– Сигнальчик мы проверили, ничего особенного. Дело ещё и в том, что за тебя похлопотали…

Этим он меня озадачил. Кто мог за меня поручиться? Неужели Алексеев приехал на выручку? Но он вроде птица не такого полёта, чтобы улаживать дела с силовиками.

– И это удивительно, что за тебя поручаются высокие люди. Я бы лично тебя ещё денёк-другой подержал в камере. Для профилактики. Будь на то моя воля.

«Будь твоя воля, ты бы вообще половину населения пересажал для профилактики», - подумал я, а вслух промолчал.

Полевой закурил и предложил мне сигарету. Большого удовольствия курить с майором у меня не было. Будь на то моя воля, я бы уже сломя голову летел из этого мерзкого заведения.

– Ты вроде парень неплохой, Дёмин, - обрадовал меня майор. – Поэтому я тебе один совет дать хочу. То, что тебе наплёл в камере Луговец, не бери в голову.

Он громко захлопнул папку с бумагами.

– Я специально тебя с ним посадил. Проверить тебя хотел. И мне понравилось, как ты с ним себя вёл.

Если верить фильмам, настал момент, когда мне должны предложить сотрудничество. Я должен буду следить за коллегами, подслушивать и подглядывать, а потом писать докладные в «Антиинвентор». А мне за это будут какие-то крохи перепадать. И я начал обдумывать, как бы мне повежливее отказать Полевому, чтобы он меня не запер ещё на пару суток.

– Тебе это не надо, - сказал майор, даже не подумав предложить стать агентом. – Ты парень молодой, у тебя всё впереди. Не связывайся с творами. Покатишься – назад дороги нет. Эти сволочи тебя подставят, чтобы самим выкрутиться. У интеллигентов всегда так. Шкурное, трусливое племя!

– У меня даже и мысли об этом не было! – заверил я, для убедительности удивлённо выпучивая глаза.

– Я рад за тебя, - равнодушно ответил майор.

Он вытянул из ящика стола бланк. Моё сердце опять застучало от радости – я увидел заголовок «Пропуск».

– И ещё я бы тебе посоветовал, юноша, сменить профессию, - проговорил майор, старательно заполняя бланк.

– Зачем? Креаторство ведь не запрещено, - удивился я искренне.

– Запрещено, не запрещено… Я же уже говорил, что твор – это выросший креаторщик. Занимаясь своими идейками, ты можешь придумать что-нибудь попадающее под запрет. И опять окажешься в этом кабинете.

«Вот уж не дай бог!» - подумал я.

Майор прав, в самом деле, нужно задуматься о перемене профессии. Скорее всего придётся и из «Опциона» уволиться. Потому что теперь на меня будут смотреть, как на чумного. Недруги – со злорадством, а друзья – с надоедливым сочувствием. А самые близкие друзья начнут надоедать: «Блин, Андрюха, как же ты так! Вот дела! Надо аккуратнее в наше время». Я представил себе скорбно-невозмутимую физиономию Алексеева («вот так-то, на форумах пить и баб обжимать по углам»), злорадную Ставра («а я предупреждал…»), любопытную Сухова («Андрюха, как там, в тюряге? Я тут всем уже рассказал…»), и мне совершенно расхотелось появляться на работе.

– Там внизу тебя дожидается поручитель, - как бы между прочим заявил майор. – Который тебя с нар вызволил. Его поблагодарить не забудь. А то обрадуешься свободе и забудешь обо всём на свете.

Вот это новость! Кто же меня вызволил с нар? Неужели Алексеев не побоялся сюда приехать? Мне очень захотелось поторопить майора, который выводил слова каллиграфическим почерком.

Наконец он дописал и выдал мне на руки драгоценный пропуск.

– В кладовую не забудь заглянуть, - подмигнул он мне. – А то помчишься сейчас…

Это он верно напомнил.

– И последнее, Дёмин… - Он поманил меня к себе пальцем.

Я наклонился, и майор проговорил тихим голосом:

– Ту бумажонку, которую тебе дал Луговец, выкинь. Я про ту, которая у тебя в правом боковом кармане.

Я сильно покраснел, закивал и попятился. Попрощавшись с всезнающим Полевым, я почти бегом спустился в кладовую и получил назад своё барахло. Все вещи были целы, только кошелёк подозрительно опустел, но это не обидно – всё равно в нём была одна мелочь.

Перед вертушкой я протянул в окошечко пропуск. Усатый капитан изучал его очень долго. Но я уже начал привыкать к манерам антиинвенторовцев – изводить людей медлительностью и тщательностью.

По ту сторону вертушки я узрел солидных габаритов мужчину в строгом тёмном костюме. А габариты такие знакомые… Когда же он обернулся, я чуть не вскрикнул от неожиданности, но вовремя сдержался и удивлённо прошептал:

– Чемодан!

Глава 9

Мы молча вышли на крыльцо «Антиинвентора».

– Давай уйдём отсюда поскорее! – предложил я.

– Не суетись, Валежник, - солидно возразил мне Чемодан, не спеша спускаясь по ступеням, тряся своим необъятным животом.

– Тебе легко сказать «не суетись». Просиди сам тут ночку!..

Посередине тротуара перед зданием «Антиинвентора» стояла красивая «Санда Мегалайз» восьмой модели.

– Кто этого идиота так учил парковаться! – возмутился я хозяином машины.

Чемодан пискнул пультом, и «Санда» приветственно помигала фарами.