В одном из сотрапезников Джек с облегчением признал дона Карло.

Старый дон тоже заметил парня и приветственно махнул рукой. Джек поспешно приблизился и учтиво поклонился, приветствуя и дона, и второго человека — крепкого и сухого старика с грубоватым лицом, словно выточенным из камня.

— Слава Создательнице! Джек, мальчик мой, ты проснулся! Познакомься, это почтенный Перек — хозяин сего славного заведения, приютившего нас. А это Джек — мой товарищ, который, несмотря на юные годы, уже успел достойно проявить себя.

Перек поклонился в ответ и широким жестом предложил Джеку сесть за стол.

— Для меня честь приветствовать таких гостей в своем скромном доме, — голос у него оказался глубоким и проникновенным.

— Это мы благодарны тебе, почтенный Перек, и я не устану повторять это!

— Дон Карло, прошу вас, оставьте благодарности. Для вас я готов и на большее! А вы, молодой человек, угощайтесь, чем Создательница послала!

— Я, признаюсь честно, уже съел тарелку каши, там, в доме, — Джек не испытывал стыда, лишь легкую неловкость.

Дон Карло расхохотался.

— Вот что значит здоровый крепкий сон молодости. После него подчищаешь все, что найдешь, не правда ли, почтенный?

— Истинно так, — согласился Перек. — Только теперь Шейла осталась без обеда, а она слишком скромна, чтобы сообщить об этом. Эх, пойду-ка я в дом, отыщу ее да скажу, чтобы поела. А вы пока поговорите, вам есть, что обсудить.

Он поднялся из-за стола и неторопливо пошел к трактиру.

— Налей себе вина, Джек, разговор нам предстоит долгий… — дон Карло не смотрел в глаза парню, и это настораживало куда больше, чем неопределенность.

Джек налил бокал до краев и залпом выпил. Голова тут же с непривычки затуманилась, стало легко, зато Джек понял, что к разговору готов.

— Так-то лучше, — дон казался довольным произведенным эффектом. — Спрашивай!

— Что случилось? Где мы? Где все остальные?

— Начинаю отвечать по порядку: на вершине скалы Зора спасла тебя, но при этом ей пришлось тебя ранить, иначе не получалось. А раны от когтей дракона, даже когда он в ином обличье, смертельно опасны для любого существа. Мы до последнего надеялись, что ты поправишься. Удивительно, что ты так долго сопротивлялся драконьему яду. Но все старания оказались напрасными, и даже лучшие врачи родного для сэра Виктора и сэра Носорога мира не смогли тебе помочь… Впрочем, врачи любого из миров могут лишь то, что им дозволено провидением…

— Значит, это был не сон, — воскликнул Джек. — Я так и знал!

— А что тебе снилось? — заинтересовался дон Карло. — Расскажи!

— Мне снились голоса… Голоса людей, которые далеко. Я рассказывал о них — Ольга, Кирилл… И ваши голоса, всех, с кем я жил на острове — вы, Виктор, Носорог… Вы были рядом, совсем близко, но я не мог открыть глаза, чтобы вас увидеть, хотя очень старался… Даже чтобы посмотреть на Олю…

— Мальчик мой, это был вовсе не сон. Ты впал в кому, как говорят врачи того мира, летаргический сон, при котором все твои органы работали, но сам ты находился в забытье. Я не знал, что ты мог нас слышать.

— Я слышал, — задумался Джек. — Но не всегда…

— Как видно, иногда ты пробуждался, или пробуждался твой мозг, активизируя органы слуха, но яд оказался слишком силен, и ты так и не смог выбраться сам.

— А как же я тогда выздоровел? — удивился Джек. — Ведь я же сейчас разговариваю с вами, или это тоже лишь сон?

— Нет, это уже не сон. Мы в нашем родном мире, совсем неподалеку от некогда принадлежавших мне земель. Ты перенес нас сюда!

— Я? Но…

— Послушай, — голос дона Карло стал очень серьезен. — Когда мы поняли, что надежды на твое выздоровление нет, сэр Виктор решил использовать одно очень важное и мало кому известное свойство перстня. Перстень умел лечить своего обладателя, но в твоем случае не помог бы и он. Поэтому сэр Виктор, чтобы исцелить тебя, создал между тобой и перстнем неразрывную связь. Теперь, пока он при тебе — ты будешь здоров, но если ты его утратишь, то вновь впадешь в прежнее состояние, либо же, в худшем случае, умрешь на месте. Мне очень жаль, Джек, но иного выбора у нас не было. Сэр Виктор пожертвовал ради тебя своим главным сокровищем, цени его поступок!..

Сказать, что Джек был ошарашен — ничего не сказать. Он впал в шок, постепенно перераставший в панику. Да, теперь ему вспомнились и последние сны, и слова Виктора, соединившие его с перстнем.

— Успокойся и выпей еще бокал, — посоветовал дон Карло.

Джек послушался и, не задумываясь, выпил один за другим три бокала. Голова закружилась, но паника прошла, сменившись новыми вопросами.

— Так как же мы здесь оказались?

— Ты перенес нас в это место. Когда заклятье сработало, и перстень вернул тебя к жизни, ты произнес лишь одно слово: «Домой!» и вновь провалился в сон. На этот раз в крепкий сон выздоравливающего человека. Я полагаю, ты хотел попасть в свой родной дом, но я в тот момент держал тебя за руку, и, вероятно, мои желания повлияли на направление переноса. А принимая во внимание тот факт, что ты был слаб, а я полон сил и энергии, они оказались преобладающими, поэтому мы здесь — в часе езды от моих бывших владений. Извини, что так вышло. Я виноват перед тобой. Прошу простить мой бессознательный порыв, желание вернуться домой…

— Дон Карло, да вы что! — Джек вскочил на ноги. — Это я должен просить у вас прощения. Ведь именно из-за меня мы бросили неизвестно где наших товарищей, и, может быть, они в беде и им требуется наша помощь?

— У них все в порядке. Они у себя дома и, полагаю, в состоянии справиться со всеми делами самостоятельно.

— Но ведь я даже не успел их поблагодарить! За все, что они сделали для меня! И там же была Оля…

— Девушка провела подле твоей постели много дней. Она ухаживала за тобой, и мне крайне жаль, что тебе не удалось перемолвиться с ней даже словом. Но жизнь непредсказуема, и, может быть, когда-нибудь ты еще встретишься с ней при более удачных обстоятельствах.