Устроившись рядом, Кузминский задумчиво произнес:

— Не в обиду тебе будет сказано, но как мне хотелось бы, чтобы вместо тебя тут сидела… одна девушка.

У Лизы дрогнул голос:

— Зинаида Мичурина?

— Кто? Да Бог с тобой! Далась тебе эта Зинаида… С ней тут хорошо было бы прилечь, а чтобы сидеть и разговаривать, открывая всю душу, она никак не подходит.

— Значит, у тебя есть невеста? — спросила она напрямик.

Алексей медленно покачал головой:

— Нет, мы с ней не только не помолвлены, но и едва знакомы. Если начистоту, я думаю, она уже давно забыла меня… Случайная встреча. И целый год воспоминаний и страданий. Сюжет для пьесы.

У нее отчаянно заколотилось сердце: «Год! Он сказал: год. Неужели он нашу с ним встречу имеет в виду?!»

— Почему же только воспоминания? Почему ты не разыщешь ее и не скажешь о своих чувствах?

— Разыщешь! — усмехнулся Кузминский. — Ты, брат, видно, не знаешь, в какие мы, актеры, поставлены драконовские условия! Я не имею права отлучиться из Петербурга, потому что пьесы с моим участием идут каждый день. Пока я пользуюсь спросом, меня будут эксплуатировать на всю катушку.

— Значит, твоя избранница живет не в Петербурге? А где? В Москве?

— Даже не в Москве… Ехать к ней надо «в деревню, к тетке, в глушь, в Саратов»?

Лиза потерянно повторила:

— В Саратов?

— Нет, на самом деле не в Саратов, но тоже не ближний свет… Да и потом… Зачем мне ехать к ней, Андрей? Чтобы увидеть неузнавание в ее прекрасных глазах? Она и не помнит меня — вот в чем дело. Ничего ведь и не было, совсем ничего. А вот так зацепило, вошло в душу, что никак не излечиться. Я и не думал, что такое случается вне сцены… Впрочем, что мы все обо мне! — внезапно оборвал он себя. — Расскажи мне, в каком ты родстве с Перфильевыми.

Застигнутая врасплох, Лиза нашлась не сразу:

— Я… я… Это сложно…

Наклонившись к ней, Кузминский тихо спросил:

— Ты рожден вне брака? Не опасайся, никто не узнает.

Приободрившись, Лиза вцепилась в подкинутую им идею:

— Да! Но как ты догадался? Моя матушка была… гувернанткой в доме Перфильевых.

— Вот как? — протянул Алексей с удивлением. — Значит, кроме близнецов, у них имеются еще и старшие дети?

— Старшие? Почему? — совсем смешалась Лиза.

— А кого же тогда учила в их доме твоя матушка?

— Ах да! Конечно. Был еще старший брат…

— Был?

— Он… умер. От инфлюэнцы.

— О боже… — На лице Кузминского отразилась неподдельная боль. — Когда это было?

На этот раз Лиза постаралась быть осмотрительнее:

— Очень давно. Близнецы еще не родились.

— Ну, конечно. Ты ведь старше Лизы.

— Ты помнишь, что ее зовут Лизой? — обрадовалась она.

— Мне ли не помнить, — печально откликнулся Алексей, и звук его голоса заставил сердце Лизы взволнованно затрепетать.

Она спросила, постаравшись придать своему голосу небрежность:

— Актерская память? Так ты был с ней знаком?

— Очень кратко. Вряд ли ей это запомнилось, так что лучше не спрашивай у нее обо мне…

«Глупый! — едва не вырвалось у Лизы. — Какой же ты глупый…»

Но Кузминский уже вернулся к судьбе Андрея Зыкова.

— Что же твой отец? Он как-то участвовал в твоем воспитании?

— Эпизодически, — осторожно ответила Лиза. — Я видел его своего несколько раз в жизни, но он всегда выделял на мое воспитание какие-то средства.

— А в доме он тебя не принимал? Хотя бы после смерти жены… Ведь, как я слышал, она скончалась во время родов?

— Да, так и было, — в голосе Лизы прозвучала неподдельная грусть. — Но и после ее кончины отец не стремился приглашать меня в гости. Я был у Перфильевых всего пару раз. И уже взрослым.

Кузминский живо обернулся:

— А давно ли ты видел Лизу в последний раз?

Она сделала вид, будто припоминает:

— Да кажется… А, как же! Две недели назад — на похоронах нашего батюшки.

— Так их отец умер?! — вскричал Алексей.

— А ты не знал? — спохватилась она.

— Помилуй, как я мог узнать?

— Да, в самом деле… — Она решилась спросить о главном: — А почему тебя так интересует эта семья?

— Семья? Меня вовсе не интересует эта семья, только…