— И все произошло публично? Люди знают об этом?

Ева молча кивнула.

— А он знает о твоем желании купить компанию? Знает, что ты отправилась с этой целью в Лондон?

— Нет, не знает ничего.

— Замечательно, — обрадовалась Кэсси, чем заметно удивила Еву. — Мы можем использовать это обстоятельство в своих целях. Это означает, что он не является заинтересованной стороной и не будет действовать по твоей указке. В этом-то вся суть. Если, предположим, мы объединим твой пакет акций с его пакетом, а он будет заодно с тобой, то ни ты, ни мы не сможем больше приобрести ни одной акции, так как это может подорвать наше первоначальное предложение о покупке компании. Согласно биржевым правилам, если один держатель или небольшая группа сообщников уже имеет на руках более двадцати процентов акций, то предложение о покупке компании считается реализованным. А твои десять процентов означают, что мы и Роби Фрейзер можем вместе выкупить еще около десяти процентов, не нарушая установленных правил.

— Но зачем же нам покупать еще десять процентов до объявления нашего решения о покупке компании? — продолжала допытываться Ева.

— По двум причинам. Первая. Как я уже сказала, это даст нам дополнительные преимущества перед другими покупателями. Вторая. Мы купим эти акции по более низкой цене, чем после начала биржевых торгов. Как только на бирже появляется объявление о продаже компании, цены на ее акции, как правило, начинают быстро расти.

— Хорошо. Кто же в таком случае станет покупать акции до объявления о продаже компании?

— «Кэйс Рид» купит пять процентов, а оставшиеся пять — Роби Фрейзер. После этого, имея на руках двадцать процентов, мы выступим с предложением купить остальные восемьдесят.

— А каков механизм всего этого?

— Наш банк вместе с Роби Фрейзером учредит компанию, которая и заявит о желании приобрести акции на Ванкуверской бирже. У нас будут равные доли в этой компании. Затем, когда мы выставим предложение, ты обменяешь свои десять процентов акций компании «Джиниус» на десять процентов акций нашей новой компании. Таким образом, «Кэйс Рид» и Фрейзер получат сорок процентов, а у тебя останутся твои десять. Разумеется, количество акций может оказаться другим, но пропорции должны остаться примерно такими же.

— На первый взгляд все очень просто.

— Да, но только теоретически. На практике же это довольно грязное предприятие. И все же не стоит отчаиваться, я думаю, что у нас все получится. Но сперва нам нужно составить аккуратный бизнес-план, отослать его Фрейзеру, созвать очередное совещание и добиться от него согласия. После этого мы можем приступать к покупке компании.

— Кстати, — недоверчиво прервала ее Ева, — ты собираешься пригласить кого-нибудь еще?

— Мне бы не хотелось этого. Слишком много людей, слишком много шума, неразберихи. — Кэсси улыбнулась и хитро подмигнула Еве. — Не исключено, что я вложу в это дело свои собственные сбережения, если ты, конечно, не будешь против того, чтобы я стала твоей партнершей.

— Ради Бога. Если ты готова рискнуть своими деньгами — пожалуйста.

— Если рискует наш банк, я тоже готова идти на риск.

— Но ведь в банке не твои собственные деньги.

Кэсси призадумалась.

— Уж не пытаешься ли ты отговорить меня?

— Разумеется, нет. Но не советую вкладывать больше, чем ты можешь потерять без особого ущерба для себя.

— Ева, ты слишком пессимистична для человека, который предложил нам эту сделку.

— Ты моя старая подруга, Кэсси. Я верю в это предприятие, но вместе с тем и осознаю всю степень риска. Всякое бывает.

— Ничего. Я все-таки попытаю счастья, если, конечно, ты не будешь слишком рьяно отговаривать меня.

— Нет, Кэсс, не буду. Валяй. Вкладывай свои денежки.

Ева улыбнулась, но улыбка, как показалось Кэсси, получилась довольно грустная.

— О, мне нужно в туалет, — неожиданно выпалила Кэсси. — Сейчас вернусь.

Ева молча наблюдала за тем, как ее подруга выскочила из кабинета, стараясь сохранять спокойное выражение лица. Затем она оглядела ее кабинет, но не нашла там ничего интересного. Да и сидевшая за дверью секретарша не позволила бы ей порыться в бумагах.

За дверью беспрестанно звонил телефон. Секретарша говорила очень тихо, но натренированный слух Евы все же позволил разобрать отдельные фразы.

— Вас просит Эндрю Стормонт, — сказала секретарша, когда Кэсси вернулась.

Ева оцепенела. Кэсси вытаращила на нее глаза, словно соображая, не ослышалась ли она. Затем нарочито неторопливым движением взяла трубку.

— О, здравствуйте, — ответила она мягким, вкрадчивым голосом, который выражал одновременно радость и приятное удивление. — У меня не так много времени. О'кей. Без четверти час. Здесь. До встречи.

Ева заметила, что на красивом и безмятежном лице Кэсси проявилась некоторая настороженность. Значит, игра усложняется. Все идет своим чередом. О'кей.

Более часа Ева и Кэсси трудились за письменным столом, составляя необходимую документацию. А Эмма печатала готовый материал и снимала фотокопии многочисленных лицензий и геологических изысканий. При этом Ева не торопилась, давая подруге возможность поделиться с ней подробностями предстоящего обеда со Стормонтом.