Хистра отлетела к открытым дверям молельни, а Даника воспользовалась моментом инерции, чтобы поскорее убраться с гибельного пути. Споткнувшись, она упала и покатилась кувырком, а фигура Руфо растаяла, когда Дориген бросила шар пламени на пол между собой и местом, где стоял вампир.

Все это показалось Данике таким нереальным, словно время растянулось, а мир замедлил свой бег. Огонь разлился по полу молельни; она увидела, как руки и волосы Хистры взлетели в воздух от силы взрыва. А потом она превратилась в столб огня, лениво тянущийся к Данике.

Девушка скорчилась, спрятав голову, и окаменела – буквально, благодаря долгим годам тренировок. Языки пламени лизали ее, окутывая и кружась, но Даника ощущала лишь легкий жар. Когда мгновение спустя все прекратилось, она не пострадала и лишь бахрома на ее плаще основательно подладилась.

Эффект замедления этой жуткой секунды прошел и, кажется, обратился в свою противоположность, – когда Даника взглянула на Хистру, вампирша металась по комнате, налетая на стены и колотя себя по плечам и спине, там, где плоть вздулась пузырями под напором голодного пламени. Дубовые балки-опоры комнаты тлели, тысячелетние гобелены не пережили огненного шквала, а из уничтоженной молельни валил едкий черный дым – из молельни, в которой Дориген отдала свою жизнь.

Даника поползла к дверям, борясь с подступившими к глазам слезами. Надо связаться с Кэддерли и дворфами, возможно, найти Шейли. Надо…

Дверь не открывалась.

Даника дернула изо всех сил, и ручка сломалась. Девушка, естественно, полетела на пол.

Зеленый туман просочился сквозь трещину в стене рядом с дверью, облако вращалось, превращаясь в воронку, а потом мгновенно рассеялось, оставив вместо себя прямо перед девушкой озлобленного и совершенно невредимого Кьеркана Руфо.

Правый хук Даники угодил Руфо в челюсть, и его голова качнулась в сторону. Медленно и зловеще вампир вновь обернулся к воительнице.

Даника ударила опять, проведя еще один жесткий хук, а затем и еще, в то же место и с тем же успехом. Руфо рассмеялся, неторопливо возвращая голову на место; на его бледной щеке не осталось ни пятна, ни царапины.

– Ты не можешь причинить мне вред, – произнес вампир спокойным ровным тоном.

В ответ Даника двинула коленом между ног Руфо так, что сила удара приподняла вампира на цыпочки.

Руфо лишь улыбнулся.

– Да, я могла бы догадаться, что там у тебя действительно причинить вред нечему, – сказала Даника, жаля чудовище словами, если уж кулаками не получилось.

Руфо скривился, сквозь холодность прорывался наружу бурлящий гнев. Яростный рык слетел с его губ, и рука метнулась к горлу Даники.

Кинжал с золотой рукоятью в форме головы тигра глубоко вонзился в плечо Руфо. Быстрее, чем вампир успел среагировать, умелая воительница протянула лезвие вдоль его руки, выдернула клинок и полоснула Руфо по лицу, по той щеке, по которой била.

Она обезумела, Руфо тоже. Даника резала так и эдак, а корявые руки Руфо тщетно пытались схватить грозный клинок. А Даника рубила и рубила, пока не воткнула заговоренный кинжал глубоко в грудь Руфо, разыскивая его сердце.

Руфо внезапно оцепенел, руки его широко разошлись в стороны, на лице застыло потрясение – девушка решила, что достигла цели. Не мигая, без тени страха глядя на вампира, Даника резко и коротко повернула лезвие.

Уголок рта Руфо задергался; Даника ожидала, что он сейчас упадет.

Они стояли в этой жуткой позе смерти еще долго, и Руфо время от времени негромко рычал. Почему бы ему не упасть? Почему бы просто не умереть?

Но уверенность девушки пошатнулась, когда рука Руфо с легкостью потянулась к ее запястью. Она ткнула еще раз, и вампир поморщился. Девушка вновь повернула клинок, и, хотя боль Руфо отчетливо читалась на его мертвенно-бледном лице, его рука неуклонно ползла дальше.

B вдруг его сильные пальцы крепко вцепились в кисть Даники. Левая рука воительницы вихрем взлетела, нанося удар по лицу и горлу вампира.

Руфо не моргнул, он просто наблюдал, как постепенно его рука отводит клинок Даники, ее мышцы натянулись струнами, но девушка не могла сравняться силой с вампиром. И как только острие кинжала выскользнуло из его груди, Руфо высоко вздернул кисть Даники.

– Дура! – рявкнул он, обдав смрадным дыханием ее лицо.

Даника боднула головой, ударив лбом по его носу.

Руфо отстранил ее и второй рукой вышиб клинок из ее кулака, послав его в полет через весь холл.

– Ты не можешь причинить мне вред! – вновь провозгласил он, несмотря на свои очевидно болезненные раны.