Нателькомп высветил окошечко поступления электронного документа.

Нащупав на нателькомпе скроллер, Гривз быстро пролистал документ и, убедившись, что приложение о сумме изменилось нужным ему образом, хлопнул по кнопке команды постановки подписи.

Через секунду нателькомп выплюнул карту с записью Контракта.

Гривз торжественно помахал ею в воздухе и засунул в нагрудный карман.

Коблинс сделал глубокий вздох, с шипением выпустил воздух через зубы, потом натянул на лицо маску спокойствия и холодно сообщил:

– Пассажиры будут у вас через несколько минут. Потрудитесь дождаться.

Гривз погасил двигатели, зевнул и не спеша выбрался из кресла.

На улице его ждала недопитая бутылка витаголя.

Насколько его «заложили», он понял через десять минут.

Джиплимуз [12] с открытым верхом приближался стремительно. Мрачное лицо Балалуши стало видно уже через семь секунд после его появления на дальнем конце подъездной дорожки.

Две причины мрачности Балалуши сидели на заднем сиденье, полоща по ветру светлыми волосами, высунувшимися из-под форменных парадных пилоток.

Гривз смачно и мощно – на пяток метров – сплюнул в сторону приближающихся неприятностей, достал сигару и стиснул зубы на хрустнувшем табаке. Вздохнув, он щёлкнул парой клавиш на нателькомпе и откинулся на ступеньки. Поза его выражала ленивую терпеливость.

Джиплимуз плавно затормозил в десятке шагов от Гривза. Балалуши медленно поднял взгляд на Гривза. Во взгляде было отчаянье. Гривз гнусно усмехнулся уголком рта и перевёл взгляд на пассажирское сиденье. Расположившийся там груз ждал, пока откроют дверь и его выгрузят.

Ожидание длилось полминуты. Потом зашипели, открываясь, дверцы, и о бетон цокнули четыре каблука Гривз оценил тонкость и высоченность той пары, что была к нему ближе, а потом прошёлся взглядом от каблуков до верхушки парадной пилотки. Отметив, что верхняя часть туловища несколько отстаёт размерами от нижней и что якобы форменная длинная белая юбка скорее обтягивает, чем скрывает ноги, Гривз сосредоточил внимание на тонком пояске, который подчеркивал корсетную тесноту кителя и поддерживал открытую кобуру, откуда торчала позолоченная рукоятка компактного бластера. Из-за джиплимуза появился второй пояс, подчёркивающий талию, которую до толщины первой утянуть не удалось. Одеяния вокруг второй талии были столь же далеки от форменных, как и на первой. Вторая талия входила в комплект из более пропорциональных и крупных деталей. К крупной левой руке, изящно затянутой в белую перчатку, позолоченными наручниками был пристёгнут тонкий серебристый чемоданчик.

Завершив осмотр груза, Гривз поднял взгляд в область солнечных очков, скрывавших верхние половины лиц. Нижние половины лиц необременительно кривились в легких презрительных гримасах. Гривз пожалел, что стирал комбез всего неделю назад, щёлкнул зажигалкой и окутался облаком дыма. Облако медленно поплыло в сторону тонкой.

Балалуши отработанным движением покинул транспорт, обошёл его строевым шагом, приблизился к двум блондинкам на два метра, замер, взметнул руку в салюте и отчеканил:

– Майор Сильвия Наайн, капитан Сильвия Вапаспор – пилот Гривз. Представляю по поводу начала совместной транспортной операции.

Тонкая сдула клуб дыма в сторону и полезла в висящую на плече сумочку. Достав две сигареты, она протянула одну компаньонке и щёлкнула зажигалкой. Гривз отхлебнул из бутылки.

Тонкая, положив левую ладонь на живот, выпятила бедро, затянулась, выпустила струйку дыма и небрежно обронила:

– Пилот, не могли бы вы занести груз в жилой модуль.

Гривз восхитился тому, сколь мерзким образом парочка визгливых ноток может испортить столь чудный низкий голос, махнул рукой в сторону грузового трапа и самым нейтральным тоном сказал, пыхнув дымком:

– Вход – там.

Лицо тонкой окаменело от сдерживаемого гнева. Затратив пять секунд на то, чтобы удостовериться в отсутствии у Гривза привычки реагировать на гневные лица, она расслабила лицевые мышцы.

– Ну хорошо, – сдержанно взвизгнула она. – Коммодор, загрузите, пожалуйста, наш багаж, а мы пока осмотрим рубку. Пилот, проводите, пожалуйста.

Гривз лениво достал карточку контракта, вбил её в картридер нателькомпа, высветил экран и углубился в чтение.

– Пилот! – гневно окрикнула тонкая, становясь в напружиненную стойку. – Потрудитесь отвечать, когда с вами разговаривают.

У неё за спиной прошёл Балалуши, сгибающийся под тяжестью четырёх огромных сумок.

Гривз ещё пару секунд делал вид, что сканирует контракт, потом повернул голову и холодно сообщил:

– Пожалуйста, не могли бы вы указать на место в контракте, в котором оговорен допуск груза в рубку управления?

Тощая пару секунд осмысливала сообщение, а потом театрально-плавным движением выхватила бластер. Переместившись к Гривзу двумя танцующими шагами, она упёрла дуло ему под подбородок и с напускной скукой протянула: