А ещё я лихо переводила с чешского! Практически уже выучила язык. «Потрава» – значит здесь продают еду. «Позор! Трам!» – не зевай, а то переедет трамвай. «Добри дэн!» – здравствуйте. Что и говорить, лингвистическими способностями меня бог не обидел.

Впечатления наслаивались одно на другое, мозг не успевал их обрабатывать, а сердце впитывать. Как я убивалась утром по поводу моего вчерашнего бенефиса! Как страдала, что не удержала Владимира… Но это не помешало мне получить удовольствие от экскурсии по городу и речной прогулки. Но сейчас снова нахлынули грустные мысли – едва мы свернули на Гуситскую улицу, уже мне знакомую. В тысячный раз безуспешно приказала себе не вспоминать Володю… Перед глазами вновь возникло его лицо, а лопатками я ощутила прикосновение его медвежьих лап. Внезапно в голове промелькнула невероятная идея: а если попытаться найти мою пропажу? Найти и объяснить, что обычно я не напиваюсь в стельку, не горланю песню «Алехандро» и не сползаю вниз по стене, как сорванный гобелен.

Я милая, скромная блондиночка.

Душечка, ангел.

Какой бред!

Прекрасно знаю, как меня рекомендуют коллеги, подчинённые, конкуренты. Скромницей и душечкой уж точно никто не называет. Впрочем, я никогда особо не задумывалась о чужом мнении. Вот только сейчас – когда мои мысли, словно пчелиный рой, продолжают виться вокруг прекрасного, но безвозвратно утерянного мужчины…

Что ж, я такая, какая есть. И многих восхищаю, многим нравлюсь. Просто Володя исчез раньше, чем у меня была возможность предъявить ему мои лучшие стороны. Только ногу и похвалил. А у меня, кроме ноги, ещё целый набор приятных вещичек – и внутри, и снаружи… Только бы снова встретиться и посмотреть друг другу в глаза! И снова ощутить, как поют струны души, резонирующие при каждом вздохе и взгляде!

Да как же я его найду – не зная фамилии, в чужом городе?

Глупая и безнадёжная затея. Мною управляет отчаяние, а надо бы смириться и оставить надежду. Но смирение никогда не станет моей добродетелью – сначала я должна выцарапать у судьбы всё, о чём мечтаю.

Таксист остановил машину прямо у отеля – рядом с чёрной «ауди». Я обратила внимание на этот автомобиль, потому что он выглядел чересчур дорого и нарядно для Праги. Как я успела заметить, тут преобладали скромные и компактные машины. Основной массе европейцев не свойственно пускать пыль в глаза, в то время как у нас в России это повальное бедствие. Наш с Наткой сосед по подъезду Антон, офисный работник, ежемесячно выплачивает кредит за автомобиль представительского класса. На жизнь ему остаётся полторы тысячи рублей – насколько я понимаю, молодому мужчине этого и на презервативы-то не хватит.

Мы с Игорем тоже изо всех сил выпендриваемся на наших джипах (и ежедневно оставляем на заправке чемодан денег!), но положение обязывает. С нами не стали бы вести дела, перемещайся мы по городу на «жигулях».

Я расплатилась с таксистом, вошла в холл гостиницы и, кивнув администратору, направилась в коридор, ведущий к номерам. Но Кристина меня остановила.

– Добрый вечер! А вас тут ждать! – радостно объявила она.

Я удивлённо обернулась. Из кресла, стоявшего сбоку от входной двери, поднялся и сделал шаг мне навстречу… Владимир! А-а-а-а-а-а-ахххххххххх! Вдруг налетел фиолетово-чёрный смерч и сорвал подчистую все верхние этажи отеля. Раздробленные в крошку кирпичи, обломки мебели, искорёженная сантехника в один миг унеслись прочь, а над моей головой загрохотало и закружилось грозовое небо, расчерченное зигзагами молний. Молнии сверкали, небосвод осыпался крупными кусками, как фарфоровая ваза, от раскатов грома закладывало уши… Буря бесновалась с минуту. А потом всё стихло, гостиница обрела прежний вид, потолок вернулся на место…

– Добрый вечер, Лена, – улыбнулся Володя. – Наконец-то! А я вот сижу. Жду вас.

Он кивнул в сторону столика, где я увидела открытый ноутбук и коллекцию опустошённых кофейных чашек.

Дыхание перехватило, по спине пробежал холодок. Да что же со мной происходит! Почему я стою, как парализованная, не в силах вымолвить ни слова? Фортуна смилостивилась и подкинула второй шанс, нужно его не упустить. Следует быть лёгкой и остроумной и не принимать себя всерьёз. Я много раз инициировала необременительные отношения с мужчинами и могу стреножить понравившегося парня быстрее, чем это проделывает с овцой австралийский фермер.

А сейчас замерла. Стою, моргаю. Всё ещё не могу поверить в своё счастье.

Он вернулся! И стоит рядом со мной…

Да скажи ему хоть что-то, тупица!

Лучи вечернего солнца проникали в холл гостиницы сквозь огромные окна. Лицо Володи было освещено мягким тёплым светом, и мне казалось, что это нимб вокруг его головы.

Как же мне нравится этот мужчина!

– Первый раз я заезжал утром в половине десятого. Но вы уже исчезли.

– М-м-м… Э-э…

– Тогда я вернулся в пять. А вас снова нет. Решил – буду ждать до упора! Поработать успел. Как вы себя чувствуете, Лена? Мы с вами вчера немного перебрали, – усмехнулся Володя.

– Правда?

– Да. Вы как?

– Э-э… Великолепно! – призналась я, и это было чистой правдой. Моё сердце ликовало. За сегодняшний день я тысячу раз проваливалась в пропасть отчаяния и пыталась свыкнуться с мыслью, что этот мужчина навсегда для меня потерян. А сейчас он стоит рядом, смотрит, улыбается. И наша история продолжается. Похоже, у нас действительно будет роман. Ах, если б Володя сейчас обнял меня так же крепко, как вчера… Это привело бы в чувство.

Владимир вдруг приблизился, взял за плечи и осторожно привлёк к себе.

– О-о, – выдохнула я.

Он читает мои мысли!

– А я соскучился. Так долго ждал, когда опять увидимся. Лена. Ле-на.

И он поцеловал меня в щёку. Этот лёгкий и невинный поцелуй опалил огнём. В голове заискрило, электрические разряды побежали вниз по телу.

Ох!

Кристина сосредоточенно стучала клавишами компьютера и смотрела на экран, делая вид, что ничего не замечает. В дверях появилась шумная американская семья – мама, папа и три подростка. Все, как один, были в шортах, и каждый держал в руке что-то съедобное: колоссальный сэндвич, или рогалик, или булку. Папины апоплексичные щёки лежали на плечах, мамин целлюлит дрожал, как студень… Милая дружная семья гиппопотамов, способная оборвать трос грузового лифта.