Шрифт:
Маар открыл небольшую крышку наверху и что-то проверил в фотоаппарате, после чего расстроенно цокнул языком.
— У него заряд только на одно фото… Наверное, клокер как раз пошел за перезарядкой. Но зато можно сделать несколько копий.
— Давай тогда вместе сфоткаемся! — решила Василиса.
Маар кивнул, нажал на круглом боку фотоаппарата какую-то кнопку и, больше не тратя времени на переговоры, присел рядом с Василисой на скамейку.
— Улыбайся! — посоветовал он и левой рукой обнял девочку за плечи.
В круглом механизме что-то зажужжало, раздался тихий щелчок, за которым последовала яркая голубая вспышка. Как назло, у Василисы левый глаз моргнул от напряжения, — она очень надеялась, что на фото этого не будет видно.
Прошло некоторое время. Василиса почувствовала себя неловко: Маар не снимал руки с ее плеча и напряженно смотрел на фотоаппарат, очевидно, чего-то выжидая.
— Неужели не получи… — расстроенно начал он, но тут же замолк. Потому что верхняя крышка на механизме щелкнула, приоткрываясь, и оттуда взвился молочно-белый дымок.
На потолке и стенах будки вспыхнули светильники всех цветов радуги — дымок закружился в их свете, уплотнился, приобретая прямоугольную форму, и превратился в листок бумаги.
— Четко сработано! — восхитился Маар, ловя часограмму на лету. Мальчик осторожно подцепил ногтем край фотобумаги, и оказалось, что листков на самом деле несколько. — Эх, хватило только на три копии! Ой, ты так смешно получилась… Хе-хе… На, держи.
И он отдал Василисе два листка.
Фотография оказалась черно-белой и очень четкой. Казалось, протяни руку и очутишься внутри. У Маара получился очень хитрый вид, а у Василисы — заинтригованный и — вот досада! — с полузакрытым левым глазом.
— Ну вот…
В правом нижнем углу часограммы стояла подпись из цифр, обозначающих время и дату.
— А как можно переместиться из одного места в другое? — Василиса повертела фотографии в руках. — Этому можно научиться?
Маар фыркнул.
— Да все проще простого! Попробуй дома оставить эти фотографии в разных комнатах. Потом дотронься часовой стрелой до одной из них, произнеси про себя числовое имя и постарайся изобразить именно то выражение лица, что сейчас у тебя на фотографии. Ха-ха, прикольно вышло… — Он смущенно кашлянул, встретив холодный взгляд Василисы. — А потом представь себе комнату, где лежит вторая часограмма. Если все произошло правильно, ты тут же очутишься в другой комнате… Конечно, не оставляй часограмму без присмотра. Положи ее в папку из темной бумаги, чтобы свет не пропускала… И не забывай, что я могу проникнуть к тебе в любое время, если захочу.
Он широко ухмыльнулся, и его желто-зеленые кошачьи глаза вновь насмешливо заблестели.
Неожиданно шторка открылась, и в проем глянуло безучастное лицо клокера. Василиса мигом спрятала фотографии за спину, да и Маар проделал то же самое.
— Что вы здесь делаете? В часофоте запрещено находиться посторонним.
— А мы не посторонние, — тут же ответил Маар. — Это дочка самого Нортона Огнева, хозяина фабрики… Можно нам сфотографироваться? — вдруг заканючил он. — Ну, пожалуйста…
— За-пре-ще-но, — металлически отчеканил клокер. И, подхватив ребят за локти, довольно бесцеремонно выкинул их из часофота.
— Вот бесчеловечный! — в сердцах выругался Маар. И тут же сам рассмеялся: — Ну да, он же клокер!
Ребята пошли дальше, тихо обсуждая приключение. Василиса подумала, что, как только она приедет в Черновод, то обязательно испытает действие часограмм.
Во второй тайм-системе Василисе не очень понравилось: везде лежали части механических рук и ног, коробочки с металлическими глазами и пальцами. Особенно жуткое зрелище представляла толпа мастеров, часующих над серебряной головой почти готового клокера.
Пока Черная Королева рассказывала про свою новую партию клокеров, предназначенных для замковой кухни, Маар сбегал обратно в отдел уникальных часодейств и вернулся с большой желтой коробкой, перевязанной ядовито-розовым бантом.
— Как стильно, просто умереть не встать! — не удержалась от едкого комментария повелительница лютов. — Только при взгляде на такой подарок хочется визжать от ужаса и долго сетовать на несовершенство мира.
— Зато внутри интересная вещь, — ничуть не растерялся Маар. — Потом вместе вручим, — подмигнул он Василисе.
Всю дорогу в Черновод девочка старалась выпытать у друга, что же он выбрал, но тот лишь загадочно отвечал:
— Потом узнаешь.
И Василисе пришлось смириться.
7 ГЛАВА
ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ НОРТА И ДЕЙЛЫ
Маара поселили где-то внизу, в одной из комнат первого этажа. Госпожа Фиала разъяснила Василисе, что по поводу воспитанника Черной Королевы никаких распоряжений не поступало, да и наверху, в башнях, могли проживать только члены семьи или особо почетные гости хозяина. Кроме того, няня сообщила, что самого Нортона-старшего дома нет, он полетел за подарками для Норта и Дейлы.