— Мы подождем его до вечерни, но ни минутой больше, — со зловещим спокойствием заявил приор, уже не сомневавшийся в том, что противник его не придет, — к немалому своему позору, и его, Роберта, торжеству.

Однако его ждали более пяти часов сверх назначенного срока — так что решительно никто в Гвитерине не мог сказать, что приор поторопился сбросить Ризиарта со счета.

— Ну вот, все и кончилось, — промолвил, поднимаясь, Роберт и отряхнул полы рясы, словно избавляясь от наваждения. — Теперь нет сомнений: он поджал хвост, а раз так, то все его возражения ничего не стоят, никто их все равно слушать не станет. Идем.

Солнце уже клонилось к закату, но светило еще ярко. На зеленую поляну перед церковью во множестве стекался народ, спешивший к вечерне. И тут из тени зарослей, где начиналась лесная тропка, появилась девичья фигурка. Это была дочь Ризиарта. Одетая в зеленое платье, с тщательно уложенными и спрятанными под чепец косами, она грациозной походкой проплыла по залитой солнцем поляне. Сионед собственной персоной направлялась в церковь, а рядом с ней, поддерживая девушку под локоток, шел Передар, на которого, впрочем, она почти не обращала внимания. Заприметив молчаливой чередой выходивших из дома отца Хью монахов, Сионед остановилась, переводя глаза с одного на другого. Последним вышел Кадфаэль, взгляд девушки задержался на нем, а потом она растерянно огляделась по сторонам и слегка нахмурилась, словно не нашла того, кого искала.

— Где мой отец? — спросила она. В ее широко открытых глазах читалось удивление, но пока еще не тревога. — Разве он не остался здесь, с вами? Неужто я с ним разминулась? Странно: я ведь до самого дома Кэдваллона ехала верхом, а он пошел пешком — так что если бы расстался вами больше часу назад, то давно уж должен был возвратиться. Я-то решила пойти на вечерню, чтобы потом вернуться домой вместе с отцом.

Приор Роберт, с высоты своего роста, посмотрел на нее с некоторым недоумением. Он начал ощущать смутное беспокойство.

— Что она говорит? Она хочет сказать, что Ризиарт собирался прийти на встречу с нами?

— Конечно! — удивилась Сионед. — Он сам мне говорил.

— Но он не пришел, — сказал Роберт, — мы ждали его с полудня, но так и не дождались. Брат Ричард даже вышел ему навстречу, думал встретить его по дороге, но все впустую. Его здесь не было.

Эти слова девушка поняла без перевода. Глаза ее недоверчиво перебегали с одного лица на другое, а потом гневно вспыхнули.

— А вы меня не обманываете? А может, вы его спрятали и собираетесь держать под замком, пока не выкопаете Уинифред из могилы и не заберете с собой в Шрусбери? Вам ведь только он и мешал. И вы ему угрожали!

Передар взял девушку за руку и привлек к себе.

— Тише, разве можно так говорить! Эти достойные братья не стали бы тебе лгать.

— А в котором часу твой отец вышел из дому? — вмешался Кадфаэль.

Девушка взглянула на него и чуть поостыла. Гвитеринцы молча обступили Сионед, чтобы лучше слышать, о чем идет речь, и помочь ей, если потребуется.

— За добрый час до полудня, — ответила Сионед, — он собирался сначала сходить на поля, что на прогалине, а значит, сюда пошел бы самой короткой тропкой, срезав по лесу четверть мили. До прогалины его провожал Энгелард, но у того путь лежал дальше — на холм, где у нас хлев. Там две коровы должны были» вот-вот отелиться.

— Дочь моя, мы говорим тебе правду, — заверил девушку отец Хью. Священник был озабочен и встревожен не меньше, чем она. — Мы действительно ждали его, но он не пришел.

— Но что могло с ним случиться? Куда же он запропастился ?

— Он, наверное, разминулся с нами и вернулся в усадьбу, — предположил не отходивший от нее ни на шаг Передар. — Поедем обратно — вот увидишь, он уже дома.

— Нет! С чего бы это он не пошел на обед, а повернул назад? Да если б даже он и передумал, то вернулся бы гораздо раньше и застал меня, когда я заплетала косы. И вообще, он никогда не передумывает!

— По моему разумению, — сказал отец Хью, — это происшествие касается всего прихода, и нам надо отложить все дела, даже и церковные службы, до тех пор, пока мы не найдем Ризиарта и не удостоверимся, что с ним все в порядке. Скорее всего, здесь какая-то путаница и недоразумение — однако сперва надобно разобраться, а потом уж охать да ахать. Народу здесь хватает — так что разобьемся группами и будем искать на всех дорогах, по которым он мог пойти. Сионед покажет нам, где он собирался срезать путь через лес, перед тем как выйти на тропу. Хищное зверье в здешних лесах не водится, но ведь он мог ногу подвернуть или пораниться — мало ли что его задержало. Отец приор, ты пойдешь с нами?

— Разумеется, — отозвался Роберт, — я рад помочь. Мы все пойдем.

Те что постарше и не больно прыткие, были посланы искать вдоль дороги. Им велели двигаться по обе стороны и прочесывать окрестности. Те, что половчее, взяли на себя узенькую тропку за частоколом Кэдваллоновых владений. Лес здесь был редким, да и подлеска почти не было, правда трава под деревьями росла густая. Гвитеринцы и монахи выстроились полумесяцем, держась на расстоянии нескольких шагов друг от друга. Впереди шла Сионед. С крепко сжатыми губами и сосредоточенным взглядом она устремилась вверх по тропе. Передар поспешал за ней, не отставая ни на шаг, и без конца нашептывал на ухо девушке что-то успокаивающее, хотя она его вовсе не слушала. Бог знает, верил ли он сам тому, в чем пытался ее убедить, — ясно было одно: молодой человек влюблен по уши и готов на все, лишь бы угодить Сионед, она же видит в нем просто мальчишку из соседней усадьбы, причем порой изрядно надоедливого.