Шрифт:
Один любопытный сосед всё допытывался: не ходит ли Ион ночью к колодцу колдовать? Днём-то у колодца люди — не поколдуешь!
— Чтоб мой Ион, как баба, колдовством занимался?! — сердилась Сынзиана. — Нравится наша вода — бери, не нравится — ищи другую! В нашей стране, колодцев, слава Богу, хватает.
Но любопытный пристал всё-таки к Иону:
— Это, наверное, душа твоего дедушки? Она и делает воду святой? А?
— Надоел ты со своими расспросами, — сказал Ион. — Хочешь — дежурь ночью у колодца. Только народ не пугай! За моей водой и в сумерки приходят.
— Ладно, — ответил любопытный крошка, — так и сделаю.
— Но если что увидишь ночью — сразу мне расскажи.
— О чём разговор, дядя Ион! Тебе первому на ухо шепну. Вот этим пальцем постучу в окно и всё расскажу по порядку: кто был, откуда взялся и что у колодца ночью делал.
— Договорились, — сказал Ион. — По рукам. И передай тогда ему мой поклон.
Прошла ночь и ещё одна ночь. Любопытный всё сидел у колодца, но так ничего и не видел. Неделя прошла. Ион спал крепко, только слышал иногда, как собака брешет. Но это ведь обычное собачье дело, — брешет и пусть себе брешет, а мы спать будем.
Но вот как-то зачерпнул Ион случайно ведром песку со дна колодца. Смотрит, а в песке монета серебряная, старая-престарая.
— Ну и дела, — подумал Ион.
А потом и говорит сыновьям:
— Опустите-ка меня, ребята, в колодец. Погляжу, не пора ли его почистить.
Сказал так, зажёг фонарь средь бела дня и залез в бадью, обвязавшись верёвкой вокруг пояса.
Скрип-скрип — заскрипел барабан, который весело крутили парни. Бадья опускалась в колодец.
Наверху лето в разгаре, а в колодце холодно, как зимой. Но Ион нарочно телогрейку надел, чтоб не простудиться. Вычерпали они воду. На дне колодца нашёл Ион кувшин без ручек, ножик, серьгу и две пуговицы.
И решил Ион поковырять ту стену колодца, из которой вода шла. Вдруг ножик его обо что-то звякнул.
— Монета! — изумился Ион, освещая её фонарём. — Такая-же, как и та!
И положил её в карман. Покопался ещё в стене и целую горсть монет наковырял.
— Вот он, дух прадедушки! — удивился Ион. — Вот отчего вода святая.
Только сейчас он вспомнил, как отец его рассказывал про клад, зарытый где-то около дома. Дед говорил перед смертью про этот клад, но место точное указать не успел.
Ион чуть было не завопил из колодца, что клад нашё, но решил потерпеть и удивить всех, когда наверх поднимется.
— Ты чего там возишься, отец? — кричал сверху старший сын. — Давай я спущусь, а то ещё поясницу простудишь.
— Сейчас заканчиваю! — крикнул Ион. — Поднимайте меня!
Скрип-скрип — снова заскрипел барабан, и бадья вместе с Ионом начала подниматься на свет Божий.
«Вот это да! — думал Ион. — Я клад нашёл. Сынзиана умрёт от радости. Сделает себе серебряные серьги, кольцо, останется ещё и невесткам, и внучкам. Сегодня — самый счастливый день в моей жизни!»
Поднялся Ион до середины колодца, и на лоб его легла лёгкая тень:
— Эй, остановите! — крикнул он. — Передохните малость.
Сыновья переглянулись: останавливать бадью на середине пути? А если, не дай Бог, цепь оборвётся?!
А отец их в это время в своих мыслях запутался.
«Если подыму клад наверх, — думал он, — вода уже не будет такою, как была…» Очень уж ему нравилось видеть у своих ворот столько людей. Шутка ли — полкоролевства брало воду из его колодца!
— Опустите-ка меня! — крикнул Ион, и тень улетела с его лба.
— Что случилось, отец?
— Ковшик забыл, — соврал он.
Скрип-скрип — скрипел наверху барабан, и бадья опускалась в колодец.
«Бедная Сынзиана… — жалел жену Ион. — Не успела получить серёжки, как уже и лишилась их».
Он добрался до дна и спрятал под камень все монеты. Только одну оставил в кармане.
«Пусть люди думают что хотят, — решил Ион. — Про серебряный крест, про ночных духов. Мне всё равно — лишь бы вода была такой же святой и чистой».
А монету он повесил в каса маре рядом с листом акации на красивом полотенце, среди своих родственников.
Бык с жёлтым рогом
Солнце ещё не взошло.
Туча водрузила на нос очки, вдела нитку в иголку и, пристроившись под тремя звёздочками в углу неба, стала штаны своего сына зашивать. Темно и холодно было в этот час на небе, но что поделаешь, не днём же этим заниматься, когда любой зевака может задрать голову и увидеть Тученёнка на небе в чём мать родила. Ведь у малыша только одни штаны.
Тученёнок скоро проснулся. Мамаша надела на него залатанные штаны, расчесала ему шевелюру, а потом пригрозила: