Ярослав удивился:

— Лично поговорить с пританом? Велика честь для вождя. Да и дел у меня — невпроворот, неужели недостаточно Ибирина или тебя?

— Лучше все же вам, Дхоу, — не согласился Дрегон, — побывать самому. Притан должен знать, кто отвечает за людей, кто их хозяин и господин. Мы с Ибирином в данном случае маленькие люди. Притану нужно ваше слово.

— Хорошо, — недовольно согласился Ярослав, — ты поведешь меня к притану, а ты Ибирин продолжишь разгрузку до моего возвращения.

Через несколько минут Ярослав, одев свое лучшее платье — шитый золотыми орлами красно–белый актеон. И вооружась до зубов: в хауберк, черного шелка с серебряной клепкой бригандину. Последовал за Дрегоном. Чтобы выглядеть еще более презентабельно, в сопровождение взял и Трубу, как оруженосца.

Покинув порт через ворота в крепостной стене, они углубились в чрезвычайно живописные и запутанные предместья города Риналь. Первое, на что обратил внимание по пути следования Ярослав, это всюду — мощенные камнем улицы. Даже расстояние между отдельными очагами предместий пересекали шоссейные дороги, движение на которых было возможно в обе стороны одновременно. Вдоль дорог тянулись каменные заборы, из-за которых свисали густые ветви деревьев, отчего дороги казались в тени этих великанов. Солнечные блики, пробиваясь сквозь листву, играли на камнях мостовой, погода стояла жаркая сухая, но бриз с моря слегка охлаждал атмосферу. Дома вдоль дорог и небольшие поместья имели исключительно каменную застройку с красными черепичными крышами и небольшими застекленными окнами вторых этажей. Изредка встречались трехэтажные постройки, а вот одноэтажных не было вовсе, даже в пригородах.

Извилистая дорога достаточно быстро привела их к воротам предместья Пелены, занимаемого агеронцами, оно представляло собой отдельный, обнесенный стеной, чрезвычайно похожей на крепостную, городок. Их пропустили незамедлительно, и в скорости достигли пританея. Двухэтажное здание стояло посреди небольшой торговой площади, в миниатюре повторяющей своих более крупных собратьев. Проходя мимо рядов лавок, Дрегон заметил:

— Смотрите, Дхоу, здесь у нас свои законы: торговцы могут покупать и продавать все, что хотят, не платя никому мзды.

Ярослав кивком головы согласился. Действительно и торг и городок были чрезвычайно ухожены и даже уютны.

Притан их встретил в небольшой комнате сразу по правую руку от входа. Увидев роскошный наряд Ярослава, полное вооружение, шлем в руках оруженосца, глаза его резко скользнули к переносице:

— Чем могу служить, Оуна наватаро, — молвил он, вскочив на ноги и мелко кланяясь.

Дрегон было хотел поправить притана в обращении к вождю и набрал от возмущения в грудь воздуха, но Ярослав жестом запретил ему говорить, подняв руку. В свою очередь он склонился в уважительном поклоне перед пританом и молвил с расстановкой:

— Сакора яна оуна наватаро, я Дхоу народа индлингов Ярослав, господин Изумрудной долины и города Ласу. Прибыл в Риналь по торговым делам и прошу разрешения поселиться в одном из ваших гостевых домов, тем более по словам этого уважаемого кормчего, есть свободные места.

Притан по выражению лица вначале даже немного опешил, не зная, как сказать, но затем собрался и рассыпался в извинениях.

— Прошу меня простить, Дхоу, за бестактность, я не узнал вас…

— Не стоит извинений, откуда вы могли меня знать.

— Что вы, что вы, Дхоу, молва о вас…

Дрегон неожиданно вклинился:

— Да я раз сто рассказывал, что знаком с Дхоу долины Лассу…

— Точно, точно, — любезно продолжал притан. — Дрегон нам тут все уши прожужжал о ваших подвигах и благородстве, честно признаюсь, верил с трудом, но сейчас ясно вижу перед собой великого воина.

— Простите, притан, у меня мало времени, если есть желание, прошу к нам вечером в Зубатку, а сейчас мне надо срочно разместить четыре десятка людей и полтора десятка лошадей. Прошу оставить любезности на время пира, к делу, притан.

— Сию минуту, Дхоу, — как бы встрепенулся выборный чиновник, — я не заставлю вас долго ждать…

После оформления соответствующего договора и внесения средств, Ярослав становился владельцем небольшого гостевого дома с пристроенным к нему хуммарием, сроком на два месяца, с возможностью пролонгации. Осматривая здание, Ярослав убедился, что строили его с умом и потенциалом надежной охраны. Прочный прямоугольник стен заключал в себе внутренний двор с галереями на втором этаже. Первый не имел окон с внешней стороны периметра здания. На втором они более походили на бойницы. Имелся отдельный ход в хуммарий, так местные называли обычную конюшню, по–нашему «слоновник», но здесь торговцы содержали всех животных — от коз и ослов до хумму, доставленных в Риналь на продажу. В данный момент хуммарий пустовал, если не считать мелкого рогатого скота, который вряд ли потревожит отдых его лошадей. К сожалению, арендовать хуммарий целиком не было возможности, иначе многим из гостей придется пристраивать своих животных в иные места. По этим причинам заняли лишь соответствующее число стойл и появление беспокойных соседей вроде хумму, могло ожидаться в любой день. Тем не менее, это было лучше, чем ничего.

Закончив все дела в предместье, вместе с Дрегоном возвратились в порт. За время их отсутствия хумму, вероятно, увели, лошади выгружены на причал, матросы разгружали пеньку, канаты и другое имущество. Работы продвигались успешно, и казалось, к вечеру они освободят причал, а вот с захваченным кораблем оказалось не все так чисто. Под слоем камней балласта и каменных якорей обнаружили большое количество слитков меди. Точнее именно медь и служила разбойникам балластом, лишь сверху прикрытая камнями. По словам Ибирина стоимость обнаруженного груза составляла значительную сумму и, вероятно, была захвачена незадолго до нападения на Палладу. Что стало с хозяевами, кораблем и экипажем, Ярослав не стал выяснять и запретил это делать своим людям, но догадаться — не трудно. Разбойники — они и в Африке разбойники. Самым неприятным в этой ситуации оказалось то, что на каждом слитке стояло клеймо Риналя, и продать медь без риска не получится. Решением Ярослава перегрузили слитки на борт Паллады, по примеру разбойников укрыв балластом.