– Что?

Пластун покачал головой

– Не нравится мне все это.

– Заметил что?

– Ничего. Слишком тихо.

Командир полусотни, хорунжий Спасцев, вскочил на коня.

– Урядник Михеев!

– Я!
– вскинулся один из казаков

– Занимай здесь позицию, разворачивай пулеметы. Прикроешь нас. Все пулеметчики - во взвод Михеева. Остальным спешиться, выдвинуться на прочесывание! Искать любые следы! Любые!

Казаки быстро спешились, стреножить*** коней никто и не подумал. Привязали как смогли и ладно. Мало ли какой лихой человек в округе, налетят - охнуть не успеешь. Коней просто оставили на попечение взвода Михеева, который развернул пулеметы, прикрыв позиции пулеметчиков валунами, и сейчас занимал позиции для стрельбы на склоне.

Прочесывание в здешних местах - дело мерзкое. Местность неровная - горы, вади****, оазисы. Есть змеи. Есть и мины, есть растяжки. Ногу сломать - да запросто, не то, что ногу - шею зараз свернуть можно.

Рассредоточившись, закинув за спину винтовки и взяв в руки пистолеты, казаки неровной цепочкой, ругаясь и перекрикиваясь, пошли вниз.

Старший урядник Волков, опытный пластун, который сейчас и вел колонну, в прочесывании участвовать не стал - хватает народа, прочешут и без него. Вместо этого он достал из переметной сумы несколько горстей овса, скормил коню прямо с руки. Еще немного, двадцать километров - и застава. А в десяти километрах - оазис с колодцем, там можно и коня напоить и самому напиться. Колодцы муртазаки травить не решались - в этом случае их стали бы резать уже местные. Без воды в здешних местах жить было нельзя...

– Что Донец, тяжко?

Донец тряхнул головой, будто подтверждая - да хозяин, тяжко. Житья нет.

– Терпи... Полгода еще до смены....

Племенная территория на юге Аравии была одним из самых тяжких мест службы. Пустыни и горы, враждебные, насквозь пропитанные пропагандой ненависти к кяфирам, неверующим, местное население племена, живущие единым лишь разбоем, правительству в Сане***** никогда не подчинявшиеся и подчиняться не собиравшиеся. Днем может быть плюс сорок и выше, а ночью температура иногда опускалась ниже десяти. Солнце просто ужасное, поначалу не было казака который с непривычки не получил бы солнечный удар. Тяжелее всего казакам и их коням приходилось из-за отсутствия воды. Морская вода для питья не подходила, а ключей и тем более рек почти не было - даже в Палестине напиться было не в пример проще, ключи то тут, то там. Вот и приходилось возить воду в бурдюках - и для себя и для коня, ставить заставы около источников, копать колодцы - за русскими инженерами, что копали колодцы (бесплатные!!!), строили системы орошения и водосборники исламисты вели особенно ожесточенную охоту, ибо они подрывали торговлю водой. Охоту вели за всеми - караваны купцов были объектами грабежа, военные караваны и патрули казаков были объектами ненависти. Что хуже всего - дня не было, чтобы неподалеку от Йеменского побережья не болталась пара крейсеров, а то и авианосец Гранд-Флита. Уже больше двадцати лет не было большой войны - и те кто проиграл в предыдущей всеми силами жаждали реванша. Налеты, стычки, засады в любой момент могли перерасти в артиллерийский обстрел орудиями главного калибра и высадку десанта на берег. Уже бывало всякое - и обстрелы пустынных участков побережья с ответным огнем береговых батарей и кораблей русского флота, и сбитые самолеты, и полеты самолетов - разведчиков. Две великие державы, Российская империя и Британская империя, победитель и проигравший в жестокой мировой войне играли на нервах, проверяли друг друга на прочность в ожидании новой схватки за лидерство в мире. Все знали, что она состоится - но никто не знал когда именно.

Да что тут углубляться в дебри. Достаточно на трофеи посмотреть. Веблеи, пистолеты-пулеметы СТЭН - дешевое, типичное для повстанцев оружие, которое Великобритания производила тысячами и рассыпала по всем зонам локальных конфликтов как чумных блох. Снайперские винтовки Ли-Энфильд из которых местные стрелять было большие мастаки, полуавтоматические Ли-Метфорды - кустарно переделанные в полуавтоматы Ли-Энфильды. Пулеметы типа БРЭН, по купленной богемской лицензии - их магазин торчал над ствольной коробкой подобно рогу, приводя пулеметчиков казаков в изумление - а как целиться при стрельбе то? Все это - из известных каждому местному пацану источников. Контрабандисты выплывали на своих азу****** в залив, по ходовым огням плыли к британским кораблям и получали там оружие - бесплатно. Здесь, на земле оно конечно бесплатным не было, его продавали на рынках - но в количествах, приводящих в ужас. Изымать незаконное оружие у местного населения - все равно, что вычерпывать Дон решетом...

– Господин урядник, нашел! Господин урядник!

– Всем залечь!

Мало ли - вдруг мину или фугас заложили...

– Что у тебя, Скворцов?

Казак Скворцов был из отслуживших. Здесь все уже отслужившие, официально Российская империя сюда казачьи части не посылали, это был договор йеменской королевской семьи с Донским и Кубанским казачьими войсками. Но звания здесь были, правда те кто не выслужил лычку младшего урядника назывался просто - казак. Без указания года службы как на действительной.

– Господин урядник, человек десять прошло. Верхи*******...

– Верхи, говоришь...
– урядник почесал бороду и вдруг гаркнул во всю мощь своего пересохшего горла

– Волков!

Старший урядник Петр Волков, держа наперевес свою винтовку стал осторожно, пробуя ногой склон перед собой, спускаться вниз. Донца он в поводу не вел - Донец шел рядом, у бойца должны быть свободны обе руки на случай чего.

– Отошли.

Казаки отошли, с благоговением наблюдая за священнодействием пластуна - следопыта, который ползал на коленях по каменистой, бесплодной земле, изучая оставленные на ней неизвестными следы.

– Десять человек - объявил он, наконец - в местной обуви. С оружием. Ушли по тропе на север, видимо к селению... Или к оазису.

– А как вы догадались, что с оружием?

Обнаруживший след казак был молодым, и любопытным даже не загорел еще толком - зато обгорел на Солнце уже изрядно. За такой вопрос от урядника можно было и зуботычину получить - но старший урядник Волков обычно либо отвечал, либо награждал спросившего таким взглядом, что разом отпадали все вопросы.