«Эта позиция Мдивани и его сторонников играла на руку буржуазным националистам, грузинским меньшевикам, и коммунисты Грузии на своих съездах, конференциях и собраниях партийного актива справедливо расценили её как уклон к национализму»…

Так что Мдивани объективно становился очень привлекательной фигурой для всех антисоветских и антирусских грузинских сил. Был он гож и для фанфарона Троцкого, уже тогда не терпевшего деловитого Сталина.

Через много лет после описываемых событий, когда в стране происходили уже другие, очень грустные события конца 80-х годов, писатель Феликс Чуев в своей книге «Так говорил Каганович» привёл такой разговор с бывшим «железным наркомом» Сталина:

«Каганович: А что с Грузией происходит — кошмар!

Чуев: Грузинам нужна торговля напрямую с Западом. Конечно, простой народ от этого ничего иметь не будет.

Каганович: То, что Мдивани требовал при Ленине. И они хотят уйти от нас.

Чуев: Но абхазцы не хотят.

Каганович: Абхазцы не грузины».

Как видим, и на склоне лет Каганович не забыл Мдивани и его претензий.

Позднее, в своём месте, я остановлюсь более подробно на конфликте 1922 года между Серго Орджоникидзе и Буду Мдивани, членом Президиума ЦК КП(б) Грузии, а пока сообщу следующее.

Орджоникидзе возглавлял тогда Закавказский краевой комитет РКП(б), которому были подчинены национальные ЦК, в том числе — и грузинский ЦК. Серго был твёрдым сторонником единого Союза, но он был и горячим человеком и его конфликт с группой Мдивани приобретал тоже «горячий» характер. Причём партийная масса Грузии была на стороне Серго.

Дело дошло до знаменитой пощёчины Серго одному из оппонентов из группы Мдивани.

Конфликт тогда внешне уладили, а на самом деле лишь загнали внутрь. И в 1928 году Мдивани был исключён из партии за троцкистско-оппозиционную деятельность. В 1931 году он якобы покаялся и был восстановлен, но в 1937-м его — уже при Берии — арестовали и приговорили к расстрелу.

Расстрелял Берия Буду Мдивани за дело. Выслушав «расстрельный» приговор, Мдивани заявил: «Меня мало расстрелять, меня четвертовать надо! Ведь это я, я привёл сюда одиннадцатую армию, я предал свой народ и помог Сталину и Берии, этим выродкам, поработить Грузию и поставить на колени партию Ленина».

Народная Грузия расцветала, всё более украшая собой общесоюзный «букет» республик, но что было до того Мдивани. Злоба и зависть всегда слепы.

Вот с кем приходилось бороться Берии и во главе ЧК Закавказья, и во главе закавказской и грузинской партийных организаций. При этом Берия боролся в Грузии с врагами за мощь, целостность и будущее не только Грузии, но и всего Советского Союза.

Поэтому справедливое неприятие нынешней «саакашвильной» Грузии, где усиленно культивируется вражда к России, не должно затуманивать для современного читателя тот несомненный факт, что для нас важен и кавказский период деятельности Берии.

Собственно, он сейчас даже особенно важен, потому что всё, что создавал Берия в Грузии — от новых заводов до новых здравниц, тесно и неразрывно привязывало Грузию к России, делало Грузию частью большой страны.

В этом смысле фигура Берии и сегодня устремляет нас в будущее, которое может быть у всех народов, слагавших Советский Союз, устойчивым лишь при новом их объединении.

Берия-победитель был многообразен, однако из многих побед Берии я выделил семь крупных блоков, а почему именно семь, скрывать не стану. Мне нравится цифра «семь» — звучная, традиционно связанная с удачей, с победой, с мощью.

Но дело не только в этом. Размышляя над жизнью Берии, взвешивая и оценивая его самые крупные дела и достижения, я убедился, что они вполне естественно укладываются в «магию семёрки»: чекист Закавказья, реформатор Грузии, реформатор НКВД, один из творцов Победы, куратор Атомной и Ракетной проблем, организатор послевоенного экономического и научно-технического развития, «отец» московских «высоток».

Заговор молчания вокруг фигуры Берии был так мощен и длился так долго, не уйдя в прошлое и по сей день, что даже сегодня наиболее известна лишь одна из крупных побед Берии, одержанных им для России, — решение всего за четыре года Урановой проблемы, то есть — создание советской атомной бомбы и ликвидация атомной монополии США. И практически неизвестно, например, то, что Берия многое сделал и для ракетных наших программ.

Сквозь зубы признают факт руководства Берией оборонными работами во время войны, но уже это — далеко не всегда. А ведь Берия был — как фигура общественная — многогранен. И в итоге его жизнь блистает как раз семью гранями, в ней было семь выдающихся свершений, семь выдающихся побед.

А при всём при этом — лишь одно поражение. И хотя оно стоило Лаврентию Павловичу не только карьеры, но и жизни, это поражение никак нельзя назвать бездарным. Ведь удар был нанесён даже не из-за угла, удар был в спину.