На секунду в глазах Себастьяна мелькнуло злобное удовлетворение. У сидевшей рядом с ним Ирасемы участилось дыхание.

— Так вот, для сведения, — тихо произнес Себастьян, — чтобы ты мог оценить ситуацию. Ты не получишь двадцать миллионов крузейро…

Несколько мгновений царила мертвая тишина.

— Да-да, — спокойно подтвердил Себастьян, — двадцать миллионов.

Насио поставил полный бокал на пол и снова сел, не сводя глаз с лица собеседника. Себастьян никогда не шутил.

— Ну хорошо. Кто он? Что надо сделать?

— Ничего. — Себастьян преувеличенно равнодушно пожал плечами. — Если, конечно, ты не согласишься работать с Ирасемой.

Насио просто отмахнулся от его слов.

— Ты прекрасно знаешь, что за двадцать миллионов я готов работать хоть с самим чертом. Так что надо делать? — Он нахмурился, размышляя. — Чья же смерть так дорого стоит? Или по крайней мере в два раза дороже ты никогда не берешь меньше половины. — Он прищурился еще больше. — А кто платит? Кто платит столько за убийство?

Себастьян покачал головой.

— Что касается жертвы, тебе скажут в свое время. А заказчика ты никогда не узнаешь.

Против этого Насио не возражал; он редко знал имя заказчика, это знание не прибавляло денег у него в кармане. Но жертва?

— А почему ты не хочешь назвать его сейчас?

— Если что-то не получится или полиция узнает и схватит тебя, то чем меньше ты знаешь, тем лучше. Потому что операция не будет отменена. Это может оказаться Педросо или кто-то еще, но план должен быть выполнен.

Насио кивнул. Это был разумный ответ, и он согласился его принять. Двадцать миллионов! Целое состояние. Если перевести в доллары, даже по нынешнему курсу, получится больше двадцати тысяч — о таком гонораре он и не мечтал. Ему приходилось убивать и за пять.

— Хорошо, — спокойно сказал он. — Выкладывай свой план.

Себастьян глубоко вздохнул. До сих пор все шло, как намечено, и ему хотелось, чтобы так было и дальше.

— Слушай, и слушай внимательно, — медленно начал он. — Прежде всего, на следующей неделе в Рио должно состояться совещание ОАГ — Организации Американских Государств. Сюда прибудут делегации из всех американских стран — послы, министры иностранных дел, госсекретари… — Он поднял руки, как бы показывая высокое положение делегатов, потом уронил их на колени. Его глаза, устремленные на Насио, блеснули, но голос оставался бесстрастным. — Один из этих людей и будет твоей целью…

Если он ожидал какой-то реакции, ему пришлось испытать разочарование — на лице Насио не дрогнул ни один мускул. Дело явно выходило за рамки семейных ссор или разборок с компаньонами. За такую цену работа и должна быть такого рода.

— Продолжай.

— Хорошо. — Себастьян наклонился ближе к Насио; рука Ирасемы нежно скользнула по его руке. — В первый день встречи, до начала работы, будет торжественная церемония. Заседания планируется проводить в отеле «Глория», где останавливается большинство делегатов, но перед началом они собираются поехать к Мемориалу погибшим во второй мировой войне, возложить венок, а оттуда направятся в муниципалитет, где тоже состоится какая-то церемония. Теперь…

Насио нахмурился:

— Откуда ты все это знаешь?

— Прочитал в газетах, — ухмыльнулся Себастьян. — Дай мне договорить. Человек, который будет твоей целью, тоже поедет к Мемориалу. Лучше всего сделать дело во время возложения венка или чуть раньше. Они поедут в открытых машинах.

— Если не будет дождя, — заметил Насио. — Такого, например, как сегодня.

— В дождь они, может быть, и не поедут в открытых машинах, но для возложения венка им все равно придется выйти. Тут-то ты его и прикончишь.

Насио задумался:

— Когда, ты говоришь, это будет?

— Через неделю, в следующий вторник.

Насио сердито выпрямился, его смуглое лицо начала заливать краска гнева.

— Так за каким чертом ты требовал, чтобы я приехал не позже завтрашнего дня? Я мог спокойно добраться на «Санта Эужении» до Монтевидео и вполне успел бы!

Себастьян покачал головой.

— Это не вписывается в план, а именно он определяет все наши действия. — Он наклонился еще ближе к Насио, — Слушай внимательно. Нет никакого сомнения, что полиция проверит все здания по ходу движения кортежа, — обычная проверка, но она может оказаться очень тщательной. Они проверят и жилые помещения, и служебные — во всяком случае те, которые смогут. На крышах будут их люди, как и в самом кортеже и в толпе вокруг…

Насио внимательно посмотрел на сидящего напротив человека:

— Почему такие предосторожности? Они чего-то ожидают?

— Нет. Во всяком случае я об этом не знаю. Но со времен Далласа… — Себастьян пожал плечами. — Тем не менее мы должны быть готовы к такой проверке. Сам видишь, это не такое простое дело, как те, что ты делал для меня раньше. С другой стороны, иначе и не стали бы платить такие деньги. И все же, несмотря на все их предосторожности, дело не должно оказаться таким уж сложным, потому что, — он улыбнулся, — ты будешь в отеле «Серрадор», на восьмом этаже, в номере с окнами на Приморский бульвар и Мемориал. И у тебя будет отличное ружье с оптическим прицелом…