— A-а, тогда я тебя очень хорошо понимаю. А теперь… — замялся Лазающий Мышонок.

— Что «теперь»? — не понял Мортен.

— А теперь… — тянул Лазающий Мышонок.

— Ну что «теперь»?

— Я думал, ты сам меня об этом попросишь, — честно признался Лазающий Мышонок.

— Конечно попрошу. Только скажи, пожалуйста, о чем я должен тебя попросить.

— Попросить, чтоб я спел тебе свою новую песенку.

— Конечно! Как раз об этом я и хотел тебя попросить. (Я же говорил, что Мортен был очень вежливым Лесным Мышонком.)

Лазающий Мышонок взял гитару — она всегда висела у него на плече — и приготовился играть.

— Это маленькая песенка обо мне самом, — сказал он, взял первый аккорд и запел

— Понравилась? — спросил Лазающий Мышонок, когда закончил петь.

— Честно говоря… — замялся вежливый Мортен, — это не очень-то правильная песенка.

— Зато веселая, — возразил Лазающий Мышонок.

— Конечно, веселая, — сказал Мортен, — но все-таки она не из тех песенок, которые заставляют нас думать: «Сегодня мы должны как следует потрудиться и собрать побольше орехов».

— Ну и что? Это праздничная и развлекательная песенка. Она заставляет нас думать:

«Сегодня мы должны быть веселыми и съесть побольше орехов». А собирать орехи — это совсем другое дело.

— Но лучше бы ты сочинил песенку собирателя орехов, — посоветовал Мортен. — Она была бы куда полезнее.

— Все бы вам польза да польза, — заворчал Лазающий Мышонок. — Полезно — не полезно! Ну а вообще-то, раз ты мой лучший друг, я с удовольствием сочиню для тебя песенку собирателя орехов.

— Большое спасибо, — поблагодарил Мортен.

— Это будет настоящая трудовая песенка. Но она будет только твоя песенка.

— Хорошо, — согласился Мортен, и Лазающий Мышонок начал сочинять.

Он походил немножко вперед и назад, потом немножко назад и вперед, потом почесал лапкой за ухом и…

— Хочешь послушать? — спросил Лазающий Мышонок.

— С удовольствием, — сказал Мортен, и Лазающий Мышонок запел

— Да, это очень хорошая песенка, — сказал Мортен. — Правда, ты забыл, что я не умею лазать по деревьям — ведь я обыкновенный лесной мышонок, — добавил он, — но все равно она мне очень подойдет, потому что каждую субботу я вымениваю себе большую слойку с изюмом у Зайки-пекаря.

— Я это знаю, — скромно отозвался Лазающий Мышонок. — Я еще утром сообразил, что сегодня суббота, и подумал про себя: «Сидит сейчас бедняжка Мортен у себя дома совсем один, с большой слойкой, и скучает». И тогда я сказал самому себе: «Ты должен пойти к Мортену и помочь ему. А то ведь ему одному не справиться».

Мортену стало очень приятно, что у него такой заботливый и внимательный друг. Он подошел к шкафчику и вытащил из него большую слойку. Сверху она была покрыта изюмом, прямо как ежик колючками.

— О-о! — сказал Лазающий Мышонок. (Больше ничего он сказать не мог.)

Сначала Мортен хотел разделить слойку на три части, как он всегда это делал. Но Лазающему Мышонку показалось, что такая дележка будет не совсем правильной, потому что тогда одному достанется два куска, а другому только один. А съесть два куска ему было все-таки неудобно.

— Давай разделим ее на две части, — предложил Лазающий Мышонок.

— Давай, — согласился Мортен, который быстренько сообразил, что так действительно будет удобнее.

Так они и сделали, и это оказалось куда как легко. («И правильно», — подумал Лазающий Мышонок.)

Они сидели, жевали слойку и болтали понемножку обо всем, что происходило в лесу.

— Вчера я встретил папу маленьких бельчат, папу Йенса, — сказал Мортен, — он был ужасно злой.