— Ваши свертки весьма тяжелые. Вы уверены, что вы донесете их до корпуса?

— Без проблем, — ответила я, достала мобильник, ловко открыла крышку и нажала клавишу быстрого набора номера. Трубку сняли моментально. — Молли, это Селия. Моя машина будет у наружных ворот по соображениям безопасности, но у меня тут подарки для Вики. Ты не могла бы попросить санитара прикатить мне тележку? Буду очень признательна. Спасибо, ты меня выручила.

Гибсон фыркнул от смеха и вновь вывел меня из транса. А он хорош. Аккуратно применил заклинание и чары снимал осторожно. Конечно, мощью Бруно он не обладал, это дано немногим, но зато Гибсону была присуща плавность, а она многое компенсировала.

— Умно.

Он усмехнулся мне, и проказливое выражение его лица сменилось маской смерти.

— Благодарю. И я такого же мнения.

— Представляю, как она разнервничалась.

— Еще бы.

Я даже не скрывала удовлетворения. Гибсон покачал головой и хмыкнул.

— Вы отпраздновали день рождения подружки, а потом?

— Потом был ужин в «Ешь и пой».

Слова сами слетели с моих губ. Что? Я этого факта не помнила,хотя меня не покидала уверенность, что я говорила правду.

— Что-нибудь еще?

Я попыталась расслабиться. Вдруг теперь информация гладко потечет через меня? Но нет. Пребывая во власти чар, я не могла притворяться. Я надеялась, что заклинание что-нибудь вытянет из моего разума. Увы, вскоре везение закончилось.

— Вот как? — разочарованно проговорил Гибсон.

Я и сама была в отчаянии.

Гибсон надолго задержал на мне взгляд. Я чувствовала, что он оценивает меня по какой-то только ему ведомой шкале. Возможно, он определял, не лгу ли я, невзирая на магию. Большинство людей врут. Одни — намеренно, поскольку хотят запутать копов, другие — чисто по привычке или просто из-за забывчивости. Но Гибсон серьезно меня обработал, кроме того, я надеялась, что треклятый кровосос не успел влезть мне в голову.

— Насколько сильно вам хочется вспомнить?

— Мне не хочется, — процедила я сквозь зубы. — Мне необходимо.

Гибсон протянул руку к диктофону и резко нажал клавишу остановки записи. Крошечные колесики, толкавшие магнитофонную пленку, замерли.

— Сколько у вас денег при себе?

Вопрос меня озадачил. Алекс невероятно прямолинейна, честна и благородна. Неужели Гибсон оказался взяточником? Почему бы и нет: он вел себя весьма подозрительно. Старательно подбирая слова, я спокойно произнесла:

— Немного, но в паре кварталов отсюда — мой офис. Там я могу взять еще. Но зачем?

Гибсон на миг хитро улыбнулся и опять посерьезнел.

— Как полицейскому, мне не позволено прибегать к услугам ясновидящих для того, чтобы заглянуть в прошлое. Также мне нельзя нанимать мага или гипнотизера. Ведь ваши воспоминания о нападении могут оказаться мучительными и способны вызвать повреждение головного мозга, — с горечью объяснил он. — Но если вы как частное лицо решите обратиться к помощи одного из вышеуказанных специалистов и разрешитемне присутствовать…

— Тогда вы нарушите правила, детектив Гибсон, — констатировала я.

Мы оба знали, что подобные показания неохотно принимаются в суде. Магия существует, от нее не отмахнешься, но ею легко манипулировать. То же самое касается и технических новшеств — вот почему Гибсон и камеру выключил. В данный момент на ней не горели огоньки.

— Мисс Грейвз, — Гибсон снял очки и потер переносицу большим и указательным пальцами. — Прессе мы сообщаем далеко не все факты. Иначе люди запаникуют, и тогда ситуация ухудшится.

Я кивнула. Мысль вполне здравая. Однажды я оказалась в самой гуще толпы и до смерти перепугалась. К счастью, не мне нужно было останавливать людей. Такая обязанность выпадает полицейским. Они встречают опасность лицом к лицу, а потом их распинают — вне зависимости от полученного результата.

В общем, я понимала важность конфиденциальности.

— Мне требуется ваша помощь, — добавил Гибсон, — и я поделюсь с вами интересными данными. Но с уговором: вы ничего не слышали.

— Я вас не подведу, — заверила я его.

— Отлично. Нельзя допускать утечку информации. Но я готов немного прогнуться, лишь бы только расследование продвинулось вперед.

— Договорились.

Гибсон наклонился к столу и прошептал:

— В том переулке применили особое заклятие, так называемую анафему. Противник уничтожил живую и мертвую материю вплоть до клеточного уровня. Даже бактерии исчезли. У вас есть какие-нибудь идеи?

Я мысленно вернулась к занятиям в колледже и процитировала:

— «В Средние века католическая церковь объявила анафему магии, основанной на демоническом колдовстве, — то есть на таком, которое способны произвести демон или получеловеческое-полубесовское отродье. Любого человека, участвовавшего в магии такого типа, немедленно отлучали от церкви».