Пока жизнь в пустыне идет своим чередом: племена берберов пасут стада коз и верблюдов в оазисах и на землях «покоренного» Сахеля, на нолях на них работает черное население; берберы занимаются караванной торговлей и постоянно воюют друг с другом. В подобном положении оказалось покоренное ими негритянское население, входившее в состав теперь уже разбитой империи Ганы. Южные соседи мавританских берберов агрессивно настроены против севера и предпринимают попытки создать собственные государства. Можно предположить, что именно ислам, который в большинстве своем они приняли, сделал их воинами и пробудил в них жажду завоеваний.

Поскольку Мавританская Сахара после падения Альморавидов превратилась в клубок небольших проблем и небольших войн, перенесемся еще раз на юг, на земли, которые некогда входили в империю Ганы.

Покоренные Альморавидами негрские народности начали постепенно возвращать себе утраченные владения. Возрожденная Гана, хотя и значительно слабее прежней империи, вновь сумела занять Тагант, другие предводители черных оттеснили берберов от реки Сенегал и захватили современную Южную Трарзу. Это не мешало им одновременно вести внутренние войны за власть и самостоятельность. Прежде всего более сильные стремились освободиться от главенства Ганы, что многим удалось. Таким путем обрели независимость небольшие государства Диара и Галам, а также народ coco. Честолюбивый и жестокий царь coco Сумангуру Канте поставил перед собой цель создать такое же могущественное государство, как Гана. Дорога к этой цели вела через захват слабых народностей и племен. В числе других были покорены соседние мандинги. Для того чтобы раз и навсегда положить конец династическим притязаниям потомков побежденного царя мандингов — Наре Фамаган’а, — царь Сумангуру Канте приказал убить одиннадцать его сыновей. Однако он не исполнил своего решения до конца: в живых остался двенадцатый принц, маленький парализованный мальчик, в котором он не усмотрел опасного соперника. Недальновидность, а может быть, просто пренебрежение к маленькому калеке, со временем дорого обошлась царю. Горячая любовь матери и тщательный уход исцелили ребенка, который уже в семь лет отличался большой силой и незаурядным умом. Сундиата Кейта [11] , так звали мальчика, как только вырос, решил отомстить за смерть отца и братьев. И действительно, разгромил царя coco в битве при Крине в 1235 году. После этой первой победы он продолжил завоевания, овладев оставшимися территориями бывшей Ганы, захватил в Мавритании город Валату (Восточный Ход), на юге Сундиата Кейта дошел до границ современной Гвинеи, завоевал весь Сенегал, Гамбию и территории, располагавшиеся вдоль Нигера. В Мавритании он занял северный берег реки Сенегал, Тагант и южную часть района Ход — то есть те земли, которые представляли определенную ценность. Только Адрар со своими оазисами и пустыней остался в руках берберов. Создав могущественную империю, Сундиата Кейта основал столицу и назвал ее Мали [12] (государство также называлось Мали). Всю же страну он разделил по примеру древней Ганы на провинции, которыми управляли назначаемые им губернаторы. Безопасность империи и успешно развивавшуюся в ней торговлю обеспечивала сильная армия иод командованием самого царя.

Дело Сундиаты Кейта, великого воина и организатора, продолжали его преемники, приумножая богатство страны и охраняя ее границы. Самым выдающимся из них был Канку Муса. В годы его правления могущество Мали было таким значительным, что царь мог полностью заняться хозяйственным развитием страны. Здесь процветала торговля, а Мали-столица стала крупным торговым центром. Так же, как в свое время Гана, она была местом обмена товарами между Тропической Сахарой и средиземноморскими странами Африки. С севера привозили оружие, шерстяные и шелковые ткани, медь, соль, а с юга — прежде всего черных рабов и золото.

К сожалению, неспособность преемников приводит государство ко все большему упадку; от него откалываются покоренные мелкие негритянские княжества, торговля, экономическое и политическое значение государства идут на убыль. Мали следующего столетия — это всего лишь тень былого великолепия. Его слава позднее перейдет к государству, которое возникнет в долинах Сенегала и Нигера, — империи Гао. Расцвет его приходится на XV век.

Это последняя страница истории Южной Мавританки, поскольку империя Гао, созданная на месте бывшей Ганы, а позднее Мали, — последнее политическое образование черных жителей в Западном Судане. Как и Мали, это будет мусульманское государство, хотя и основанное на традициях негритянской культуры.

В те времена, когда росло могущество Ганы, а затем создавалось государство Мали, в долине Центрального Нигера существовало небольшое государство народа сонгай Гао. С IX века им управляла династия Диа, которая согласно местным традициям была берберского происхождения. Это государство только в XIV веке было завоевано последним из повелителей Мали — мансой Мусой. В доказательство покорности Гао малийскому двору был взят заложник — молодой князь и наследник трона. В общей неразберихе, которая возникла после смерти мансы Мусы, заложник сбежал, вернулся в Гао и в 1335 году провозгласил себя повелителем, приняв царский титул Сонни. Его страна продолжала зависеть от Мали, но династия крепла. Полную независимость вернул ей живший в XV веке Сонни Али. Почти тридцатилетняя власть Сонни Али — это полоса сплошных завоеваний, в ходе которых он постоянно увеличивал масштабы своего государства. Только за 10 лет, находясь у власти, он сумел стать властителем долины Нигера и земель, лежавших от него на восток, север и запад — до Атлантики. В сравнении с империями Ганы и Мали мавританских земель под его господством было сравнительно мало. Он занял Южный Ход вместе с Валатой и территорию к северу от реки Сенегал, примерно до нынешнего Каэди на западе. Почти вся «черная» Мавритания оказалась в пределах государства Гао.

В одном из военных походов Сонни Али утонул, и с его смертью завершается длившееся шесть веков господство династии Диа. Хотя он и оставил преемников, опасались, что они унаследуют от отца дикость и жестокость. Трон занял один из его офицеров, по имени Мамаду Туре, и стал основателем повой династии Аскиев.

После похода в Мекку, где он, единственный из царей Судана, получил титул халифа, Аския Мохаммед (это имя он принял, вступая на трон) начал доброе и мудрое правление. Это не значит, что он не вел войн и не расширял границы своей империи — он завоевал царство Диара и Текрур, отторг от Мали царство Галам, захватив, таким образом, золотые прииски, на востоке он раздвинул свои границы за счет народа хауса. Но правил он справедливо и с умом, помогал развитию торговли, был набожным мусульманином и покровительствовал ученым. Города в его владениях — Гао, Валата, Томбукту и Дьен — благодаря созданным там школам и выдающимся учителям и ученым, которых удалось собрать, стали центрами мусульманской мысли. Аския Мохаммед оказался прекрасным организатором, его государство занимало большую часть Западной Африки. Основой благосостояния была монополизация торговли рабами и захват золотых приисков. Вскоре была монополизирована и торговля солью, которую покупали у сахарских торговцев за золотую пыль и черных рабов. Удалось захватить соляные копи в Тегазе на северо-западе Сахары.

У государства Гао было две столицы, и обе на Нигере — город Гао на востоке и Томбукту на западе. Обе столицы были важными торговыми центрами, где продавались даже европейские ткани, стеклянные бусы и бумага. И та и другая столицы были мусульманскими научными центрами. Однако материальное и духовное богатство не соответствовало их внешнему виду. Все путешественники того времени пишут о них как о больших деревнях с глиняными домами, покрытыми соломой. Поскольку в государствах Судана не стремились к упрочению славы и авторитета повелителя за счет возведения монументальных зданий, то это обстоятельство ставит перед современными археологами много проблем, связанных с определением местонахождения древних африканских городов.

Конец могущества Гао похож на конец других многонациональных суданских государств, которые объединила сила выдающегося повелителя или выдающейся династии. Великий халиф Аския Мохаммед к старости ослеп, а сыновья, воспользовавшись недугом отца, свергли его, сослав на один из островов на реке Нигер. Сами они управляли страной плохо, ведя непрекращающиеся братоубийственные войны, вступая в неоправданные конфликты с соседями и расхищая государственную казну. В результате ослабления власти начались интриги ранее лояльных губернаторов, отделение все новых и новых в прошлом подчиненных мелких княжеств. Одновременно пришло в упадок хозяйство, причиной тому послужило истощение золотых приисков, а также конкуренция торговцев из Португалии. Португальцы причаливали к берегам Африки и обменивали европейские товары на золото более выгодно, чем это делали торговцы из Гао.