Шрифт:
— Убеждения? — переспросил я.
— А?
— Убеждения, — сказал я. — Учреждение — это место, где бюрократы работают. А убеждения — это набор идей, которые человек разделяет.
— А, ну да. Я так и сказала. Убеждения и принципы и, ну, всякие поговорки, и идеалы, и философия жизненная, все то, за что мы держимся, чтобы прожить день и не сорваться. Вот у Карен этого не было. У нее был только Дэвид. Он и был ее жизнью.
— И когда его сбила машина…
Она кивнула:
— То есть я понимаю, какой это для нее был удар, как ей было тяжело. — Выступивший на спине пот заставлял ее кожу тускло мерцать в лучах вечернего солнца. — Я и вправду ей сочувствовала. Даже плакала. Но через месяц, блин, Жизнь Продолжается.
— Это один из принципов?
Она через плечо взглянула на меня, чтобы понять, издеваюсь я над ней или нет. Мой взгляд был ровным и сочувствующим.
Она кивнула:
— Но Карен, она весь день спала, переодевалась дай бог, чтобы раз в пару дней. Иногда ее можно было по запаху найти. Понимаешь, она просто как будто на части развалилась. Печально, конечно, но, серьезно, Хватит Себя Жалеть.
Принцип номер два, догадался я.
— Я ведь даже пыталась ее познакомить.
— С парнями? — спросил я.
— Ага. — Она засмеялась. — Я имею в виду — да, Дэвид был просто идеал. Но Дэвид теперь — овощ. Серьезно, ты ему уже ничем не поможешь. В мире достаточно нормальных мужчин. У нас тут не «Ромео и Джульетта». Жизнь — это жизнь. Жизнь — штука тяжелая. Так вот, Карен, говорю я ей, хватит жить в прошлом, пойди и найди себе кого-нибудь. Может, если б она переспала с кем-нибудь, ей бы это мозги прочистило как следует.
Она обернулась, посмотрела на меня, нажала несколько раз на кнопку на панели тренажера, и резиновая дорожка под ее ногами постепенно сбавила обороты до скорости пенсионера в торговом центре.
— Я что, не права была? — спросила она у своего отражения в окне.
Я промолчал.
— Значит, Карен была в депрессии, весь день спала. На работу она тоже не ходила?
Дара Голдкланг кивнула:
— Поэтому ее и поперли. Слишком часто пропускала свою смену. А когда приходила, то выглядела, как будто ее через соковыжималку пропустили — сальные волосы, никакого макияжа, чулки в стрелках.
— Однако, — сказал я.
— Слушай, я же ведь ей говорила. Честно.
Беговая дорожка окончательно остановилась, и Дара Голдкланг шагнула с нее, вытерла лицо и шею полотенцем, отпила воды из пластиковой бутылки. Она опустила бутылку, губы ее были по-прежнему приоткрыты, и посмотрела мне в глаза.
Возможно, она пыталась выбросить из головы, как я одет и какую машину вожу. Возможно, она просто хотела перепихнуться, чтобы очистить мозги методом, к которому привыкла.
— Значит, она потеряла работу, и деньги у нее начали подходить к концу, — сказал я.
Она откинула голову, открыла рот, отпила, не касаясь губами горлышка бутылки. Пару раз сглотнула, промокнула губы краешком полотенца.
— У нее и до этого денег не хватало. У Дэвида какая-то фигня с медицинской страховкой была.
— Какого рода фигня?
Она пожала плечами:
— Карен пыталась оплатить некоторые из его медицинских счетов. Серьезные деньги, она все на них потратила. Я ей сказала, что пару месяцев она за квартиру может не платить. Мне это не нравится, но я все понимаю. Но на третий месяц я ей сказала, что, ну, если она не может внести свою долю, то ей лучше другое место найти. Я имею в виду, мы, конечно, подруги, и хорошие подруги, но жизнь есть жизнь.
— Жизнь, — сказал я. — Ага.
Она распахнула глаза так широко, что они стали похожи на пару подставок для пивных бокалов.
— Ну да, жизнь ведь, она как поезд. Едет и едет, и нужно бежать впереди. Остановишься, чтобы отдышаться, задержишься, и он тебя переедет. Поэтому рано или поздно нужно перестать жить за других и начать Жить Для Себя.
— Хороший принцип, — сказал я.
Она улыбнулась. Подошла к моему уродливому креслу и протянула руку:
— Помочь встать?
— Нет, спасибо. Не такое уж оно и неудобное.
Она засмеялась и коснулась языком нижней губы — в точности как Майкл Джордан перед броском.
— А я не о кресле говорю.
Я встал, она отступила.
— Я знаю, что не о нем, Дара.
Она положила руку себе на копчик, выгнулась, снова отпила воды.
— И в чем тогда, — спросила она напевно, — заключается проблема?
— У меня есть стандарты, — ответил я, направляясь к двери.
— Относительно незнакомых?
— Относительно людей, — сказал я и вышел.
6
Принадлежавшая Дэвиду Веттерау фирма называлась «Происшествие на Саут-стрит», занималась торговлей кинооборудованием и представляла собой склад, заполненный камерами, снимающими и на 16-, и на 35-миллиметровую пленку, линзами, осветительными приборами и фильтрами для них, треногами, операторскими тележками и рельсами. Вдоль восточной стены, на расстоянии двадцати футов друг от друга, располагались прикрученные к полу столики, за которыми несколько молодых парней проверяли оборудование. Вдоль западной стены парень и девушка катили гигантскую операторскую тележку с установленным на нее краном — парень шел рядом, а девушка сидела наверху, управляя рулем вроде тех, какие можно видеть в кабине тяжелого грузовика.