— Мне нужен Гончий, — сообщила я.

Молодой человек поднял на меня бесцветные глаза и, абсолютно проигнорировав мое женское очарование, буркнул:

— Нету его!

— А где его можно найти, не подскажете? — терпеливо спросила я, демонстрируя повадки бывалого газетчика.

Мой собеседник обрушил на машинку град, казалось бы, беспорядочных ударов, словно не слышал моего вопроса, но потом вдруг остановился, болезненно наморщил лоб и изрек:

— Он у редактора — третья дверь направо.

Я не стала рассыпаться в благодарностях и отправилась дальше по узкому коридору. Половицы даже под моими легкими ногами угрожающе скрипели и прогибались. Да-а, помещению явно не помешал бы ремонт.

На третьей двери справа висела табличка: «Главный редактор Подколдин Ник. Евг.». Я уже собиралась постучаться, но меня привлекли громкие мужские голоса, доносившиеся из-за неплотно прикрытой двери.

— А я тебе говорю, обстоятельства складываются не в нашу пользу, и надо переждать!

— А я тебе говорю, что в этих обстоятельствах остается одно — переть вперед как танк! Только так мы можем заставить их с собой считаться! Если они только почуют, что мы напуганы…

— А я, если хочешь знать, уже напуган! Завтра на нас подадут иск о клевете и пустят по миру! Где у тебя доказательства?

— Ничего, рано или поздно эти доказательства все равно появятся… И кто тогда будет кусать локти?

— Когда они еще появятся! А завтра в типографию спустят распоряжение не брать в работу очередной номер…

— Напечатаем в соседнем районе!

— Тебе легко рассуждать!

Вслед за этим наступила тягостная пауза, и я сочла момент подходящим для того, чтобы вмешаться. На мой стук прозвучал ответ «Войдите», исполненный нестройным дуэтом.

Я вошла и увидела двух мужчин, сидящих по обе стороны письменного стола. В одном, облаченном в сиреневый двубортный костюм, я сразу признала главного редактора. У него было крупное волевое лицо с высокими залысинами и очки в роговой оправе. Второй, который, вывернув шею, чтобы получше рассмотреть меня, сидел спиной к двери, показался мне невзрачным и каким-то замызганным. Хотя… Его маленькие циничные глаза, обежав меня с головы до ног, выразили неприкрытое восхищение, и за это можно было простить неглаженые брюки, неопрятный, бурого цвета свитер и не особенно тщательно причесанные волосы. Женщин в наше время не слишком балуют подобными взглядами. На первое место у мужчин вышло дело, и необязательно это дело с большой буквы.

Как бы в подтверждение данной мысли хозяин кабинета устремил на меня взгляд, в котором было что угодно, кроме чисто мужского интереса, и настороженно спросил:

— Что вам угодно?

— Мне хотелось бы увидеть господина Гончего, — сказала я.

— Вот он, ваш господин! — с иронией и некоторым облегчением ответил редактор, кивая в сторону своего собеседника, и безапелляционно добавил: — Все, ступай-ступай! Разговор закончен! У тебя посетитель, вот им и занимайся.

Неопрятный Гончий повернулся к нему передом, а ко мне спиной и медленно поднялся.

— Я не считаю разговор законченным! — предупредил он. — В случае чего где тебя искать?

— Сейчас я поеду прямо к Караваеву, — неохотно ответил редактор. — Переговорю с ним лично, а до этого…

— Я от тебя не отстану, — пообещал Гончий и с любезной улыбкой обернулся ко мне. — Пойдемте, найдем местечко, где мы сможем поговорить! Я к вашим услугам.

Мы вышли в коридор. Гончий остановился на секунду, словно раздумывая, куда направить стопы.

— Мне хотелось бы для начала побеседовать с вами с глазу на глаз, — сказала я. — Может быть, пойдем куда-нибудь, господин Гончий? Я, кстати, еще не завтракала…

Он повернул ко мне круглое помятое лицо и ухмыльнулся. Припухшие глаза и красноватые прожилки на щеках свидетельствовали о несомненном пристрастии к горячительным напиткам.

— Вообще-то моя фамилия Борзой, — сообщил журналист. — Гончий — это псевдоним. А еще Прыткий. Но вы можете звать меня просто Дима.

На вид ему было лет сорок пять, и для Димы он, пожалуй, староват. Но, учитывая фамильярные манеры газетной братии и, прямо скажем, небольшой рост Борзого — он сантиметра на два ниже меня, — я решила согласиться на Диму.

— Тогда зовите меня просто Ольгой, — сказала я, протягивая ему руку. — Ольга Шварц из Москвы. Я работаю в «Новой криминальной газете».

Борзой выпучил глаза и аккуратно пожал мою ладонь.

— Коллега, значит! — удивленно воскликнул он. — Это дело надо отметить! А ко мне по какому вопросу?

— Давайте сначала уединимся, — предложила я.

— Согласен! — сказал Борзой с энтузиазмом. — В двух кварталах отсюда есть кафешка под названием «Блеск». Сущность, может быть, соответствует названию не в полной мере, но там собираются приличные люди. Вы пешком? Тогда прошу в мой лимузин.