Джон решил покинуть службу во флоте Её Величества и поискать лучшей доли где-нибудь в других краях. Некоторое время он прослужил наёмником в Европе, затем нанялся на торговое судно, уходящее в Вест-Индию.

Британский военный офицер в прошлом, теперь Джон Уилсон был помощником капитана голландского торгового судна. Ему исполнилось двадцать шесть, когда он прибыл на Карибы с целью нажить состояние.

С капитаном Николасом ван ден Бергом он плавал уже более полутора лет. Голландец платил очень щедро, был в меру суров с подчинёнными, не терпел глупой муштры, хотя требовал дисциплины и порядка. Ван ден Берг исправно выполнял заключённые контракты на перевозку грузов и прослыл удачливым торговцем и мореплавателем. Впрочем, иногда не брезговал вступать на скользкий путь и добывал у ненавистных испанцев толику вожделенных пиастров.

— На этот раз плавание прошло на диво спокойно. Близится окончание нашего путешествия, — обратился капитан к Джону. — Наконец-то ветер крепчает. Мы доставим груз в порт Гамильтон в полной сохранности, господин Джекмен будет доволен. А это значит, наша репутация по-прежнему на высоте, и новые выгодные договора не заставят себя ждать. Этот рейс даст мне возможность выкупить судно… И я хочу нанять вас, Джон, теперь уже в должности капитана. У меня накопилось много дел на берегу.

— Благодарю вас, сэр. Вы хотите продлить договор с голландской торговой компанией, или вам больше по душе служить кому-то из губернаторов? Сдаётся мне, Англия и Голландия вновь намерены разорвать мирный договор…

— Честно говоря, я устал от политических распрей. Я моряк и торговец и хочу честно зарабатывать на жизнь, не оглядываясь на этих болванов. Поэтому предпочитаю основать собственное дело. Однако ветер крепчает, смотрите, как затрепетал вымпел. У нас будет мало времени для того, чтобы…

— Корабль по правому борту! — раздался крик вперёдсмотрящего. Песни матросов разом смолкли.

Ван ден Берг моментально вскинул подзорную трубу и стал пристально всматриваться в небольшое белое пятно на горизонте. Оно стремительно увеличивалось в размерах, приобретало чёткие очертания. Фрегат на всех парусах двигался почти поперёк курса «Моргенстера», уверенно сближаясь с барком. Над грот-мачтой корабля реял английский флаг.

— Не нравится мне этот прыткий фрегат, Джон. Что-то в нём не так… На крыльях летит, словно боится опоздать к королевскому трону на раздачу привилегий.

— Сэр, но ведь мы не испанцы. Если только этот…

— Тысяча морских чертей! Пираты! — вскричал капитан и в сердцах забористо выругался.

Действительно, подозрительно быстрый корабль, приблизившись, сменил флаг. Вместо британского «Юнион Джека» на мачте взреяло чёрное полотнище с намалёванным на нём оскаленным черепом. Глубоко и тяжело вздохнув, капитан повернулся к Уилсону.

— Джон, готовьте корабль к бою. Я просто так не сдамся.

— Свистать всех наверх! К бою! Пушки заряжай! Готовь абордажные сетки! [1] — зычный голос старшего помощника разнёсся над барком. — Рулевой, держать круче к ветру… — добавил он тише матросу, сжимавшему рукояти штурвала.

Полусонный экипаж тотчас пробудился, мгновенно выйдя из состояния ленивой неги. Раздались свистки боцманов и младших офицеров, топот ног, матросы привычно и слаженно выполняли команды.

— Попробуем уйти?

— Едва ли получится… У меня просьба, Джон. В бою может случиться всякое… — В голосе Николаса ван ден Берга вдруг прорезалась нотка обречённости. — Если вам удастся выжить, а мне нет, доставьте письмо, которое лежит в моей каюте в шкатулке на столе. Оно адресовано Питеру Джекмену. Обязательно доберитесь на Бермуды и обратитесь к нему. Он мой старый друг и всегда поможет…

— Что-то не нравится мне ваше настроение, сэр!

— Просто предчувствие! Слишком лёгким выдалось это плавание, не к добру, видимо. Вы хорошо себя зарекомендовали, Джон, и я… — Пожилой капитан не договорил.

Офицеры молча обменялись взглядами. Младший из них коротко кивнул. Обоим всё было ясно без слов. Опытные мореходы не склонны относиться к своим предчувствиям пренебрежительно.

Тем временем барк и фрегат сблизились на пушечный выстрел. Пиратский корабль произвёл залп из носовых пушек поперёк курса «Моргенстера», недвусмысленно веля торговому судну лечь в дрейф. Но торговец продолжил движение, давая понять, что не собирается подчиняться.

Спустя несколько минут с пиратского судна отчётливо послышалась команда, во весь голос отданная главарём. Пираты готовились к абордажу.

Что оставалось делать обречённому торговцу? У пирата — явное превосходство и в парусах, и в пушках, и в людях. Барку оставалось лишь развернуться и атаковать в лоб, с одержимостью приговорённых к смерти, которым отступать некуда. Ловко маневрируя, «Моргенстер» развернулся и, открыв пушечные порты, дал залп из своих немногочисленных стволов правого борта, тем самым нанеся не слишком ощутимый урон неприятелю. В ответ вражеский фрегат подвернул и, поравнявшись с барком, дал залп из пушек левого борта, сметая всё с палубы обречённого корабля.