Это то, что я нахожу наиболее захватывающим в Дхамме: её кульминация в трансцендентном состоянии, в котором мы преодолеваем все недостатки и уязвимости человеческого существования, включая наши оковы самой смерти. Целью буддийского пути является не жизнь и умирание в осознанности (хотя это, конечно, достойные достижения), а тотальное преодоление жизни и смерти целиком, достижение Бессмертного элемента, Неизмеримого, Нирваны. Именно эту цель Будда искал для себя во время своих поисков просветления, и именно это достижение привело к тому, что его просветление стало доступно всему миру. Это финал, на который указывает надлежащая практики практика Дхаммы, цель, ради которой осуществляется практика в её изначальных рамках.

Эта цель, однако, теряется из виду, когда медитация прозрения преподается только как способ жить внимательно, мыть посуду и менять подгузники ребенка с осознанностью и спокойствием. Когда трансцендентная область Дхаммы, сам смысл её существования, снимается, то остаётся, на мой взгляд, урезанная ослабленная версия Учения, которая больше не может работать как средство достижения Освобождения. Хотя правильно практикуемая Дхамма действительно приносит обилие счастья в мире, в конечном счёте Учение Будды не о счастливой жизни в мире, а о достижении «конца света» — конец, который лежит не в далёких областях космического пространства, а в рамках этого самого тела с его чувствами и сознанием.

Так вы не считаете, что Дхамма преподаётся как путь к Освобождению?

Из современных американских публикаций по буддизму у меня складывается впечатление, что этот аспект буддийской практики получает мало внимания. Я вижу как практикующих учат принимать себя, жить в настоящем от момента к моменту без привязанности и цепляния; довольствоваться, чтить и отмечать свои слабости. Опять же, я не хочу недооценивать важность подхода к практике со здоровым психологическим отношением. Если человека беспокоит самоосуждение, он всегда удручён и несчастен, то практика интенсивной медитации, скорее всего, будет вредной, нежели полезной. То же самое можно сказать о человеке, которому не хватает сильного центра психологической интеграции или о том, кто пытается отрицать собственные слабости и уязвимости, скрываясь за маской силы и уверенности в себе.

Но я должен подчеркнуть, что практика, которая согласуется с собственным ясным намерением Будды предполагает, что мы готовы принять критическую позицию по отношению к обычному функционированию нашего ума. Это предполагает видение наших уязвимостей, т. е. наших умственных загрязнений, не как чего-то такого, чему вы потворствуете, а как симптомов нашего загрязнённого состояния. Также предполагается, что мы полны решимости преобразить себя, как в постоянно меняющемся настоящем моменте функционирования нашего ума, так и в более стабильном и устойчивом промежутке времени.

Осуществление практики Будды означает проведение границы, даже очень чёткой границы, между нашим характером сейчас (склонностями, предрасположенностями, привычками и т. д.) и идеальным характером, к которому мы должны стремиться и стараться воплотить практикой буддийского пути. Мы должны признать свои склонности и попытаться исправить наши килесы, загрязнения или омрачения ума, т. е. три коренных скверны — жадность, отвращение и неведение, а также и их многочисленные ответвления, такие как гнев, упрямство, высокомерие, тщеславие, зависть, эгоизм, лицемерие и так далее.

Поэтому величайшее утверждение, на которое указывает буддийский путь — это чудо не «обычного ума», а чудо такого ума, который был освещён истинной мудростью; разума, который был очищен от всех загрязнений и изъянов; сознания, которое освобождено от всех связей и оков и стало пропитано любовью и состраданием к каждому — и эти качества происходят из глубины и ясности понимания. Практика буддийского пути — это систематический подход, покрывающий разрыв между нашим обычным непросвещённым умом и умом просветлённым, пребывающим в освобождённом состоянии, к которому мы стремимся. Это состояние такого ума, который достигает и сливается с Бессмертным.

Для достижения этой трансцендентной цели требуется тренировка — чёткий, подробный и систематический процесс практики — а фундаментом всей этой практики является устремление к контролю и обузданию собственного ума. Вы начинаете с развития таких основополагающих качеств как вера, старание, нравственность и щедрость, затем переходите к развитию сосредоточения ума, после чего подбираетесь к прямому прозрению и истинной мудрости.

В качестве первого шага вы упомянули веру. Что вы имеете в виду под верой?

Вера является одним из аспектов буддизма, которому до недавнего времени не уделялось должного внимания на Западе, а предпочтение выказывалось голой практике медитации. А это, как я считаю, упускает нечто важное. Ваша практика должна быть основана на вере или саддха — это слово я использую в традиционном смысле, как веру в Три Драгоценности: в Будду, в Дхамму и в Сангху. В последнее время, я заметил, появились работы, где больший акцент делается на веру и религиозность, но эти термины, как мне кажется, используются совершенно иначе, нежели как я их понимаю. Мне показалось, что вера понимается как некое качество, позволяющее прицепиться к практически любому предмету, который почитается лишь до тех пор, покуда на то есть сильное желание.