– Нет, не знаю. Я знаю только то, что их действия… это угроза, да, но не все держат свои обещания, явные или подразумеваемые.

– Нет. Если мы не пойдем за ними – я пойду сам, даже без тебя.

Осия потер переносицу кончиками пальцев.

– Тогда делай, что должен, и я поступлю так же.

Без единого слова Торсен развернулся и побежал к дому.

Йен встал перед Торри.

– Может, ты объяснишь мне, что происходит?

Торри покачал головой:

– Я… я не знаю.

При слабом свете, лившемся из-за открытой двери дома, было трудно различить выражение лица Торри. Голос старика Осии казался тоньше, чем обычно:

– Нет, знаешь, Ториан-младший. Ты слышал рассказы, лишь часть которых была выдумкой.

– Что было правдой? Войны асов и ванов? Двалин и Сильвертоп? Вестри и Туата? Туарин? [11]

– Все это достаточно хорошо соответствует истине, разве что чуть устарело. Осталось несколько асов, а ванов как таковых, наверное, больше совсем нет.

– А Туата?

– Те, что остались. – Высокий человек кивнул. – Но они вполне себе Туата.

– А Брисингамен… [12]

– Разломан, камни его сокрыты. – Осия постучал длинным пальцем себе по виску. – Даже от меня.

– Как насчет Нового Мира и Новейшего?

– Это правда, как и о Путях, что ведут туда – под углом девяносто градусов к нашему пространству. Да, – Осия махнул рукой на юг, – мы с твоим отцом прошли по одному из Путей много лет назад: он начинается в нескольких милях отсюда, в месте, которое индейцы дакота почитали как священное. Проход не существует в нашем мире, его можно открыть и держать открытым только из Нового Мира. Это, конечно, ловушка. – Осия слабо улыбнулся. – Но ведь твой отец не остановится, верно?

– Не остановится. – Торри прикрыл глаза. – Сыны хладнокровны и жестоки, а если дичь не идет на приманку, приманку можно съесть самим.

– Ториан! – окликнул сына от двери Торсен-старший. Торри поймал первый из двух брошенных ему кожаных рюкзаков, а потом запихал оба мешка в машину.

– Еще минутку. – И Торсен снова исчез в доме.

Только в этот момент Йен осознал, что вокруг талии у Торсена застегнут пояс для холодного оружия. Даже с джинсами и клетчатой рубахой на Торсене это смотрелось естественно.

Лицо Торри было бледным, когда он повернулся к Йену.

– Прости меня за все это, но… – Торри пожал плечами. – Времени для объяснений нет – отец уедет без меня, если я не потороплюсь. Я… если все обойдется и если у тебя будет возможность, которой не будет у меня, скажи Мэгги, что мне очень жаль. Если бы… – Торри замолчал.

– Ториан, не забывай, чему я тебя учил, – негромко проговорил Осия, – многое может тебе помочь. – Два его длинных пальца прикоснулись на мгновение ко лбу Торри, а потом Осия сделал шаг и обнял юношу. – Будь осторожен.

В дверях снова возник Торсен, держа под мышкой пару винтовок, а в руках – два меча в ножнах и с поясами.

– Осия, я еще раз прошу тебя отправиться со мной, – произнес он. – У меня есть меч для тебя.

Осия покачал головой, отпуская Торри.

– Я не могу. Это не просто опасно, Ториан, но еще и бесполезно.

Торсен молча повернулся и зашагал к машине.

Торри на мгновение сжал руку Йена, а потом тоже бросился к пикапу. Он успел открыть дверь и прыгнуть на переднее сиденье как раз в тот момент, когда его отец включил зажигание.

И они уехали.

Йен стоял ошеломленный. Все это было сущим бредом: и трупы на лужайке – нечто подобное он видел летом, когда подрабатывал санитаром на «скорой помощи», – и волки, которые уволокли Карин и Мэгги. Все это полная ерунда.

Осия наблюдал за ним.

– Пойдем со мной, – сказал он, и его длинные пальцы потянули Йена за рубашку.

Йен последовал за Осией сначала в дом, а потом вниз по лестнице в подвал. Их шаги отдавались слишком гулко в тишине дома.

Осия протянул руку и дернул за веревочку – наверху загорелись флуоресцентные панели, – сложил на худой груди тонкие руки и оперся о верстак.

– Младший был прав: это ловушка. Они не подходили к дому, пока я был тут, потому что здесь Сыны не властны надо мной. И поэтому меня хотят выманить туда, где смогут справиться со мной.

– Я совершенно ничего не понимаю.

Осия кивнул:

– И у тебя есть на это право, друг Йен, но нет времени. Знать тебе надо только одно: если нам повезет, мы поможем твоим друзьям – нашим друзьям – и через несколько часов благополучно возвратимся назад. Если нам повезет меньше, мы все равно поможем им, хотя путь будет длиннее и труднее.