– И чего приперлись? – Юрков едва успел крутануть руль, чтобы объехать пьяницу, неожиданно вывалившегося на дорогу. – У тебя хоть «ствол» с собой?

– Конечно. А у тебя?

– Не взял: ты же не сказал, куда едем.

– Одного хватит. Быстро Еремину квартиру осмотрим и свалим.

– Странно… он же параноик был, собак, обвешанных взрывчаткой, боялся, и вдруг Чугунка…

– Но с другой стороны – ментов почти нет, контингент нелюбопытный, а надумай кто напасть – Ермолаев любому бы кости переломал, после трех-то войн… – Звонарев рассеянно смотрел на плывущие за окном двухэтажные облупленные бараки. – Логично, если хочешь что-то спрятать.

– Думаешь, здесь документы хранил?

– Нет. Если б так, люди Князя нашли и разговаривать он бы со мной не стал. Просто посмотрим, вдруг на что наткнемся… А может, тебе повезет!

– В чем? – Юрков недоуменно посмотрел на друга.

– Ведро твое угонят, – капитан ответил серьезным взглядом, – никогда чтоб не найти.

– Хорошо бы, – Николай рассмеялся.

Искать нужный дом среди однотипных построек, без номеров и практически в темноте, пришлось долго. Наконец один из пойманных аборигенов за полтинник указал адрес: без его помощи следователям пришлось бы возвращаться днем.

Поднявшись по заплеванной лестнице на второй этаж, они остановились перед дверью с цифрой 11.

– Какой план? – Юрков подергал дверь.

– Думал, открыто?

– Мало ли…

– Так, – Звонарев вытащил из кармана набор отмычек и маленький фонарик, – посвети!

– Незаконное проникновение в чужое жилище, – Коля равнодушно плюнул. – Если нас Пушок таки сживет со свету, без куска хлеба не останемся.

– Точно… – буркнул капитан, занятый дверью.

Замок долго не поддавался – хорошая немецкая модель с двойной защитой, – но учитель Звонарева, Миша Балерина, ныне мотающий срок, оказался лучше: не прошло и десяти минут, как раздалось тихое «щелк», и ригеля поползли в сторону.

В темной прихожей Юрков пошарил по стене в поисках выключателя. Нашел, свет голой лампочки высветил убогую обстановку единственной комнаты – продавленный облезлый диван; пустой сервант с мутными от грязи стеклами; колченогий журнальный столик, на котором торчала открытая шпротная банка. Посреди голого пола на незваных гостей пялился огромный черный таракан и даже не думал бежать. Воняло несвежим бельем, испорченными продуктами и сыростью.

– Ерема тут жил? – Юрков с хрустом раздавил черного жителя. – Это ж как надо опуститься!

– Не сходится! – Звонарев, кривясь, осматривался. – Он был помешан на чистоте, малейшая пылинка выводила из себя, а тут… Да тут бомжи – и те постесняются жить!

– Он был просто помешан, не только на чистоте. Кто знает, что у него в башке творилось?

– М-м… – капитан двумя пальцами открыл сервант; тут же отскочил, спасаясь от лавины насекомых, устроивших себе дом. Совать туда руку нечего и думать.

– Посмотри на кухне, в ванной… – Звонарев с омерзением сбил с руки усача.

Юрков ушел; капитан осторожно приблизился к серванту и заглянул внутрь. Пусто. Вторую дверцу, наученный горьким опытом, он потянул мизинцем: та же картина – гора тараканов и пустота. Следовало бы, конечно, отодвинуть шкаф – вдруг там спрятано? – но хотелось быстрее вырваться на воздух.

– Сань?

– Да?

– Пусто там. Грязь везде, живность непуганая, вот только… – Юрков протянул два оранжевых пузырька с таблетками, – на полочке в ванной стояли. От чего это?

Звонарев встал под лампочкой, чтобы лучше видеть этикетки.

– Рукой подписаны… Сейчас… «Демакин», а это… «Руфасол». Никогда не слышал.

– Я тоже. Оставим?

– Н-нет. Да! – у капитана пробежал легкий холодок по позвоночнику: так всегда бывало, когда на что-то стоило обратить внимание. – В Интернете посмотрю, вдруг пригодится.

– Ладно, поехали из этого гадючника, – Николай опасливо косился на стайку тараканов, вроде решивших перейти в наступление. – Пришлем бойцов на тщательный обыск.

– Да, поехали.

Дверь закрывать не стали.

Почти стемнело, но над подъездом горел чудом уцелевший фонарь – следователи уселись на грубо сколоченную деревянную лавку.

– Хорошо! – Звонарев втянул носом воздух. – Жара надоела, хоть свежестью подышать.

– Погоди, сделаем момент лучше! – Юрков сбегал к машине, на которую никто не позарился, и принес две бутылки пива. – Холодненькое!

– Что скажешь? – сделав глоток, капитан посмотрел на коллегу. – Есть мысли?

– Ни одной. Даже не пойму, с какой стороны подступиться.