Шрифт:
Почему? Да потому что новое слово ярко выделяет новое явление и четче проводит границу между старым и новым. К тому же новое слово не отягощено старыми словообразовательными и смысловыми связями. Попробуйте образовать от дневника слова с новыми смыслами — все те слова, о которых сказано выше: блогер, блогосфера и т. д. Дневальный? Днюющий? Дневникобласть? Замучаетесь.
Так что не всякое заимствование — зло. А блог так просто благо.
Кого хочешь лайкай, а люби меня!
Рядом с (блогом я назову еще несколько полезных заимствований, которые, правда, в словарь не попали и, возможно, никогда не попадут. Речь идет о словах френд и лайк, связанных с блогосферой и социальными сетями. Так же, как блог не вполне дневник, френд не вполне друг (точнее, совсем не друг), а лайк не равен глаголу нравиться. Но начну все-таки с английского языка.
Некоторые словари робко отмечают у существительного friend и глагола like новое подзначение, связанное с интернетом. Вот что пишет Оксфордский словарь для friend:
a contact on a social networking website: all of a sudden you've got 50 friends online who need to stay connected [контакт в социальной сети: внезапно у вас появилось 50 друзей онлайн, с которыми нужно быть на связи]
А вот что для like:
indicate one's liking or approval of (a web page or posting on a social networking website) by using the site's 'like' facility: more than 15, 000 Facebook users had liked his page by Monday morning
[обозначить, что нечто нравится или одобряется (веб-страница или текст в социальной сети), используя кнопку «like»: к утру понедельника более, чем 15 000 пользователям Фейсбука понравилась его страница]
Итак, friend и like — это, по существу, специальные кнопочки, нажав которые пользователь может установить особый контакт с другим пользователем или, соответственно, выразить оценку тексту, фотографии или интернет-странице. Интересно, что и в блогосфере и в Фейсбуке для русских пользователей слова friend и like уже давно переведены, как друг и нравиться. Тем не менее более частым и естественным, в том числе в устной речи, остается использование слов френд и лайк.
Это произошло по той самой причине, которую я уже называл. Удобно иметь отдельное слово для некоего важного явления, а в интернете эти явления, безусловно, важны, причем довольно сильно отличаются от своих несетевых прообразов. И здесь еще раз повторю то, с чего начал: блог — не дневник, френд — не друг, а лайк — не нравится. Аргументы? Пожалуйста.
Про блог, собственно, все уже сказано. Теперь про френда. Сколько у вас друзей? Кто-то скажет «один», кто-то — «десять», кто-то — «двадцать». Трудно найти человека, который скажет «сто», ну а «тысяча» не скажет никто. А вот френдов бывает сколько угодно, точнее, сколько позволяют технические возможности блогосферы или социальной сети. Причем тысячу френдов может иметь далеко не самый коммуникабельный человек. Дело в том, что люди наполняют это слово разным содержанием. Кто-то считает его почти полным синонимом друга и заводит себе в сети, скажем, десять френдов. Это все равно не вполне друг, потому что, как правило, френдами становятся и члены семьи, и близкие родственники, которых мы обычно друзьями не называем. В социальных сетях люди с небольшим количеством френдов редкость, но все же они встречаются. Более популярна интерпретация френда как знакомого, [89] и тут возможны различные вариации: близкие знакомые, любые знакомые, знакомые, с которыми предполагают общаться, и т. п. Между другом и знакомым можно ввести и промежуточное отношение приятель, но, как вы понимаете, это все очень условно. Наконец, третья интерпретация френда состоит в том, что он рассматривается как источник (или адресат) информации. Я не буду говорить о том, что френда можно еще рассматривать и как социальный бонус, поддержку собственного социального статуса. Можно гордиться тем, что у тебя много френдов, можно гордиться тем, что у тебя во френдах есть известные люди. Все это отчасти повышает твой социальный статус в сети. Но меня интересует коммуникация, и поэтому я сосредоточусь на первых трех позициях. Итак, френд может пониматься как друг, знакомый или даже незнакомый человек. Для публичного и активно выступающего в сети человека последний тип важен, потому что он составляет аудиторию. Для непубличного человека в последний тип входят, как правило, известные ему люди, чьи тексты он хотел бы читать, с кем он, возможно, хотел бы познакомиться.
89
Некоторые социальные сети в явном виде рекомендуют именно такую интерпретацию.
Несимметричность человеческих отношений отражается в сети по-разному. В блогосфере отношение «дружбы» несимметрично, то есть своим френдом делают все-таки чем-то известного человека, а аудитория статус френда не получает. В более демократичных социальных сетях френды всегда взаимны. Это означает, что более известный человек может принимать «дружбу» (например, если он хочет расширять свою аудиторию) или отвергать ее (если он интерпретирует френда как знакомого). Как отражение несимметричности отношений в Фейсбуке наряду с взаимным отношением френд появляется неравноправное отношение подписчик. [90]
90
Должен признаться, что о Фейсбуке я буду говорить больше, чем о других социальных сетях, во-первых, потому что состою в этой сети, во-вторых, потому что пользуюсь ею (в отличие от Google+, в которой тоже состою, но практически не пользуюсь).
Время от времени в социальных сетях вспыхивают дискуссии, в которых отражаются различные понимания этих слов и проблемы, возникающие в связи с этим. Часто встречаются авторские «декларации о дружбе», где явным — иногда грубым — образом заявляется, что во френды принимаются только знакомые люди. В комментариях эти декларации либо горячо поддерживаются, либо автор объявляется недемократичным и высокомерным.
Не менее интересны и дискуссии об удалении из френдов. Удаление рассматривается как наказание за проступки обычно двух родов: за нехорошее комментирование и за нехороший поступок вне непосредственной коммуникации. В первом случае это похоже на отказ от дома, причем автор текста (в блоге или социальной сети) рассматривает себя как хозяина коммуникативного пространства, а комментатора — как гостя. Иногда, впрочем, речь идет о простом устранении коммуникативной помехи. [91] В сходном, но даже более широком смысле используются глагол банить и существительное бан (накладывать бан), заимствованные из английского языка: ban — «запрещать, налагать запрет». Забанивание означает поражение в коммуникативных правах, а именно запрет или ограничение в публикации текстов.
91
В этом случае можно говорить о тролле, собеседнике, который не поддерживает дискуссию, а препятствует ей. Самым примитивным примером таких действий является бессвязная брань.