Ее рот открылся, поскольку она упала назад. Очевидно, она не ожидала от меня подобного, думая, что угроза изгнания была слишком велика. Леа не знала силу ее собственных слов. Я дернула мою руку назад, намереваясь исправить ее вздернутый носик, который сделали врачи, но мой кулак не приземлился.

На самом деле, Калеб добрался до меня раньше, чем я могла сделать еще один шаг к ней. Он буквально вынес меня из гостиной, а затем поставил на землю, закрыв мне путь назад к Леа. На его лице была дикая усмешка, когда я пыталась пробить его.

— Дай мне пройти, Калеб. Клянусь богами, я разобью ее лицо!

 — Обратно? Даже не думай, Алекс.

Вау.

— Заткнись.

Я уставилась на него.

— Алекс, отцепись от нее. Из-за этой ссоры тебя выгонят. Что тогда? Будешь слугой всю оставшуюся жизнь? Во всяком случае, ты знаешь, что она лжет. Так что отпусти это.

Я посмотрела на свою руку и заметила несколько прядей рыжих волос, обвившихся вокруг моих пальцев. Мило. Калеб видел злобный огонек в моих глазах и, казалось понимает, что пребывание возле этой комнаты ничем хорошим незакончится.

Схватив меня за руку, он потащил меня вглубь коридора.

— Она просто глупая девчонка. Ты ведь знаешь, что она просто говорит ерунду, правда?

 — Кто знает? — проворчала я. — Знаешь, она права. Я понятия не имею, почему ушла мама. Она могла говорить с бабушкой Пипери. Я не знаю.

— Я серьезно сомневаюсь, что Оракул сказала, что ты бы убила свою мать.

Все еще сомневаясь, я пнула дверь. Калеб вышел следом.

— Забудь об этом, хорошо? Ты должна сосредоточиться на обучении, а не на Леи и что может быть сказала Оракул.

— Легче сказать, чем сделать.

— Ок. Тогда ты могла бы спросить Оракула, что она сказала твоей маме.

Я посмотрела на него.

— Что? Ты могла бы спросить Оракула, если это так тебя тревожит.

— Думаешь, что эта женщина еще жива? — Я поморщилась от слепящего солнца. — Это было три года назад, когда мама разговаривала с ней.

Теперь Калеб тоже посмотрел на меня.

— Что?

Ей должно быть... сто пятьдесят лет сейчас. У чистокровных было много энергии, а у Оракула еще больше, но никто из них не был бессмертен.

— Алекс, она Оракул. Она будет жива до тех пор, пока следующий не обретет силу.

Я скосила глаза на Калеба.

— Она просто безумная старуха. Общается с богами? Единственное, с чем она общается с деревьями и ее бридж-клубом.

Он издал звук раздражения.

— Что никогда не перестает удивлять меня, так это тот факт, что ты — все еще не веришь в богов.

— Нет. Я верю в них. Я только думаю, что они живут далеко от нас. Сейчас они тусуются где-нибудь в Лас-Вегасе, развлекаясь с певичками и играя в покер.

Калеб отскочил от меня и приземлился на гальку.

— Не стоит мне стоять рядом с тобой, когда один из них ударит тебя.

Я рассмеялась. Да, они действительно наблюдают и заботятся о деле.

— Вот почему у нас даймоны осушают чистокровных и убивают смертных для удовольствия.

— Вот поэтому у нас есть боги.

Калеб улыбнулся так, словно он только что все объяснил.

— Неважно.

Мы остановились в конце каменной тропы. Отсюда мы могли отправиться в общежитие девочек или мальчиков. Мы оба уставились на затопленное болото.

Древесные растения и низко растущие кусты усеивали солоноватую воду, которую почти невозможно было пройти. За ними был лес — буквально на ничейной земле. Когда я была младше, я думала, что в темных лесах живут монстры. Когда я стала старше, я узнала, что болота ведут в главный остров, давая мне идеальный маршрут побега, когда я хотела свалить.

— Старая ведьма все еще живет там? — Спросила я, наконец.

— Что, если бы я могла поговорить с Пипери?

Калеб кивнул.

— Я тоже так думаю, но кто знает? Она приходит к кампусу каждый раз в то время.

— О.

Я прищурилась от яркого света.

— Ты знаешь, что я думаю?

Он смотрел на меня.

— Что?

— Мама никогда не говорила мне, почему мы уехали, Калеб. Ни разу за эти три года. Я думаю... было бы намного лучше, если бы я знала, почему она уехала в первый раз. Я знаю, что это ничего не изменит, но, по крайней мере, я бы знала, что, черт возьми, было настолько важным, что мы должны были уехать.

— Только Оракул знает, а кто знает, когда она вернется сюда? И ты не можешь пойти к ней. Она живет там давно. Даже я не рискну, это далеко в болотах. Так что даже не думай об этом.