— Райка, — крикнула я, — ты дома?

Мне никто не ответил, но из Райкиной комнаты донесся какой-то неясный шорох, я подошла и подергала ручку двери. Заперто. Такого за два года я припомнить не могла и поэтому переместилась к входной двери. Она неожиданно распахнулась, и я увидела парня, который провожал меня от самой почты.

— Привет, — спокойно проронила я и направилась в свою комнату. Толкнула дверь, сделала шаг и еще раз сказала:

— Привет.

Никого из находившихся в комнате мужчин я раньше не видела. Возле окна на единственном стуле восседал толстяк лет тридцати пяти. Почти лысый, с бледным отекшим лицом. Глаза было невозможно разглядеть из-за глубоких складок. Нос длинный и острый, что совершенно не вязалось с широкой пухлой физиономией, а узкие губы имели какой-то неприятный фиолетовый оттенок. Общий вид физиономии намекал на пакостный характер.

Пухлые ладошки лежали на коленях, кольцо с бриллиантом и две печатки выглядели не просто вульгарно, а даже смешно. Однако смеяться в настоящий момент мне совсем не хотелось, потому что, кроме толстяка, вызывающего недоумение, в комнате были еще двое. Один стоял возле двери, развернув могучие плечи, как бы давая понять, что назад дороги нет, и машинально разминал пальцы рук, сцепив их замком. Такой тип прихлопнет меня с одного удара и скорее всего даже не заметит этого. Но по-настоящему пугал третий гость. Невысокий, щуплый, похожий на мальчишку-подростка, с узким, землистого цвета лицом и взглядом, от которого мороз шел по коже. Смотрел он пристально, словно прикидывая, что там у меня

Внутри. Я взглянула на всех по очереди и спросила без энтузиазма:

— Может, вы скажете, в чем дело, или хотя бы уберетесь к чертям собачьим?

— Сядь, — буркнул Толстяк.

Я хмыкнула и демонстративно огляделась, аскетизм моего жилища не предполагал такие многолюдные сборища, и сесть в настоящий момент мне было некуда, разве что на кровать рядом с худосочным типом со взглядом психа. «А почему бы и нет?» — решила я и в самом деле села. Признаться, это произвело впечатление. Толстый удивленно приподнял брови, Здоровяк у двери шевельнулся, а сам псих посмотрел на меня с любопытством.

— Ну и вид у тебя, — покачала я головой.

— Шутишь? — пискнул он, проникновенно улыбаясь мне. За такую улыбку режиссер фильма ужасов не пожалел бы миллиона. Я еще раз покачала головой и добавила:

— Выглядишь паршиво. Извини, но что есть, то есть.

— Люблю разговорчивых, — пропищал он в ответ. У парня явно были какие-то проблемы, создавалось впечатление, что ему перерезали горло, а потом кое-как заштопали, и теперь он не разговаривал, а еле слышно пищал.

— Заткнитесь оба! — прикрикнул Толстяк и подергал себя за ухо левой рукой, продемонстрировав безукоризненный маникюр. Псих продолжал меня разглядывать, но голос больше не подавал. А я сосредоточилась на Толстяке, раз уж он тут главный. — Ты ведь знаешь, зачем мы здесь? — потосковав немного, спросил он.

— Понятия не имею, — пожала я плечами.

— Ну что ты из себя строишь? — укоризненно сказал Толстый. — Я надеялся, что у тебя хватит ума понять ситуацию и мы обойдемся без всех этих дурацких предисловий.

— Хорошо, — уловив в его словах намек на возможные неприятности, согласилась я. — Обойдемся без предисловий. Так зачем вы явились?

— Нам нужны деньги, — посуровел он.

— А-а, — подумав немного, ответила я. — Конечно, я вас понимаю. К слову сказать, кому они не нужны? Только я тут при чем?

— Где деньги? — терпеливо спросил он.

— На почте, — теряясь в догадках, пожала я плечами. — То есть в банке, но завтра будут на почте. Пенсии задерживают, и деньги, если честно, привезут плевые. Вы задумали вооруженный налет? Трудно поверить: как-то несолидно для таких бравых ребят… — Я бы еще немного поговорила на эту тему, но псих рядом ласково улыбнулся и ударил меня в живот, не кулаком даже и особенно не напрягаясь, но я сползла с кровати и прилегла на полу. Так и не смогла набрать в грудь воздуха и оттого, должно быть, отключилась.

Через десять минут стало ясно: в планы моих гостей не входило калечить хозяйку. Наоборот, пока я лежала тихо и никому не мешая, они развили бурную деятельность: худосочный отыскал нашатырь, Здоровяк вернул меня на кровать, и даже Толстый покинул стул у окна, чтобы заглянуть мне в лицо. Я дала им возможность немного поволноваться и только после этого открыла глазки.

— И все-таки выглядишь ты паршиво, — улыбнулась я Коротышке, он собрался что-то ответить, но Толстяк нахмурился, и пропищать что-либо тот не решился.

— Тебе обязательно нарываться? — с обидой спросил Толстый.

— Ладно, поговорим о деньгах, — кивнула я. — Кто вы, ребята, и что за деньги вам нужны?

Покачав головой, Толстяк прошел к столу, потряс старой газетой, которую они обнаружили еще до моего прихода, и предложил:

— Давай не усложнять жизнь друг другу.

— Давай, — обрадовалась я, села поудобнее и продолжила:

— Напомни, что там говорится о деньгах?

— Ах, вот оно что, — обиделся Толстый. — Не ценишь хорошего отношения. Ты же не совсем дура, должна понять: деньги придется вернуть.