Шрифт:
— Давай!
Маня, маленькая, быстро пролезла сквозь дыру и оказалась за забором. За ней полезла Аня и зацепилась платьем за гвоздь. Голова и верхняя часть тела у неё оказались в лесу, а всё остальное — на территории. Аня болтала ногами в воздухе, но это не помогало — гвоздь держал её крепко.
— Иди скорей сюда! — шёпотом кричала Маня.
— Не могу! — отвечала тем же голосом Аня. — Кто-то меня держит!
И ещё сильнее болтала ногами.
Тут раздался голос Натальи Ивановны:
— Пятая группа, домой!
Маня заметалась, как кролик. Влезть обратно на территорию через дыру она не могла, её заткнула собой Аня, которая всё продолжала болтать ногами.
— Попадёт нам от Наташи! — кричала шёпотом Маня.
— Меня кто-то держит. Может быть, это собака? — отвечала тем же голосом Аня.
— Аня, Маня! — кричали на территории ребята. — Зайцева, Уткина!
Они с Натальей Ивановной уже обнаружили, что Аня с Маней пропали, и теперь их разыскивали.
— А вот из забора какие-то ноги торчат! — закричал Вова Марисов.
Тут Аня почувствовала, что её кто-то тянет за ноги из дыры. Платье треснуло и разорвалось. Наталья Ивановна вытащила Аню, поставила её на землю и строго сказала:
— Вечно твои фокусы, Зайцева! Как тебя угораздило залезть в эту дыру?
— Я считала, — ответила Аня.
— Что ты считала? С ума сойдешь от этой девчонки!
— Доски в заборе.
— Чем же ты их, животом, что ли, считала?
— Нет, головой, — сказала Аня.
— Еще того лучше! А где Уткина?
Когда Наталья Ивановна сердилась, она всех ребят звала по фамилиям.
— Я здесь, — раздался Манин голос, и в дыру просунулась кудрявая голова с круглыми серыми глазами. За головой вывалилась на территорию и вся Маня.
— Ну, вот что, — сказала Наталья Ивановна, — обе вы, Зайцева и Уткина, будете наказаны. Экие скверные девчонки! Мы их по территории ищем-ищем, а они, видите ли, доски считают, да еще головой.
— Я не считала, — сказала Маня, — я только пролезала. Я вообще считать не умею.
— Нашла чем хвастаться! — сказала Наталья Ивановна, взяла Аню с Маней за грязные руки и повела домой.
— Я вас обеих наказала за скверное поведение. Вымойтесь и идите в спальню. Я буду читать ребятам интересную сказку, а вам слушать не разрешаю.
Аня сказала:
— Я эти несчастные… я эти противные… я эти гадкие сказки терпеть не могу.
И сделала пальцы, как когти.
— Больно я тебя испугалась, — сказала Наталья Ивановна.
И пошла и читала ребятам. И ребята смеялись. А Аня с Маней сидели наказанные. И договорились этой ночью снова не спать.
Когда гуляешь во дворе, Смотри не застревай в дыре!5. Ночь вторая
Опять месяц пришёл в спальню, зашевелились голубые тени, всё стало необыкновенным и сказочным. Аня, хоть и говорила, что сказок терпеть не может, сказочное освещение все же любила. А Маня и подавно.
Чтобы ноги не озябли, девочки надели носки и тапочки, взялись за руки и выскользнули из спальни.
На застекленной террасе было светло как днем. Они выглянули в садик и увидели, что там, посреди огромной цветочной клумбы, лежит какой-то сияющий шар.
— Что это такое? — спросила Маня.
— Чего не знаю, того не знаю, — ответила Аня голосом Зинаиды Петровны.
Аня по ночам была смелее, чем днём. Почти не застенчивая.
Шар был толстый и голубоватый, чуть-чуть покачивался из стороны в сторону. На передней части шара была что-то вроде лица, а по бокам — небольшие уши, как самоварные ручки.
Шар улыбнулся и сказал.
— Здравствуйте, девочки. Как поживаете?
— Здравствуйте. Поживаем хорошо, — вежливо ответили Аня и Маня.
В детском саду их учили незнакомых называть на «вы», лучше по имени-отчеству, а если не знаешь — просто на «вы».
— А кто вы такой? — спросила Маня. — И почему светитесь?
— Я Месяц, — ответил Шар.
— Какой месяц? Который на небе? Или который июнь-июль? — спросила Аня.