Восьмнадцать лет ты украшала

Благословенный хуй Петров;

Блядям на Невском подражала

В ебливой красоте даров.

И, услаждая покоренных,

Святых, гражданских и военных,

Склонила высоту небес;

От злой судьбы тебя избавить,

Над хуем царствовать заставить

И отереть нам токи слез.

Ах, лейб-уланы, торжествуйте,

Взошла Аннета на престол.

Мужья неверны, ликовствуйте,

Шумя, крутитесь под подол.

По всем борделям возгласите

И нашу радость возвестите

И бывши скорби забывай;

Она все страсти успокоит

И меж ногами нам устроит

Единый мир, прекрасный рай.

Герои храбры и усерды,

Которым хуй любовь открыл,

Приять дары Аннеты тверды

Противу беззаконных сил.

В защиту нашей героине,

Красуйтесь, веселитесь ныне!

На вас лавровые венцы

В несчетны веки не увянут,

Доколь гвардейцы не престанут

Ебать Аннет во все концы!

Царь жила-была девица,

Сладострастна, бледнолица;

Как ебать ее, дивясь,

Было, не перекрестясь!

Очи светлы, голубые,

Огнь-уста, власы златые,

Шепчет русска старина:

Всем давала еть она!

Земледельцам и гусарам,

Молодым певцам и старым,

Россы, гунны, скифы, чудь, —

Всех прельщала эта грудь!

Нет, не счесть нам человеков

Днешних и грядущих веков,

Кто не льстился ввек хотеть

Царь-девицу поиметь!

На пирах иль в чистом поле,

В крепостях или на воле,

Сколько радостей прямых

Для утех и ласк самих!

Там веселия сердечны,

Там блаженства бесконечны,

Пурхает вкруг роз Зефир,

Красота от звуков лир!

Бог любви и восхищенья,

Вновь дарит нам наслажденья,

Осчастливь сим, красота,

Чтоб с тобой спрягать уста!

Блещет Питербурх женами,

Всех красавиц чудесами,

Царь-девица всех милей

Грудью пенною своей!

Страсти жаркое дыханье,

Белых лядвей трепетанье,

За певцом тииским вслед

Еблей забавляем свет!

Вейся, вейся ветвь цветуща,

Прелести мужьям дающа;

Сладко сок мне Вакха пить,

С царь-девицею шалить!

Удовольствий чувство полно,

Сколь раскинемся нескромно,

Веткой чресла щекочи,

Если спросит, кто? — молчи.

Вижу, вижу; как в тумане,

Царь-девица на диване,

Мне нашептывает вслух:

«Ты почто затих, мой друг?»

В жилах хлад я ощущаю,

Падший, вяну, умираю

И в объятьях дорогих

Речь немеет уст моих.

Пуст колчан и лук изломан,

В кандалы Эрот закован,

Клонит голову ко сну,

Камнем вниз пошла ко дну.

Что сказать мне в утешенье?

Сердце! бодрствуй в сокрушенье,

Царь-девица вся в крови

От смертельныя любви!

Стоит — за страсти роковые, За всех развенчанных блядей, За девьи грезы молодые, За жен и вдов души моей. Лобанов

О, стойкий витязь! Ты печален,

Упал с поникшею главой;

Ты грезишь, мрачный и немой,

Среди могил, среди развалин;

Ты помнишь в зареве ночей

Следы мучительных страстей!

И неужель трава забвенья

Покрыть сумеет эту брешь,

Ты — рок: убей или утешь

В победной жажде наслажденья.

А мы… нам долго цепи влечь,

Покуда в ножнах грозный меч.

Воспрянь, ебическая сила,

Любовных странствий ураган;

Давно ли страсти пел боян,

Когда луна в бою всходила?

Пускай на грозный твой булат

Валятся бляди — ряд на ряд!

Не гордый дух завоеваний

Зовет булат твой из ножон,

За честь мужскую грянет он

В твоей опомнившейся длани.

Над бездной сих нескромных чар

Не промахнется твой удар!

Пребудь отважным, как свобода,

И быстрым в ебле, как перун,

Будь вездесущим, как природа,

Как это солнце, вечно юн.

В летучей жизни ты моей

Вобрал всю радость прошлых дней.