разборчивое бормотание себе под нос, исходящее от обоих братьев. Наконец, среди этой рабочей идиллии, Старший спросил: 

– И когда прибудет Реска? 

– Пообещала в следующий цикл объявиться у нас. 

– А Инк? 

– Тоже. 

– Хорошо. Не забудь когда закончишь расчеты выбросить в уловитель пищу для Рески. 

– Разумеется. 

Работа продолжалась без перерывов и отдыха, благо оба были в полной силе и не нуждались ни в еде ни в сне. 

– Старший, а ты не боишься? 

– Чего? 

– Ну например того, что это не рукопись Древнейшего, а появился кто-то равный ему по силе. Или что у того, кто бы это ни был, найдутся и другие рукописи, которые мы в свое время упустили. Или может быть это афера, специально для того, чтобы заманить нас на территорию Бладера, а в это время кто-нибудь нанесет удар по нашей территории? 

– Ты что-то отвлекаешься. Видимо думаешь не о деле. На тебя что, так общение с Реской действует? 

– Ты не ответил. 

– Ты тоже. Впрочем ответ прост. Нет, не боюсь. Мы разделались с Древнейшим, причём потери были вполне допустимы. Другие рукописи – возможно и существуют, но это значит, что всё надо готовить заранее, а спланировать и скорректировать такую Игру за чересчур долгий срок невозможно. Слишком много случайных факторов может вмешаться. Что же касается последнего – в любом случае с Бладером надо будет разделаться. Я с трудом понимаю, как он ухитрился выбить с его территории тебя, но это событие вовсе не прибавляет мне любви к нему. В общем – даже если по нашей территории нанесут удар – мы сможем ответить потом. Так что я не боюсь. 

– Ты прав. 

– В чем? 

– Это на меня общение с Реской так действует. Интересно… 

– Что именно? 

– А почему мы не женимся? 

От столь неожиданного вопроса Старший вздрогнул, в результате чего ухитрился сломать перо и опрокинуть чернильницу на только что исписанный лист. Выругавшись, он схватил лист, и, проведя над ним ладонью, сжал ладонь в кулак над чернильницей, после чего повернулся к Младшему и сухо спросил: 

– С чего такие вопросы? 

– Даже среди корма это весьма распространено, а у нас нет. Вот и интересно. 

– А ты не приравнивай себя к корму. Мы не женимся, поскольку это не продуктивно. Детей ты завести не сможешь, а жениться ради того, чтобы принудить другого Дитя Ночи к неким обязательствам по отношению к тебе… Мне было бы интересно, как бы ты отреагировал, если бы с тобой попытались провернуть такой номер. 

Младший помолчал и вздохнул. Что и говорить, Старший был прав, и отсутствие даже малейшей возможности завести детей было частью той платы, которую платил каждый за Становление. Что уж говорить об обязательствах между Детьми, когда и заключающиеся временные альянсы заставляли их наступать себе на горло в силу вынужденности обстоятельствами. Мирное сосуществование братьев было тоже вынужденным, но никому из них даже не хотелось вспоминать о тех причинах, которые были тому виной. Младший скрипнул зубами, вспоминая как Древнейший, во время атаки на него, исхитрился сплести воедино их заклятья, и добавив к ним что-то от себя швырнул всё назад. А они то тогда радовались, что смогли уцелеть после его удара. Лишь когда всё было закончено, они смогли разобраться в том, что же на них повисло подобно сети на плечах. Сногсшибательное заклинание, не знающее равных ни по красоте, ни по эффективности, целью которого было вовсе не убить их, а наоборот, обречь на жизнь. Долгую жизнь, пока один из них не умрёт, что в свою очередь повлекло бы смерть и второго. Младший втайне от брата пытался разобраться в том, как снять заклятье, но уже два века у него ничего не выходило. Он подозревал, что и Старший по вечерам занимается тем же, но, то, что он еще жив, говорило, что и второму брату не удалось преуспеть. 

У братьев было много счетов друг к другу, даже до Становления каждого из них, и оно не убрало проблемы, а лишь добавило. Их отец всегда говорил им, что у них единая судьба, и что следует не враждовать, а поддерживать друг друга, но судьбе было угодно сводить их вместе только для совместного уничтожения, и первой их жертвой стал их отец. 

Так уж получилось, что они были чуть ли не единственными Детьми, которые знали своё прошлое до Становления, которое первым прошел Старший. Судьба свела их вновь, вскоре после того, когда Младший попытался уничтожить брата, считая что знает его слабые места, но попал к нему в плен, где, на допросе с пристрастием, он всё рассказал, в том числе и про причину которая побудила его на эту глупую попытку. Вскоре Младшему удалось бежать, и судьба распорядилась жизнью второго брата также, как и жизнью первого. Долгое время оба брата пытались достать друг друга, и результатом этих попыток стало падение шести других Детей Ночи, чьи территории, волею случая, оказались меж владениями братьев. Когда же, наконец, они готовы были провести серии атак друг на друга, неожиданно появился Древнейший и расстроил их планы полностью, ослабив их мощь настолько, что и думать не стоило расправиться с противником одним ударом. Дальнейшее – стало историей. Объединив силы братья собрали самый многочисленный альянс, да и в общем-то самый сильный, за всю историю мира, и, выследив Древнейшего, уничтожили его, что и стало причиной их последующего краха. 

Хорошо еще, что они сумели сделать вид перед остальными Детьми, что совместная атака на Древнейшего положила конец старой вражде, а не то их единственное слабое место стало бы достоянием всех, кому это стало бы интересно. 

Обреченные на жизнь – горько подумал Младший. Древнейший, ты не мог придумать ни единой более жестокой шутки, чем та, которую ты сотворил. 

Когда наступает пора тишины, и ночь вновь накладывает своё право на всё, чего касается, неважно кто ты – Дитя или корм, но для тебя наступает время раздумий и воспоминаний. Они ночными птицами кружат вокруг тебя, считая своим долгом напомнить тебе о прошлом и предостерегая о будущем. Баламутя потоки времени вокруг тебя, они могут сделать и так, что вся ночь пролетит незаметно, но могут и заставить её растянуться до бесконечности. Даже самые сильные из Детей не могут устоять перед ними, и признают их лучшими помощниками которые только могли бы у них появиться. Для кого-то время покоя это возможность обдумать предстоящие ходы, а для кого-то проанализировать старые ошибки, дабы не допустить их снова.