– Я не среди своих, сэр Энтони.

Нотт ничего не отвечает, мы просто идем некоторое время вперед, туда, где я различаю просвет между деревьями — мы приближаемся к внутренней части острова. И все же заросли заканчиваются совершенно неожиданно, будто в определенном месте проведена невидимая черта — раз, и мы уже на свету. Я ожидал увидеть здесь, что угодно — огромное озеро или горы, убегающий вглубь мангровых зарослей поток — а вижу просто пастбище, чуть холмистое, покрытое нежно-зеленой травой. Коровы, овцы, козы, несколько лошадей… И большая пастушья собака приветствует нас радостным лаем — каким-то образом сэр Энтони уже успел свести знакомство с лохматым пастырем местного стада.

– Что, удивлен? — мой провожатый усаживается на покрытый травой небольшой холм, приглашая меня сесть рядом. — Думаешь, они только разбойничают?

– При частоте одно нападение примерно раз в полгода занять себя исключительно разбоем было бы проблематично. А пока я был в Азкабане…

– Хочешь спросить, были ли еще нападения? Любопытство, Поттер, разве тебе не говорили, что это один из главных твоих пороков?

Я почему-то вспоминаю про шкатулку и улыбаюсь.

– И не только говорили, но и очень изящно намекали. Помните, я Вам рассказывал про тот подарок на день рождения, который стал чуть ли не основной уликой против меня в суде? Знаете, вот до сих пор жалко…Красивая была вещь. Ну а что до любопытства… Понимаете, сэр Энтони, Вы сами пытаетесь уговорить меня не видеть во всех врагов. Но если я не могу задать ни единого вопроса? Я же не стану немедленно посылать сову в Министерство!

Нотт смеется:

– Разве что пошлешь ученого попугая. Отсюда почта не летает, — а потом продолжает, уже серьезнее, — Хорошо, что тебе хотелось бы знать? Нападений не было, они готовили наше освобождение и решили не дразнить гусей.

– А что это за стадо? Что за остров? Откуда корабль? Как они здесь живут?

Сэр Энтони только вздыхает, не знаю, наслышан ли он про неуемное гриффиндорское любопытство… Скажем так, безграничную любознательность, в отношении наук ну никак себя не проявляющую. Наверное, он думает сейчас, что зря потащил меня гулять, потому что если ему тоже приказано помалкивать обо всем, даже о самых обычных бытовых подробностях жизни на острове, нам лучше вернуться. И я уже собираюсь предложить ему именно это, но он совершенно неожиданно начинает отвечать на мои вопросы.

– Как ты представляешь себе жизнь острова, на котором сейчас оказалось почти сто человек народу? Пиратские рейды, грабежи, оргии до утра в таверне? Драки, время от времени кого-нибудь вздернут на рее, и давай пить-гулять дальше?

– Примерно так, — я улыбаюсь. — Как и положено: «Пей — и дьявол тебя доведет до конца…»

– Как здесь с питьем, я еще не выяснял, но таверна имеется.

– Только с грабежами у них как-то слабо. Пять рейдов за два года, добыча так себе. Так что на оргии и драки остается немало времени. Или я чего-то не знаю?

Сэр Энтони только усмехается.

– Оргии и драки? При том, что остров принадлежит Северусу? К тому же, — тут Нотт глядит на меня насмешливо, — я могу себе представить, что ты наслушался всякой ерунды про нравы, царившие в ближнем кругу Темного Лорда.

– То есть не было ни похищений магглов, ни убийств, ни пыток? Ваши собрания походили на заседания клуба лучших цветоводов Британии?

– Всякое было, — мой собеседник не пытается мне противоречить. — Но главное, была жесточайшая дисциплина — малейшее неповиновение каралось довольно жестоко, я уже не говорю о крупных провинностях — за них можно было легко лишиться жизни. Поэтому, когда остров только заселялся, здесь были установлены довольно жесткие законы.

– Кем?

– Всеми, сынок. Ведь большинство из поселенцев были мужчины или мальчишки, порой склонные к немотивированной агрессии. Поэтому чтобы выжить и не перегрызть друг другу глотку, потребовались довольно жесткие меры. С местным законодательством, полагаю, и тебя, и Уизли тоже ознакомят.

И далее сэр Энтони рассказывает мне нехитрую историю заселения острова, услышанную им вчера или сегодня утром от капитана Довилля. Сразу же после организованного им (ну а кем же еще!) побега Люциуса Малфоя из Азкабана теперь уже оба будущих капитана начали собирать бывших сторонников Волдеморта, которых до этого поддерживал деньгами и обещаниями лучшей жизни новоявленный лорд Довилль. Так что осенью 1999 года они смогли приступить к заселению острова, на котором в то время имелся только заброшенный господский дом, несколько хижин в мало пригодном для жизни состоянии, да стоящий у пристани маггловский трехмачтовый фрегат, который использовался отцом Снейпа-Довилля исключительно в развлекательных целях.

– Да, а в феврале 2000 было первое нападение, — задумчиво говорю я. — Быстро все у них получилось.

– Они старались.

Сэр Энтони явно не одобряет моего скепсиса, но все же продолжает. И из того, что он говорит дальше, я понимаю, что в местной жизни, пожалуй, больше мира, чем войны.

– Вот ты читал романы про пиратов в детстве, Гарри? — спрашивает меня сэр Энтони.

– Приходилось.

– Если помнишь, у всех пиратских флотилий было некое подобие базы, куда они приходили заделывать пробоины, лечить раненных. Где они, в общем-то, жили. Так и здесь — приходится строить, выращивать овощи, разводить скот, ловить рыбу, что-то покупать у магглов. То есть это хозяйство, как в большой деревне.

– То есть не пьют, не курят, не дерутся и по девкам не шляются.

– Пьют, курят, дерутся и шляются не только по девкам!

Нотт предлагает мне сигарету, и я не отказываюсь.

– Ты не в банде, Гарри, — подводит он итог нашему разговору. — Скорее, просто в несколько необычном магическом поселении.

Обратно мы возвращаемся немного другой дорогой, огибаем пастбище, пересекаем небольшую речку, бегущую из глубины острова к морю и в итоге выходим на пляж. Здесь никого, видимо, мы ушли довольно далеко от пиратской деревни, только метрах в ста от берега виднеется маленький белый катер. Я сажусь на песок, бездумно пропускаю между пальцев его мелкие белые кристаллики, согревающие руку. Да, пускай это просто передышка, но ведь я могу просто наслаждаться ей, ни о чем не думая? Будет день, и будет пища, разве не так? Хотя бы несколько дней относительного покоя…