Шрифт:
— Ладно, — сделал вид, что смилостивился к просьбам подчиненных, сказал подполковник. — Тут дело такое. История эта началась с одной стороны — очень давно, почти сразу после войны, когда шли переговоры с китайскими лидерами в Хабаровске. А с другой стороны — всё очень и очень свеженькое, и полугода еще не прошло, как…
2
В соседней комнате загромыхало, лязгнуло металлом. Звук был такой силы, что пробился через гитарные переборы, отвлек, оторвал Сережу от экрана маленького, настольного вычислителя. Сдвинув с ушей громоздкие и, как оказалось, не такие уж изолирующие наушники, молодой человек прислушался. Лязг и грохот в соседней комнате прекратился, сменившись натуженным кряхтением. «Уж не Терминатор ли явился?» — с иронией подумал Сережа, вставая из-за стола и откладывая в сторонку наушники. Героический робот североамериканского производства, присланный из будущего, что б изменить прошлое в пользу Соединенных Штатов был в последние несколько месяцев основным персонажем газетных и журнальных статей «свободного мира». Он лихо расправлялся с сотнями советских солдат, расстраивал коварные планы Верховного Командования и даже проникал на секретнейший аэродром, дабы ликвидировать атомные заряды и не дать русским применить их в Корейской войне. В общем, Северная Америка отчаянно ностальгировала по временам, когда она могла безнаказанно вмешиваться в азиатские и европейские дела, да еще и иметь от такого вмешательства прибыль.
«Вряд ли Терминатор начнет свою борьбу с «мировым злом» на нашей фамильной даче», — подумал с легким огорчением Сережа, приоткрывая дверь.
В соседней комнате возился с парой алюминиевых тазов и табуреткой дед Сережи, крепкий, жилистый старик семидесяти пяти лет. Подняв на внука выцветшие прозрачные глаза, Андрей Семенович слегка расстроено сказал:
— Вот видишь, руки уже не держат… Хотел тихонечко, не спеша, а получилось — на весь дом… Оторвал тебя?
— Да брось, дед, — отозвал Сережа. — Я думал, может случилось чего…
— Не дождетесь, — ядовито процитировал дед бородатый анекдот. — А ты там, небось, работаешь? Прихватил с собой на выходной денек служебные документы?
Несмотря на возрастные изменения, идеологическую щепетильность и порой мелочную придирчивость, дед Андрей никогда вредным, а уж тем более — несправедливым по отношению к родственникам не был. И Сережа деда любил, даже дружил с ним, особенно в ранние, детские годы. Дружба эта — старого с малым — продолжалась и до сих пор.
— Служебные-служебные, — подтвердил Сережа, слегка улыбаясь. — Вот только открытые. На них даже литеры ДСП нет…
Уже второй год Сережа работал… нет, служил в Управлении «А» знаменитого Первого Главного Управления КГБ, в Управлении, занимающимся аналитикой открытой печати, телевидения, радио, да и в целом легальной разведкой, наравне с МИДом. Группа переводчиков, в которой и числился Сережа, тщательно изучала прессу и более серьезные издания англоязычных стран Южного полушария, просматривала аналитические телепередачи, слушала различные радиошоу. Интересные статьи и книги переводили для распространения среди сотрудников аналитического отдела, хотя практически все они владели языком не хуже переводчиков. Но начальство считало, что не следует загружать «умные» мозги первичной, черновой работой, да и для самих переводчиков, обычно людей молодых, только-только начинающих службу в разведке это была отличная школа, позволяющая проникнуться духом тех стран, информацию о которых они собирали.
— Ишь ты, — прищурился дед Андрей. — И что это за документы такие даже без грифа ДСП ты по выходным дома переводишь?
— А хочешь — посмотри, — предложил Сережа, жестом указывая на дверь своей комнаты. — Книжку перевожу про послевоенные события. В Австралии издана…
— И что ж это ваше теперешнее начальство такой литературой заинтересовалось? — проворчал дед Андрей.
Легко отстранив с пути внука, дед Андрей, воспользовавшись приглашением, прошел в его комнату. Обстановка здесь была более, чем спартанской. Узкая койка у стены, застеленная потрепанным шерстяным одеялом, которое в народе называли «солдатским». Маленькая тумбочка с обыкновенным механическим будильником на ней. Простой, старенький письменный стол и такой же стул рядом с ним. Вот только на столе громоздились совсем не подходящие под скромный дачный интерьер вещи: компактное цифровое печатающее устройство и небольшой переносной вычислитель последней модели, выданный Сереже в отделе для такой вот возможной мобильной работы. Рядом с вычислителем лежала среднего объема книжка в яркой обложке и с несколькими разноцветными закладками.
— И это что же, вот такую вот технику с секретными документами тебе домой брать позволяют? — неодобрительно покачал головой дед Андрей.
— Не позволяют, дед, не позволяют, — улыбнулся про себя Сережа незатейливой дедовской ревизии. — На этой машине максимум что есть — ДСП, а со всеми секретными и совсекретными документами только в «конторе» работать можно… С этим строго…
— Ну, по иному ДСП подготовленный человек многое поймет, — продолжил гнуть свою линию дед.
— Так не доберется он до ДСП, — пояснил Сережа. — Не будет машинка работать без моих отпечатков пальцев. Да не простых, а теплых, живых…
— А ведь тебя, внучок, и оглушить можно, и опоить… — с хитринкой глянул на него дед. — Ну, или запугать чем.
— Можно, — согласился Сережа, по опыту зная, что выставлять себя пионером-героем перед дедом бессмысленно. — Только после отпечатков пальцев пароль ввести надо… Ошибешься хоть в буковке — хард-диск заблокируется, без специальной аппаратуры не прочитаешь… А чего мне стоит ошибиться?
— Хитро, хитро, — скупо похвалил дед. — А что ж это ты диск этот не по-русски назвал?
— Привык, — чуть виновато отозвался Сережа. — Ведь все больше с английским на работе дело имею, вот по ихнему, по-буржуински, и называю иной раз…
Дед укоризненно кашлянул, взял книжку и дальнозорко, на вытянутой руке принялся разглядывать английские буквы на обложке, украшенной изображениями советских и китайских солдат в форме первых послевоенных лет.
— Так что же такого этот Antonoff написал, что твое начальство заинтересовалось? — повторил свой вопрос дед.
— Не знаю еще, — развел руками Сережа. — Перевел только-только половину. А заинтересовалось начальство тем, что книжку эту, аж двадцать экземпляров, закупил Госдеп североамериканский почти тут же после её выхода.