История свидетельствует: ни один из русских городов не открыл свои ворота перед Батыевой ратью, все они оборонялись до последнего и гибли в огне пожарища непокоренными. Такая участь постигла Пронск, Рязань, Коломну, Стародуб, Ярославль, Переяславль-Залесский, Суздаль, Ростов, Волок-Ламский, Кострому…

После яростного штурма была взята Москва, погиб московский воевода Филипп Нянька. Сын великого князя Владимир попал в плен к Батыю.

От Москвы по занесенным снегом руслам рек батыева конница численностью во многие десятки тысяч всадников ринулась к стольному граду Владимиру. Обороной города руководили сыновья великого князя Всеволод и Мстислав и воевода Петр Ослядюкович. Осада началась 3 февраля 1238 года. Ордынцы применили при штурме камнеметные машины — пороки, изобретение китайских мастеров. По приметам (лестницам) они взобрались на деревянные крепостные стены и на городских улицах завязались последние рукопашные схватки. Они шли несколько дней и ночей, настолько упорным оказалось сопротивление владимирцев, не желавших покориться ордынцам.

Последние оставшиеся в живых защитники стольного града и великокняжеская семья укрылись в церкви Святой Богородицы. Батыевы воины натаскали к храму дров и всего, что могло гореть, и зажгли костер. Все, кто спасался «в полатех», задохнулись от дыма и жара. Богатый город, центр Владимиро-Суздальской Руси был разграблен, а его население захватчики частью истребили, частью взяли в полон. Ордынцы не пощадили даже церкви, ободрав их иконостасы.

Страшную весть получил великий князь Юрий Всеволодович, который с племянниками Васильком, Всеволодом и Владимиром стоял станом на реке Сить, ожидая подхода полков своих братьев — Ярослава и Святослава Всеволодовичей. Однако те на подмогу не пришли, зато перед великокняжеским войском внезапно появилась татарская конница во главе с чингисхановским полководцем Бурундаем. Замерзшее речное устье оказалось прекрасной дорогой для многотысячной вражеской конницы.

Великий князь владимирский Юрий Всеволодович выстроил собранные под его знаменем полки для битвы, «и бысть сеча зла и велика». Под натиском превосходящих сил атакующих, засыпаемое тучей разящих стрел, русское войско стало подаваться назад. Оно еще могло устоять в сражении, но тут был сражен князь Юрий Всеволодович. Отважный князь Василек Ростовский попал в плен, его принуждали стать воеводой в ордынском войске, но он решительно отказался от такой «чести» и принял мучительную смерть. После побоища на реке Сити «бысть же мног плачь народа правоверных».

От Владимира хан Батый со своими главными силами повернул к богатому торговому городу Новгороду. Монголо-татары шли удобным для конных полчищ Селигерским путем, «людей секущи аки траву». На земле новгородской удар степных завоевателей принял на себя небольшой деревянный городок-крепость Торжок. 22 февраля начался штурм Торжка. Две недели героически отбивали его жители яростные приступы ранее неизвестного врага. Но в конце концов крепкие деревянные стены не устояли против осадных машин — таранов — и в них были пробиты бреши, которые заделать осажденные не могли. Свой последний бой горожане приняли на тесных улочках, среди горящих домов.

Торжок так и не получил помощи от своего господина Великого Новгорода. Его боярство и богатое купечество, за которыми было последнее слово в важнейших делах, отказали в военной помощи порубежному стражу вольного города. Под давлением «совета господ» и боярства новгородское вече приняло решение запереться в городских стенах, молиться во всех церквах и, если враг придет под стены Новгорода, — обороняться до последнего.

Князь Александр Ярославич подчинился решению веча, иначе поступить он просто не мог. Совет господ поручил ему заниматься подготовкой Новгорода к обороне. Подновлялись крепостные укрепления, готовилось городское ополчение, раздавались находившиеся у бояр и богатых людей запасы оружия, в сторону ожидаемого подхода вражеского конного войска посылались дальние «сторожи».

Но страшная гроза Батыева нашествия обошла Новгород стороной. Только сто верст оставалось степной коннице пройти до него. Поредевшее в беспрестанных штурмах русских городов войско хана Батыя неожиданно круто повернуло от урочища Игнач-Крест на юг, в степи.

Наступала весенняя распутица, в труднопроходимых лесах таяли снега, замершие болота грозили превратиться в топи, непроходимые для вражеской конницы. Монгольский хан, предпочитавший зимние походы, устрашился разлива многочисленных рек и озер на русской земле и осмотрительно двинулся в более сухие места, в южные степи. Там хан Батый хотел восстановить силы своего конного войска.

Зимний поход на Русь 1237/1238 годов стоил ему больших потерь. Той зимой все русские князья бились с врагом, победы над ними давались трудно.

Все встречавшиеся на пути русские города степным ордам приходилось брать штурмом, что редко обходилось малыми потерями в людях.

Но и не мог не знать монгольский владыка о воинственности и многочисленности новгородцев и сильно укрепленном городе на Волхове. Хан Батый и его военачальники видели перед собой пример небольшой новгородской крепостицы, устоявшей против огромного войска в течение двух недель, не хотели рисковать.

В 1239 году Батыево нашествие испытают на себе княжества Южной Руси. 6 декабря 1240 года после отчаянного героического сопротивления падет древний Киев. Затем татаро-монгольское войско двинется на запад, в Европу — сперва в Польшу и Венгрию. Весной 1241 года хан Батый в сражении при городе Легнице, в Нижней Силезии, разбил рыцарское войско. Однако в сражении под Оломоуцем степные орды не смогли одолеть сопротивление чешских и немецких войск.

Дойдя до берегов Адриатического моря, за которым находилась Италия, хан Батый повернул свои войска назад, в степи — причерноморские, донские, волжские. Он не хотел оставлять в собственном тылу Русь, еще не приведенную под власть ордынского владыки.